Тёмной по Светлому, или Магия нас связала - Олеля Баянъ Страница 37

Я зажёг светлячка. Его тусклый мягкий свет выхватил мужчину старше меня. Возможно, его таким сделали дни заточения. Приблизился к нему. Ни одной знакомой черты. Хотя по мне резанули стальным взглядом.

– Стиллард, – прошептал я ошеломлённо. – Эдмант Стиллард. Не Дортвендарт.

Я узнал его, потому что он приезжал со своим отцом в Ламерию и подрался. Нет, не со мной. С наследником, сыном дяди.

– Они сдохли, – просипел Стиллард.

– Ты не только глубоко сидишь, но и глубоко заблуждаешься, – я стянул маску. Она мешала.

– Насмехаешься, – от жажды он даже плюнуть в меня не смог. Так, только воздух коснулся меня.

– Нет. Я пришёл освободить тебя, – и разрубил кандалы новым заклинанием, которое разрабатывал не один год, но всё проверить не было возможности.

Заключённый рухнул, но его тут же объяла Облачная Тьма. Я был готов к этому, а потому отразил его внезапную атаку. Наши заклинания встретились, скрестились, словно мечи.

– С чего такой щедрый жест?

– Ты поможешь сбежать к тёмным на границу моей матери и сестре. Так отплатишь долг за освобождение, – я первым убрал заклинание.

Тёмное заклятье не дошло до меня – растворилось в воздухе. Стиллард приблизился ко мне, с опаской и осторожностью. Его походка была шатающейся, сказывалось длительное заточение.

– Даже клятву не возьмёшь? – прокашлял он. – А если я сбе…

– Тёмные держат своё слово, – в этом я смог убедиться лично. Может, и тёмные, но чести в них больше, чем в светлой аристократии. И вобоще цвет магии всего лишь цвет, а не характеристика человека.

– Кто-то из Дортвендартов жив, – не то спросил, не то утверждал Эдмант.

Приближающийся гулкий шум подсказал, что с разговорами пора заканчивать. Я схватил Стилларда и притянул его к себе.

– Не думал, что ты влюблён в меня, – пошутил тёмный.

– Сейчас опробуем новый портал, – без смеха предупредил его.

– Опять ты что-то придумал, – застонал он. В тот свой визит к нам Эдмант успел познакомиться с моей душой, жаждущей открытий.

На этот раз я улыбнулся и активировал портал, над которым и работал всю ночь. Я не стал закрывать глаза, а потому вспышка ослепила меня. Я потерял ориентацию, когда на меня дохнуло мокрым ветром. Над головой раздался гром. Я подставил лицо под крупные капли дождя и вдохнул полной грудью. Аромат свободы опьянял. Хотя не я был узником Лашрога, но кажется, сегодня я освободил сам себя.

Глава 14

– Маргота, что ты здесь делаешь? – прошептала я и скинула свой капюшон с головы.

– Вы меня знаете? – осторожно спросила прикованная девица, внимательно вглядываясь в мои черты. – Вы тёмная. Вряд ли мы встречались, – протянула она.

– Только слышала о тебе от твоего брата, – я не соврала.

Де ла Терн как-то упоминал про мать и сестру. Даже без его рассказа, я бы поняла, кем она приходится. Грегор и Маргота, брат и сестра, очень похожи. Внешность девушки была более тонкой, нежной, хрупкой и ещё по-юношески пухловатой, но уже не ребёнок. Верхние округлости у неё были побольше моих, а я старше её лет на десять.

Я резко выдохнула и стала боком к Марготе. Открыла рот и тут же закрыла его. Неожиданное открытие лишило меня дара речи. Мысли скакали в голове, что я не сразу подобрала слова для вопроса.

– Король держит тебя и мать в заложницах? – на этот раз я решила ничего не додумывать и не придумывать никому ни оправданий, ни обидок. Мне нужна правда. Правда, чтобы снять обвинения с Тёмной Империи. Правда, чтобы дать своим чувствам к Грегору волю.

– Это называется «гостим», – с ядовитыми нотками поправила меня девушка. – Хотя ваша формулировка более точная и полнее отражает наше положение. Как Грегор?

До меня не сразу дошёл её вопрос. В моей голове складывался паззл под названием «цепной пёс Грегор». Вот что заставило его нарушить данное мне слово.

Незадолго до решающего момента за границей в последнюю нашу ночь там, де ла Терн пообещал, что женится на мне. Официально попросит моей руки, познакомит с родными – с матерью и младшей сестрой. Ему плевать было на мезальянс. Я лежала в его объятьях, нетронутая, разве что заласканная поцелуями. Он желал сделать всё «правильно», а не там, где в любой момент на нас могли напасть сущности. И вдруг этот бал, где он обручился с принцессой Гренада.

Если до этого момента я ещё лелеяла обидки на Грегора, что он предал меня, бросил там умирать, а после и нарушил своё слово, то после того, как только что узнала о пленении его родных, осознала, как тяжело ему было. Как тяжело было нам среди всех этих интриг и тайн нести свои ноши и скрывать истинные чувства!

Обручение – это не брачная клятва, хотя оно всё ещё царапало моё сердце. Его шантажировали семьёй, чтобы добиться послушания. Выходит, что для него статус наследника подобен тюрьме. А ещё я… Я не дала ему ни шанса объясниться, ни единой возможности раскрыть свои настоящие мысли. Только и делала, что отталкивала.

– Обручился с принцессой Гренада, – ответила я его сестре, заставив себя обратить внимание на неё и её слова.

Ого! А ещё и светлая! Таких отборных словечек даже я не слышала, хотя росла единственной девочкой среди братьев. Правда, дедушка не поощрял ругательства, особенно в присутствии леди. И не леди тоже.

– Значит, дядя его вынудил, – прошептала Маргота, а затем громче произнесла: – Отдай мне сарпиву. Ещё купишь, а так нам хотя бы с матерью хватит.

– Хватит на что? – я подлетела к ней. Её всё ещё удерживали мои заклинания-путы, но на них некоторых из них я заметила трещины. Девчонка не только сбегать научилась, но и магичить умела. Исподтишка действовала, не попросила напрямую. Любит независимость? Мне определённо нравится сестра Грега.

– Лучше если нас не будет, – шмыгнула носом Маргота. – Тогда Грегор будет свободен.

– Тогда твой дядя припрячет ваши трупы и продолжит с удвоенной силой наседать на твоего брата, – я постучала пальцем по её лбу. Вот дура! Беру назад свои слова о том, что она мне нравится. У меня даже мысли не возникло о смерти, когда я осталась одна. Злоба, ненависть и уйма энергии, чтобы раскопать правду о появлении сущностей в нашем мире.

– Ваши смерти будут напрасны. Ради вас Грегор терпит глупые выходки короля. Вы лишите его силы, которая зовётся семьёй. Это ради вас он сильный, а если потеряет, то станет всю жизнь винить себя.

Маргота хлюпнула носом и повернула голову в сторону, чтобы скрыть покрасневшие