Новая надежда - Александра Плен Страница 32

мы построили за год, работает на полную мощность. Они расположены в нескольких километрах к югу от поселка, так как, во-первых, пласты твердого углерода, образующиеся после фильтрации, нужно куда-то складывать, а во-вторых, влага из воздуха, отсеиваемая мембранами, собирается в небольшую речушку и течет на юг, впадая в новое море, образовавшееся на месте бывших Воронежской и Липецкой областей.

Требуется гораздо больше турбин. Мальцева продолжает проводить собрания на первом этаже бункера, озвучивая планы на будущее и прогнозы ученых. Пока они не слишком оптимистичны. С такими темпами Земле потребуется множество тысяч лет, чтобы полностью очистить атмосферу.

Но мы не одни. Турбины строят и американцы, и французы, и немцы, и даже наш восточный филиал. По плану к концу следующего года их должно быть уже десять тысяч.

Мы постоянно работаем: разводим растения, модифицируем ДНК, чтобы они выделяли больше кислорода и поглощали больше углекислого газа. Физики усовершенствуют турбины, мембраны и адсорбенты.

Людей продолжают находить. Теперь, в основном, по тепловизорам, так как выжившие находятся под землей. Привозят небольшими группами, отдельными семьями, которым удалось создать герметичный погреб, запастись кислородом и респираторами. Даже эти крохи безумно радуют. Каждый человек — на вес золота. Мы все вместе встречаем поисковые отряды овациями и надеемся, что следующий отряд приедет не пустым.

Все студенты переселились наверх, а около ста спонсоров выбрали бункер своим постоянным местом жительства. Им не нужен новый мир, привычнее оставаться в старом. Они не хотят работать, согласны жить под искусственным светом, есть синтезированную пищу, лишь бы не принимать решения и не двигаться вперед. Увы, среди них остались не только старики, но и молодежь, например, Иван. Он официально женился на одной из девушек, занял почти весь этаж и теперь наслаждается бездельем.

Через какое-то время там никого не останется. Или они так далеко отойдут от нас, нормальных людей, что станут своей собственной расой… кротами, как говорит Катя.

Общими усилиями мы добились того, что спустя два года после выхода на поверхность, некоторое время можно дышать. Пока всего полчаса, потом начинает кружиться голова, но и это огромное достижение.

Нас пятеро: Макс, я, Наталья Северинова, мои дети Лиза и Матвей Севериновы, и мой брат Игорь Зальцев. Лиза называет меня мамой. Матвей пока нет, но мы над этим работаем.

Мне очень хочется, чтобы мой собственный малыш появился на свет в мире, где можно дышать без респиратора, где небо голубое, а трава лишь слегка касается колен, как это было раньше, а не высотой с человеческий рост. Однако я не представляю, сколько времени займет восстановление. Учёные постоянно предлагают разные прогнозы: одни говорят о пяти годах, другие — о сотне… А Макс так мечтает о дочке…

Наверное, я все же решусь. Откладывать жизнь на потом, так же как откладывать счастье, — глупо.

Теперь я это точно знаю.

Конец