Рябиновая кровь - Марина Адлер Страница 33

от плеча мужа твоего, может очернить любовь словно семя подкрадывающегося раздора. Оно ляжет в благостную почву временной обиды меж женой и мужем, прорастёт, а после и выкорчевать не сможешь ничем. Взгляд свой не дари молодцам прекрасным, коль единственного выберешь. Бедой такое всегда оборачивается».

Сложно было понять свои чувства, возникшие к Яромиру, как и жажду колдуна получить именно меня в жёны. Но поскольку судьба моя стала определена, обязана была хранить верность мужу, хоть таковым он мне не стал до конца. Из размышлений вырвал голос одной из девушек, собиравших свою госпожу к утренней трапезе: пир и гости ждали, свадебные застолья не думали прекращаться. Весь Мирн пировал, вместе с горожанами и весь дворец княжеский праздновал.

— Княгиня, госпожа моя, — елейным голоском обратилась служанка, аккуратно поправляя одежды на мне и помогая встать, — хоть бы раз улыбнулась.

До этого момента и не думала спрашивать, как зовут девушек, которые вились вокруг меня, о чём-то воркуя меж собой, но светловолосая голубоглазая молодая помощница привлекла внимание столь смелой просьбой. Глаза её были немного узкими и раскосыми, а на курносой переносице виднелась игривая россыпь веснушек. От этого улыбка девушки казалась немного хитрой, а не доброжелательной. Лишь раз внимательно взглянув на помощницу, странным образом она мне не понравилась. Даже мёд её слов не смог унять некоего сильного предчувствия, звенящего под кожей. Я натянуто, но улыбнулась, делая вид, что всё хорошо. После открыла дверь и вышла одна из покоев, направляясь по знакомому уже маршруту к трапезной. Да и угадать было бы несложно куда идти, из зала лилась музыка, отдаваясь эхом по всему дворцу.

— Куда так спешим без супруга? — неожиданно раздался голос позади, заставляя резко замереть и только после обернуться полностью.

Князь медленно прошествовал ко мне, немного хромая, как и всегда, а посох в его руке стучал по деревянному полу в такт шагам, облегчая звук тяжёлой поступи. Сегодня колдун предпочёл вновь тёмные одежды, венчая голову золотой короной, что всегда делало его ещё более жутким в моих глазах.

— Забыла я, что стоит дождаться супруга. Непривычно ещё, — ответила, а сама тут же залилась румянцем при воспоминании вчерашней ночи. Уж слишком пристально смотрел князь, наверняка оценивая то, как одета, какие украшения на мне. Наверняка он и распорядился о том, чтобы так наряжали отныне его жену.

— Привыкай, — только и ответил он немного мягче, словно старался успокоить. Я же растерянно кивнула.

Взяв мою руку и огладив запястье знакомой лаской, которая необычайно успокаивала, колдун направил нас идти дальше по коридору. Утренняя трапеза была весьма пышной, а гости перебравшие вечером, спешили испить квасу, чтобы унять хмельной недуг. Мы с мужем расположились во главе длинного стола, за которым сидело уж с дюжины две бояр да других высокопоставленных приглашённых. Осмотрев людей, осознала, что нет среди них ни единого мне знакомого лица. Начала бы вновь печалиться, сравнивая княжеский двор отца, в котором знала почти каждого и здешний, но взгляд мой наткнулся на юношу, который буравил меня взглядом без опаски.

Ещё вопрос не слетел с языка, а колдун тотчас же сам поспешил представить мне недалеко сидящего парня:

— Это Волибор, мой верный подручный. Парень хоть и юн, но смышлёный. — Приказал жестом князь подняться своего слугу для знакомства с новоиспечённой супругой.

Тот робко поклонился и сразу поспешил сесть, явно не желая привлекать столько внимания. Высокий молодой мужчина с прямыми чёрными волосами, закрывающими уши, был болезненно бледен и смотрел холодно на меня серыми глазами. Волибор был уже сложён как мужчина: рост и выправка его, указывали, что помощнику князя лет семнадцать. Лицо же было по— юношески округлым, а щетина не столь густой на подбородке как у мужчин постарше. Однако взгляд парня был весьма мудрым и проницательным. Это сразу дало понять, что он обладает гибким умом. Наверняка это же ценил в нём князь, избрав на место подручного. Я кивнула Волибору в знак приветствия и даже немного улыбнулась. Праздничный завтрак продолжился.

Я сидела, рассматривая гостей. Князь, как и вчера, не прикасался к еде, но накрыл мою руку, лежащую на столе, своей, замечая то, как строга и отвечаю на вопросы его подданных без улыбок, лишь из чувства долга. Их лица старалась запомнить, как и выделенный чин, была дружелюбна, следуя примеру матери за которой наблюдала годами. А внутри всё сжималось от того, как рука князя лежала поверх моей и часто его пальцы поглаживали кожу. Знала, муж старается успокоить, но отныне такая близость пугала.

К счастью вскоре трапеза завершилась, а мене позволили удалиться. Наверняка праздник будет длиться ещё дня два, но это уже для народа увеселением станет. Я же переоделась в более удобный наряд и стала вышивать, сидя у окна, чтобы занять себя чем-то.

Так прошли три дня. Иногда я выходила прогуляться по княжескому обширному двору. Иногда оставалась всё время в комнате, только изредка видясь с князем, чтобы посетить трапезную. Но к третьему дню моё затворничество подошло к завершению. Когда же солнце стало опускаться, окутывая небо розоватыми разводами у горизонта, словно забирая огонь дневного зноя, в дверь постучали.

— Госпожа, позвольте, — подала голос Арьяна, та самая девушка, которая мне показалась излишне обходительной, но с хитрым умыслом. Её имя запомнила хорошо, да она и сама его не давала забыть, стараясь угодить каждой просьбе и заслуживая место подле госпожи с большим рвением.

— Войди, — разрешила я служанке.

Арья прошла в комнату робко. Сегодня её лицо прямо— таки озаряло счастье.

— Государь велел к нему в покои привести жену. Негоже спать супругам столь долгое время порознь.

Ужас сковал всё тело, как только слетели те слова с языка Арьи. Иглой, которую держала в руках случайно укололась и охнула, отложила ткань, на которой уже расцветал красивый узор моей вышивки вместе с красным пятном. Деваться стало некуда. Терпение же мужа очень быстро иссякло.

— Во что облачим вас, госпожа? — всё так же нараспев продолжила девушка, словно бы это её сейчас хотели отвести к мужу, но прекрасному как само солнце.

— Что выберешь, в том и пойду, — ответила, а сама принялась расплетать немного растрепавшуюся косу.

Арья искоса глянула на меня, после уже молча стала подготавливать. Украшения на меня в этот раз не надевали. Лишь красивая белая нижняя рубашка украшала тело, сарафан тёмный до пят и красная кружевная лента в волосах. Внутри словно натянулась струна, когда помощница повела меня к мужу. Подозревала, что не разговоры меня ждут. Но больший ужас вселял сам князь.

Арьяна остановилась у