Невеста-попаданка для двух драконов - Мила Дуглас Страница 31

Лия медленно подняла брови от удивления. Она точно не ждала увидеть Дэриана с такой стороны.

— О, это прям прогресс в мире драконов. Рост я бы сказала в понимании, что я творю какую дичь. Обычно ты говоришь что-то в духе «я — твоя судьба, замолчи уже и повинуйся». А тут вдруг — сам себя наказываешь. Тебя подменили? Или это новый способ манипуляции? Если так, то довольно изощренный, надо признать.

Он вздохнул, но в этом звуке не было ни капли привычного высокомерия. Был лишь усталый, горький стон.

— Нет, это не манипуляция. Это… капитуляция, Лия. Моя Лия. — Он оттолкнулся от двери и медленно подошел к кровати, опускаясь на колени перед ней. Не в рыцарском поклоне, а так, будто ноги больше не держали. Его глаза, те самые ледяные серые, теперь были похожи на туман над осенним озером — мутные, уставшие, полные чего-то такого, чего она раньше в них не видела. Страха.

— Я не злюсь, Лия. Злость… она сгорела. Осталось только… опустошение. Чувство, будто кто-то выскоблил всё внутри и оставил только скорлупу. И сквозняк.

Он потянулся к её руке, лежавшей на одеяле, но не взял её, а лишь коснулся кончиками пальцев, будто боялся обжечься или сломать.

— Я говорил тебе про долг. Про правила. Про стены, которые нужно брать штурмом. Я строил из себя эту… ледяную крепость. Думал, что это сила. Что так и надо — холодно, расчетливо, без слабостей. А оказалось, что ты просто очень красивая, очень сложная ловушка. Для самого себя.

Он поднял на неё взгляд, и в нём не было ни капли привычного Дэриана. Был мужчина, который страдал. Причем по-настоящему.

— А потом пришла ты. Со своими дурацкими песнями. Со своими криками о каких-то личных границах. Со своим умением смеяться так громко, что, кажется, дрожат витражи во всем замке. Ты не стала слушаться меня, Лия. Ты… ты устроила землетрясение прямо под фундаментом. И трещины пошли не только по камням. Они пошли сразу и по мне.

Лия слушала, не в силах вымолвить ни слова. В её груди что-то зарождалось — то ли остатки обиды, то ли что-то новое, теплое и колючее одновременно. К этому несносному болвану, от которого у нее подкашивались ноги.

— Я боялся, — прошептал Дэриан, и это признание, видимо, далось ему труднее, чем любой бой. — Не за трон. Не за род. Я боялся тебя. Боялся этой… силы, которая в тебе. Той, что заставляет мою кровь бежать быстрее, а разум — отключаться мгновенно. Начинает работать только одно место. Прости. Я боялся, что ты увидишь, какой я на самом деле — не безупречного принца, а… человека. Обычного мужчину. Собственника, со жгучей ревностью. Со страхом быть отвергнутым. С дурацким, детским желанием, чтобы кто-то выбрал меня не потому, что так велит ритуал, а просто потому что… потому что я. Вот такой идиот! Чтобы меня полюбили такого.

Дэриан замолчал, его взгляд упал на ее руки, лежавшие на коленях. Потом он медленно, нежно, откинул край одеяла и обнажил ее запястье. Там, где вчера его пальцы впивались в кожу, остались синяки — темные, отпечатки его потери контроля.

— Я сделал тебе больно, — его голос сорвался. Он провел большим пальцем по красно-фиолетовому пятну, и его прикосновение было таким нежным, что по коже побежали мурашки. — Я, который клялся защищать тебя. Причинил тебе боль. Физическую. И… другую. Этого нельзя простить. Я это знаю.

Он наклонился и приложил губы к синяку. Не поцелуй. Скорее, прикосновение, полное такого отчаяния и раскаяния, что у Лии перехватило дыхание.

— Я идиот, — прошептал он в её ладошку. — Слепой, самовлюбленный, напуганный идиот, еще и с короной. Я пытался загнать тебя в клетку, потому что боялся, что ты улетишь. А сам не понимал, что ты — не птица. Ты — та самая стихия, которой нельзя управлять. Ей можно только… довериться. Или сойти с ума рядом, сгорая вместе с тобой.

Дэриан поднял голову, и в его глазах стояли слезы. Драконы не плачут. Но люди — да. И мужчины тоже. И в этот момент он был именно человеком. Сломленным, запутавшимся, безумно уязвимым мужчиной.

— Я не прошу забыть. Не прошу простить меня. Я просто… прошу. Не бросай меня, пожалуйста. Потому что если ты уйдёшь… — он сглотнул, — я не знаю, что со мной будет. Эта крепость рухнет окончательно. И под обломками останется только… пустота. Я не могу без тебя, Лия. Это не долг. Не ритуал. Это… я не знаю, как это назвать в нашем или вашем мире. Любовь? Нет, это больше. В нашем это называется «связь душ». Но для меня это просто… потребность дышать. А ты — мой воздух.

Дэриан замолчал, словно выдохся. Его голова опустилась, лбом он уперся в её колени. Плечи слегка вздрагивали.

Лия сидела, ошеломленная. В ушах звенело. Землетрясение, говорил он. Да уж, оно самое. Её внутреннее состояние сейчас напоминал результат встречи тектонических плит после пары кружек крепкого эля из «Рычащего тролля». Она медленно подняла руку и коснулась его волос. Они были мягкими, тёплыми, такими человеческими.

— Дэриан, — тихо сказала она. Его имя на её языке звучало странно, без привычной официальной оболочки. — Я… я не знаю, что сказать.

— Ничего не говори, малышка, — прошептал он, не поднимая головы. — Просто… позволь мне быть здесь. Позволь попробовать быть тем, кем я должен был быть с самого начала. Не властным ослом, как ты говоришь. Не тираном. А просто… тем, кто рядом. Даже если я делаю это ужасно. Даже если я снова облажаюсь. Пожалуйста, дай мне шанс.

Он поднял на нее глаза. Дэриан озвучил ни требования, ни приказ. Впервые он просил. По-настоящему.

— Ладно, — вздохнула она. — Ладно, ледяной принц. Сиди рядом, все равно же ты меня запер здесь. Но знаешь, если тронешь мои границы без спроса — я тебе не песню спою, я тебе что-нибудь тяжелым и неудобным по голове стукну. Понял?

На его лице, впервые за этот разговор, дрогнуло что-то, отдаленно напоминающее улыбку. Слабое, уставшее, но настоящее.

— Понял, — кивнул он. Потом осторожно, боясь ее спугнуть, поднялся с колен и сел рядом с Лией на