Его плавник - Тина Тандава Страница 4

«Не зря я боялась, - с горечью подумала я. - Столько себя берегла, а этот гад поиграется и бросит. И будет потом вспоминать и смеяться над глупышкой, которая не смогла сказать «нет»! Лучше бы я не мялась и дала Серёжке! Он точно заслуживает моё доверие». Но о доверии сейчас речи не шло. Доверчиво разве что только писька у меня набухала под настойчивыми прикосновениями. Кончики пальцев мелькали на клиторе, раздразнивая, фаланги прижимались к клитеральнному капюшону, надавливая по очереди, а выше живот тесно прижимала ладонь.

Мои ноги свободно тянулись в воде, а сама я оставалась на плаву благодаря руке через грудную клетку, которая пальцами гладила мои ключицы и всё ещё сжимала трусики, которые давно развязались с другой стороны и, похоже, мечтали уплыть. А ещё меня поддерживал чужой мужицкий член. Сейчас он обмяк и скукожился, но из ануса никуда не делся, затыкая и удерживая сперму внутри.

Мысль о том, что во мне семя чужого мужика, который насильно кончил мне в задницу, отдалась неожиданным тянущим волнением внизу, и я поняла, что гад перехитрил моё тело. Быстрые пальцы настойчиво нажимали и перебирали мне там внизу, усиливая вожделение, и я уже чувствовала, как сосочки сами собой встают мурашками

Иногда я баловалась так с собой. Запиралась в душе или пряталась под одеялом. Ну и теребонькала, что уж? Все мы лю-ди, всем иногда надо сбросить напряжение. Иногда я даже представляла, что рука не моя, а мужская. Такая же сильная, могу-чая. Но однажды, когда один из ухажеров полез мне в трусики, поняла, что фантазии тем и хороши, что не реальны, а в жизни всё как-то пугающе и немного противно. Чужой мужик, чужая лапа- не хочу. Так я думала тогда. Сейчас же, ощущая вновь встающий и раздувающийся член в заднице, я млела и разбухала от прикосновений совершенно постороннего гада. И эта ру-ка, о которой я мечтала, оказалась реальной. И оказалась куда сильней и настырней, чем я могла представить.

Запрокинула голову ему на плечо и смогла выдохнуть стон. Мужик тут же отозвался:

- O-o-ox, вот так, вот так, моя девочка. Давай-давай. - И усилил темп.

Из-за парализующего яда я не могла напрячь мышцы. Не могла сжаться, как бывало перед оргазмом. И поэтому миллиарды иголочек по телу прошлись, как шампанское - легко и приятно, собираясь от кончиков пальцев ног к центру моего женского естества, где дёргались и прижимались сильные мужские пальцы. Я даже не сразу поняла, что меня снова ебут, а когда ощутила прыгающий в заднице туда-сюда напряжённый член, наплывающий оргазм вспыхнул и выбил весь разум, взорвавшись в животе чудовищным желанием и пламенеющим удовольствием.

«Вот так, вот так хочу, чтобы ты делал со мной!» - мысленно крикнула я, и только через несколько секунд поняла, что так нельзя, это же не Серёжка! Но всё ещё была не в силах это обдумать тщательно, потому что приятные волны продолжали накатывать туда, где прижимались пальцы насильника, а в заднице снова мощно пульсировало, и теперь от этой пульсации внутри разбегались приятные мурашки.

- О боги, как хорошо... - выдохнул на ухо мужик, похоже, потеряв все силы. Прижался ко мне лицом, шумно вдыхая носом под моим ухом, затем раскрыл рот и долго лизнул меня. - Солёненькая... девочка моя. Сладкая, нежная... Я же говорил, что тебе понравится. Говорил... - Снова прижался и тихо поцеловал прямо в ухо, стараясь не оглушить. - Прости меня, нежная моя, что я вот так - без предупреждения. Я просто не смог. Просто не выдержал. С ума от тебя схожу, ты слишком прекрасна. - Чуть помолчал, прижимая меня к себе и, похоже, любуясь надвигающимися грозовыми облаками, а затем пообещал: - Ты не бойся, я тебя больше в обиду не дам. Ты моя девочка сладкая, всё у нас будет хорошо теперь. Только прости уж, я всё. Не железный. Ни дня больше не выдержу. Но ты не бойся, я ночью аккуратно. Тихонько всё сделаю. В сладкую писеньку мою. Тебе будет приятно, обещаю. И будешь потом пахнуть мной. Хочу, чтобы ты пахла мной. - И он с какой-то задорной злостью прибавил: - Пусть за километр тебя огибают! Зверьё...

Про кого говорил насильник, я не поняла. Судя по голосу, он смотрел то ли на дельфинов, которые бултыхались у буйков, то ли на бородача, который сплыл от мадам и приплыл к двум грудастым испанкам.

Задницу мне всё ещё затыкал член. Обмякший, утративший форму, но при этом скользкий. Я подёргала ногой, стараясь высвободиться, и резко осознала, что возвращается воля! Насильник, похоже, понявший то же самое, напрягся, рывком притянул меня к себе близко-близко, аккуратно вытянул член, раздвинув напоследок головкой раздражённый сфинктер, а после приказал:

- Не оборачивайся. Держи трусы. - И резко отпустил меня. Оттолкнулся, и сзади послышался плеск.

Конечно, первым делом я извернулась и посмотрела назад. Но никого рядом не было. Не было ни в тот момент, ни спустя минуту. Я судорожно сжимала трусы и оглядывала поверхность поблизости и за буйками, надеясь увидеть мерзавца хотя бы издали, чтобы запомнить, как он выглядит, и пойти с этим в полицию. Или хотя бы к капитану лайнера, ведь, судя по тому, что гад говорил, он меня знает! Где-то уже видел, раз присмотрел себе и поймал, когда я была беззащитна. Но голова так и не показывалась, и я всё отчётливей понимала, что меня поимели и бросили, оставшись безнаказанным. Просто поимели и бросили. Опять. Снова, как в универе. И я так же ничего не смогла с этим сделать. И не смогу.

Кое-как надела и завязала трусы, дошагала до берега, вылезла на песок, уселась на шезлонг. И расплакалась. А этот гад где-то плавает и хохочет, как удачно он поимел девчонку, которая ничего не способна противопоставить. Бессовестная, эгоистичная, грязная мразь! И я теперь - грязная.

В животе чуть крутило, как перед поносом. Сфинктер привычно сдерживал «дрысню», но я знала, что это не естественные отправления. Это сперма. Во мне сперма насильника. И я кончала в его руках от того, что знала, что она во мне. Кончала от насилия!

- Я шлю-ю-юха-а-а-а!.. - провыла я, но никто рядом не понял слов - русских поблизости не было. Подошла какая-то китаянка, погладила по плечу и попыталась на ломаном английском спросить, что случилось, но я помотала головой, выжала из себя только корявую благодарность и отмахнулась.