Позор для истинной. Фальшивая свадьба - Кристина Юрьевна Юраш Страница 36

Я отдернула руку, словно обожглась.

— Я не согласна, — произнесла я, сжимая руку в кулак.

Мне не нравился Лоран. И не понравился еще тогда, при первом сватовстве, когда он оценивал мои серьги взглядом оценщика.

— Мой ответ. И ответ моего отца — нет! Я вас уверяю. Он повторит вам мое “нет”.

Воздух вокруг словно наэлектризовался. Маска благородного спасителя треснула и осыпалась, обнажив истинное лицо.

— Шлюха! — послышался голос. Резкий, хриплый.

Я почувствовала нотки перегара, которые теперь уже не скрывал никакой одеколон. Он поднялся с колена, и его лицо исказила гримаса злобы.

— Грязная маленькая шлюха! — прорычал он, делая шаг вверх. — Я к тебе, значит, со всей душой, а ты...

Я отшатнулась, упираясь спиной в стену. В ужасе от такой резкой перемены. Еще секунду назад он был готов целовать край моего платья, а теперь смотрел так, словно хотел плюнуть мне в лицо.

— Как вы смеете! — произнесла я, вспыхивая. Гнев заглушил страх. — Вон из моего дома!

— Что, голодрань? — он рассмеялся, и этот смех был похож на лай. — Так и хочешь сидеть в нищете? Да? Выглядишь, как шелупонь! Ни прически, ни платья? Что? Горничные разбежались, да? Платить нечем?

Он обвел взглядом холл, задержавшись на пыли на перилах.

— Ты посмотри! Этот дом уже выставлен на продажу! И скоро на продажу выставят тебя! В публичном доме! Там твои манеры будут в самый раз!

Я сжала кулаки так, что ногти впивались в ладони. Боль помогла сосредоточиться. Он хотел меня сломать. Запугать. Заставить согласиться из страха.

— Дела семьи уже пошли на лад. Открою тебе секрет! — произнесла я с гордостью, выпрямляя спину. — Или ты не читал газеты?

Лоран замер. Его глаза сузились.

— Быть такого не может, чтобы за одну ночь все вдруг стало хорошо! — заметил он, и в его голосе проскользнуло сомнение. — Такого не бывает! Чудес не бывает!

— Бывает! — гадко усмехнулась я, чувствуя, как внутри закипает злорадство. — Все бывает, как выяснилось. Контракты возобновлены! Король увеличил закупки! Так что чудеса случаются!

— Не может такого быть! Не за одну ночь! — спорил Лоран. Он зол. Ужасно зол. Его лицо побагровело, на шее вздулась вена. — Ты... ты просто упрямая девка, которая не видит своего счастья! Вот ты кто! Жадная и капризная принцесска, возомнившая, что у тебя есть титул! А у тебя даже титула нет! Ты вообще должна быть рада, что к тебе после всего посватался сам граф!

Я смотрела на него и думала о том, что Хаос — тот неизвестный, в маске, с ледяным голосом и когтистыми руками — не самый худший мужчина по сравнению с вот этим вот. Хаос, по крайней мере, не лгал о чувствах. Он сразу сказал цену. Лоран же торговал ложью, прикрываясь честью рода.

— Ничего, — прошипел Лоран, понимая, что проиграл эту битву. Он попятился к двери, но взгляд его оставался липким, грязным. — Когда тебя продадут в бордель, а это случится, я буду покупать тебя на ночь. Вспоминая, как ты блистала в своих нарядах! Как твой отец отказал мне! Я тебе все припомню! Каждую слезу!

Он развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что со стен осыпалась штукатурка.

Я осталась одна. Тишина вернулась, но теперь она звенела от напряжения. Ноги подкосились, и я медленно сползла по стене вниз, обхватывая колени руками.

Выдохнула.

Воздух в холле все еще был отравлен его присутствием, запахом злобы и дешевого вина. Я провела ладонью по лицу, стирая невидимую грязь. Мне нужно было умыться. Нужно было смыть этот разговор, эти угрозы, этот взгляд.

Но где-то в глубине души, там, где пульсировала проклятая метка, шевельнулось странное чувство. Облегчение. Потому что я знала: Лоран не сможет меня купить. А тот, кто уже купил... Тот, по крайней мере, держит слово.

Глава 62. Дракон

Тьма внутри кареты была не просто отсутствием света. Она была живой, вязкой субстанцией, пропитанной запахом старой кожи, кислых винных паров и моего собственного, едва сдерживаемого гнева.

Я сидел в углу, растворившись в тенях так глубоко, что казался частью черной обивки. Маска на лице холодила кожу, превращая каждый вдох в глоток ледяного металла. Через узкие прорези мир окрашивался в багровые тона — так хищник видит кровь еще до того, как она прольется.

Я ждал.

Еще минуту назад я стоял под окном особняка Фермор. Слышал всё. Каждое слово, каждое унижение, которое это ничтожество позволило себе произнести в её адрес. Я слышал, как он назвал её шлюхой. Как угрожал борделем. Его голос, пропитанный алкоголем и злобой, резанул по моим нервам тонкой струной, которая наконец лопнула с сухим, почти не слышным щелчком.

Дверца кареты распахнулась, впуская поток холодного ночного воздуха и фигуру Лорана.

Он тяжело плюхнулся на сиденье напротив, даже не взглянув в темный угол. От него разило перегаром и дорогими духами, которыми он пытался заглушить запах собственного падения.

— Шлюха… Попляшешь ты еще у меня! Я тебе… я тебе устрою! — пробормотал он в сердцах, захлопывая дверь.

Только когда колеса скрипнули, сдвигаясь с места, он повернул голову. Его взгляд наткнулся на меня. На темную фигуру в углу. На холодный блеск стали в моей руке.

Лоран замер. Его зрачки расширились, поглощая радужку, превращая глаза в черные провалы. Лицо, еще секунду назад самодовольное и пьяное, мгновенно побледнело, став серым, как пепел после пожара. Он попытался отшатнуться, но спина уже уперлась в спинку сиденья. Бежать было некуда.

Коробочка с обручальным кольцом выскользнула из его пальцев, упала на пол и хрустнула под моим сапогом.

— Кто… — начал он, но звук застрял в горле, словно проглоченный страхом.

Я не дал ему договорить. Одним плавным движением, слишком быстрым для человека, я оказался рядом. Холодное лезвие кинжала легло на его сонную артерию. Точно. Без дрожи.

— Скажи кучеру, чтобы трогался, — прошептал я.

Голос вышел искаженным. Маска меняла тембр, делая его глухим, скрежещущим, лишая человеческих интонаций. Это был голос той тени, которой я притворялся для неё. Голос Хаоса.