( Не ) любимая для Оборотня - Анна Кривенко Страница 38

Перед глазами пронеслось убитое депрессией лицо Али, и глаза парня в ужасе расширились.

— Ты уже рассказала моей невесте? — почти прорычал он, до хруста сжимая свой стакан с кофе, который ему принесли минуту назад.

— Нет, ты что!!! — Милена округлила глаза. — Да за кого ты меня принимаешь! Это вопрос касается только нас с тобой, и я надеюсь, что ты примешь верное решение…

Она замолчала, делая вид, что наполнена печалью и даже отчаянием. Никита тоже молчал, смотря в одну точку, а девушка всеми силами изображала надвигающуюся истерику.

— Никита… — простонала она театрально. — Я не хотела говорить тебе, правда! Думала сделать аборт. Но… я как представила, что это маленькое существо, наш невинный малыш, лишится права на жизнь, то… — она всхлипнула, — я просто не смогла, понимаешь? Я бы не смогла жить дальше, зная, что он умер, так и не получив шанса, не узнав материнской любви… Поэтому я позвала тебя. Это наша ОБЩАЯ проблема, Никита. Я не хочу убивать нашего ребенка, не хочу. Но что скажешь ты?

Никита молчал.

Всё внутри него раздиралось на части от глухого отчаяния и боли, ведь только что он однозначно потерял то счастье, которое недавно приобрел. Да, только в этот момент он окончательно признался себе, что очень серьезно влюблен в Алю — эту нежную скромную девушку, которая была так не похожа на других. Именно тот неё он хотел детей, именно с ней хотел создать идеальный НАСТОЯЩИЙ брак…

Имеет ли он право сейчас отправлять своего нерожденного ребёнка на смерть только потому, что когда-то Никита не сдержал своей похоти? Нет, этого не будет! Его дитя должно жить.

Но и от Али он не откажется. Придется признаваться в содеянном, просить прощения и доказывать ей, что именно она — его любовь. Только сможет ли Аля принять это?

— Я тебя понял, — произнёс Никита глухо, холодно посмотрев Милене в глаза. — Я против аборта. Когда ты родишь, я буду всячески поддерживать вас. Но… я всё равно женюсь на Але. Между мной и тобой больше ничего не может быть, Милена…

С этими словами парень поднялся на ноги, бросил на стол оплату за кофе и, развернувшись, поспешно направился к выходу.

Милена помрачнела, как небо перед грозой, и смачно выругалась себе под нос.

— Придурок… — прошипела она клокочущим от ярости голосом, — упрямый осёл! Ну ничего, мы еще посмотрим, захочет ли эта рыжая блоха выходить за тебя замуж!!!

Девушка раздраженно схватила тест на отцовство и неаккуратно впихнула его в сумку. За эту липовую бумагу она выложила целое состояние, хотя доктор долго упирался. Его покорил только чек на два миллиона, так что обман уже влетел в весьма немалую копеечку.

Милена встала, поправила на себе дорогущую норковую шубу, схватила сумочку и тоже отправилась к выходу, продумывая план, как разрушить намерения Никиты и наиболее незаметно убрать со своего пути ненавистную соперницу…

Глава 36

Апатия

Всё изменилось. Я изменилась. Да и Никита не остался прежним. В первые дни после случившегося он приходил каждый день: сидел на краешке кровати, держа меня за руку, и просто молчал. Я же вообще не хотела выбираться из постели, ощущая глубокую апатию ко всему.

Я думала, что Никита обязательно спросит меня о произошедшем, но он так и не сделал этого. Я видела, что парень стал задумчивым, часто отрешенно застывал, погруженный в свои напряжённые мысли, а в моем разуме лениво вертелось болезненное: «Наверное, раздумывает, как разорвать между нами нелепую договорённость…»

А вообще странно получается. Если Никита и Милена встречались, и она теперь беременна, почему бы ему не жениться именно на ней, да и дело с концом? Родители должны быть довольны. Или женой своей он её не видит? Почему? Станицкие всё-таки не одобряют? Но ведь она из семьи полноценных оборотней…

Хотя… кажется, их семьи действительно не ладили в прошлом. Что-то такое припоминаю.

Но ведь это смешно! Наличие ребёнка должно разрушить все преграды!

Глядя на Никиту, который зачем-то вновь и вновь приходил ко мне, я так и хотела спросить: «Может, пора уже прекратить этот фарс?»

Но не спрашивала.

А он не прекращал.

Я понимала, что со мной всё крайне плохо. Я стала безумной и вновь погрузилось в отчаянную депрессию, в которой жила в юности. Вернулись комплексы, восстала жгучая обида и болезненная ненависть. Если бы в прошлом всё не было так трагично, возможно, я давно бы нашла в себе силы поговорить, всё выяснить и расстаться полюбовно. Но сейчас у меня просто не было сил.

Я плыла по течению каждого дня, как дохлая рыба. Ничего не делала, просто валялась в постели, глядя в потолок. Мама уже несколько раз предлагала пригласить психиатра: они с отцом были уверены, что у меня последствия пережитого оборота. Но я отказывалась. Потому что ничего не хотела.

Никита даже не предлагал. Он просто смотрел на меня странным отчаянным взглядом, который уже не будил во мне абсолютно ничего. Я закрыла своё сердце. Закрыла навсегда.

Не хочу боли. Я больше не вынесу её. Закрыв эмоции под замком, я впала полнейшую апатию, которая с каждым днём поглощала меня всё сильнее.

На четвертый день, когда Никита снова пришёл, то сообщил, что собирается отложить свадьбу ради меня.

Я слегка нахмурилась.

— Ради меня не нужно… — ответила приглушённо. — Может есть другие причины?

Никита нахмурился в ответ.

— Нет никаких других причин, Аля. Я просто очень беспокоюсь о тебе…

— Тогда… чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее…

Я не договорила. Хотела сказать, «тем быстрее всё это закончится, и мы разойдёмся», но не смогла. Никита посмотрел на меня странно. Его темные глаза блеснули, и он почему-то опустился на колени. Наверное, для того чтобы его лицо оказалась на одном уровне с моим, ведь я продолжала валяться в постели.

Парень опёрся о кромку кровати локтями, поджал губы и произнес:

— Аля… если свадьба для тебя в тягость, мы можем…

— Не в тягость… — ответила я жестко. — Просто хочу, чтобы она прошла быстро и безо всяких сложностей.

Никита кивнул, а потом вдруг потянулся ко мне и… поцеловал. Нежно так, почти целомудренно.

Отодвинулся, заглядывая в глаза, а я… сделал броню вокруг своего сердца еще толще.

Не верю ему! Не верю этому поцелую и даже не хочу ни о чем думать. Лучше ничего не ждать, и тогда боли не будет. Не хочу больше, чтобы моё сердце разбилось. Оно и так раненое…

— Аля… — Никита