Как (не) стать избранницей драконьего принца - Анжела Кристова Страница 36

Все можно в жизни пережить тут понимаю, даже, что «девочкой моей» меня зовет орк. Прислушалась к себе. А мне приятно! В мыслях сумбур, в голове пожар, из ноздрей дым, рев из груди, а на сердце мягко. Интересно, а я изрыгаю пламя? Только подумала, как струя огня полилась из раскрытой пасти. Пламя, словно живая вода, закапало огненными каплями на пол столовой. Мне ни больно, ни горячо, что не скажу об окружении. Ой, как запрыгали, как ринулись все врассыпную. Но Жарклай стоит столбом, и Рули не уходит. Поставив руки-лапы в рупор, кричит:

— Александрина, обращайся!!! Человеком!

Словно есть другие варианты…

А не буду! Не хочу! Я Дракона. Расправляю плечи. Мои крылья лежат на земле. Пробую поднять их, ой, какие же они огромные, тяжелые! Тут так мало места…

А тем временем, стекший наземь огонь и не думает затухать.

«Вам бы песочка, все присыпать», — размышляю межу делом, и решаю, что еще поджечь… может быть Жарклая? Попытаться или же не надо? Нет, не настолько же я кровожадная.

И вдохнув в грудь новую порцию воздуха, понимаю, что вновь готово изрыгнуться пламя. Выдох. Пламя вырывается из меня кому на горе, а кому на радость. Вижу по горящим восхищением глазам, что орку нравится, как нравится увиденное и Жарклаю.

— Уговорите ее вернуться в тело, умоляю! — слышу голос. Кто это взывает и к кому?! Неужели к Рули орку сам Медиус рест Альбартос, ректор? Жаль, Мирта убежала…а мне хочется видеть здесь еще одного студента…, но как только пробую подумать, в сознание с большим-большим трудом вновь пролезает голос:

— Александрина, дорогая! Подумай о своем человеческом теле. — О, магистр Ринойс! — Возвращайся к нам, Александрина! Обещаю, наказания не будет.

О! А это очень хорошо. Что-то мне подсказывает, что я сильно провинилась…

Поворачиваю голову, смотрю вокруг. Странная картинка, вроде не двоится, но все такие маленькие! Мне бы все подробней рассмотреть…

Только подумала, как все случилось. Резко набежал облик магистра Ринойса на меня. Я аж отшатнулась, вновь ударившись затылком. Нет, к своим габаритам и сознанию фантастической твари надо привыкнуть для начала. Чаще, чаще надо обращаться…

— Александрина! Обещаю, мы попробуем и много раз. А сейчас давай, подумай о своем теле человека. Ну же!

Магистр Ринойс не в мыслях обращается ко мне, а говорит все громко, во всеуслышание, как переживает, что в мое сознание на ментальном уровне сейчас не пробиться. Ну, возможно, верно… Я и громкий голос слышать не хочу.

«Нет, не буду! Платье порвала и плащ».

Вижу, что магистр Ринойс с целой толпой преподавателей что-то обсуждает, а мне лень прислушиваться, я злюсь. Жарклай стоит, орк косится на толпу преподавателей и пламя, что никак не затухает на полу.

Магистр Ринойс срывает с плеч плащ, показывает мне:

— Александрина, оборачивайся! Плащ одеваешь мой!

— Р-гыр! — отвечаю возмущенно и, набрав в грудь побольше воздуха на вдохе, выдыхаю вновь дым из ноздрей и огонь струей из пасти. Что мне все указывают?! Не хочу чужой плащ, принесите мой!

Подожгла! На этот раз вспыхнула стена столовой.

— Лорд Йоран, отойдите от нее! Вы ее раздражаете!

О, ректор перехватил инициативу. Пробует договориться и убрать раздражающий момент? Это он верно мыслит — Жарклай бесит, а я зверь теперь.

— Александрина рест Моринор, обещаю, вас не накажут! — говорит Медиус рест Альбартос, виноват лорд Йоран — он спровоцировал обращение.

Жарклай косит взглядом, словно дикий жеребец. Не послушал ректора, поменял лишь позу, сложил руки на груди и смотрит на меня все также. Ждет, чего?

— Лорд, вынужден вам сделать предупреждение! Вы в стенах академии драконов, здесь мои распоряжения имеют силу, вы обязаны подчиниться и уйти, или я вынужден буду вас отчислить.

И Жарклай подчинился, на прощание бросил в сторону мою взгляд ну очень скажем так, проникновенный. И когда он выходил в дверной проем, столкнулся с Тарсом: он принес мне плащ — все тот же, мой, с красивой дорогой вышивкой по краю.

* * *

Стоило подумать о себе, как стала девой… голой. Тарс накинул мне на плечи плащ, и не отошел, как бы всем говоря: «Тут моё место». Смотрю на свои руки, а они покрываются мелкой чешуей — зеленой и блестящей.

— Мамочки, да что со мной?! — пробую содрать одну чешуйку.

— О, вторая стадия! — восклицает восхищенно кто-то из преподавателей.

— Это не опасно, леди! Чешуя по вашему желанию может преобразоваться в одежду, — говорит ректор. — Подумайте о платье или же о коже, и чешуя станет тканью или кожей. Мысленный процесс толкает преобразование из одной стадии в другую у дракона, ну же!

Откинув голову назад, прикрыв глаза, представила… коротенькие джинсовые шорты, с ярким платком вместо ремешка и необработанным махристым краем…, плюсом свободная рубашка в крупную клетку с длинным рукавом, и тут мне помешали: в мысли проник негодник, с кисточкой на конце крысиного хвоста:

«Александрина, мечтай серьезней! Лучше просто платье с глухим воротом. Просто платье, — повторяет. — Обрезанные криво короткие штаны — для мужиков. Не интригуй всех еще больше!»

Но я уже решила, и мое новое тело подчинилось. Хорошо, что на мне был длинный плащ. Шорты и розовая клетчатая рубашка появились, и вместе с ними цветной платок и белые кеды с толстыми шнурками. Под коричневым плащом особенно не видно, но чешуя с запястий и не думала слезать.

Разглядываю свои руки, вспоминаю странный облик Валенталь. У нее что, тормознулась трансформация?

— Прошу в мой кабинет, и вас лорд Каспентор, — приглашает нас пройти с ним ректор.

Пожала плечами. Эх! Все же будет разговор и нагоняй, пусть небольшой, но точно будет. Виновата…

Глава 28. Чешуя и я

— Хороша! Зелень чешуи, огонь и рев гиганта! В первый раз такое вижу — реально обращение от гнева! — один из преподавателей восхищенно смотрит на дверной проем, в котором скрылись ректор, магистр Ринойс — куратор потока молодых драконов и двое студиозов. Двери больше нет, дверь вынесла толпа спасавшихся от гнева девушки студентов. — Эх, жаль, я испугался, что она обрушит потолок, а надо было оторвать одну чешуйку. Хвост был так близко…

— Что вы, лорд Ярсон! Это очень опасно! А если она обидится на вас?

— Ничего не обидится, я на уроке ей напомню, что обижаться на преподавателя чревато, и одной чешуйкой тогда не обойдется. Придется минимум пять давать!

— Слушайте! Вы делите шкуру не убитого дракона!