Три дня нашей страсти. Во власти Змеиного леса - Лера Виннер Страница 31

Я легко нашла дорогу к городу и улыбнулась снова, разглядывая сонный, еще даже не начавший приходить в себя после праздника Нэзвилл.

Улицы были пустыми, только пару раз мне попались на глаза хмурые заспанные уборщики.

Заметив предсказуемо закрытую сейчас кофейню Марты, я хмыкнула себе под нос и мысленно назвала ее плутовкой.

Жаль было, что не удастся сделать этого вслух, но я дала слово Королю.

Как бы сильно подданные Эйдана ни были ему преданы, он нарушил закон Змеиного леса, подарив мне мои воспоминания, и я не могла подвести его ни словом, ни делом.

О том, что уехать отсюда мне придется как можно скорее, я позволила себе пока не думать.

Для начала — кофе, завтрак и какой-нибудь дурацкий сувенир на память — просто для приличия, просто чтобы напомнить себе о том, что здесь я такая же, как все. Глупая, беспечная и весела туристка.

Змеиный лес на стал моим билетом к постоянному контракту, о котором я так мечтала.

Поездка в этот городок не принесла ничего из того, что я воображала себе, садясь в машину.

Однако при этом она дала мне так много, что с этим еще предстояло научиться жить.

Гостиница, в которой я сняла номер, располагалась в доме настолько старом, что в нем впору было бы сделать музей.

Натянутая перед ним желтая лента и две полицейские машины с включенными мигалками смотрелись почти сюрреалистично, и я немного сбавила шаг, чтобы попытаться понять, что происходит до того, как приближусь к ним вплотную.

Казалось, все те местные жители, что сейчас не спали, собрались здесь. Они жались друг к другу, две женщины кутались в куртки, хотя летнее утро было теплым.

Напротив центрального входа перед лентой замерли две сосредоточенные и нервные девушки, а рядом с ними стоял мужчина с камерой в руках. Местная пресса, судя по всему.

Подтянув на плече рюкзак, я постаралась сделать в меру глупое лицо и направилась к двери с подчеркнутой осторожностью, хотя сердце колотилось так быстро, что грозило выпрыгнуть из груди.

Если полиция здесь, сейчас…

— Одну минуту, мисс, — хмурый молоденький полицейский аккуратно преградил мне путь. — Туда нельзя.

Он был немного выше меня и чуть моложе, поэтому, подумав секунду, я одарила его красивой и сдержанной улыбкой взрослой женщины, которая расположена к юноше.

— Я здесь живу. В чем дело, офицер?

Сработало как надо — брови офицера еще сильнее сошлись на переносице, но на скулах при этом вспыхнуло некоторое подобие румянца.

— Позвольте ваш ключ и удостоверение.

Я поспешила кивнуть, уверяя его в том, что являюсь законопослушной и не намерена спорить с полицией, и вытащила из бокового кармана рюкзака водительские права и ключ от номера с деревянным брелоком в виде змеи.

Поднеся мои права до смешного близко к глазам, юным офицер почти минуту вчитывался в написанное, а после поднял на меня враз просветленный взгляд.

— Мисс Кэтлин Кейн?

— Да, — волосы под порывом ветра упали на лицо, и мне пришлось тряхнуть головой, отбрасывая их назад. — Так в чем дело?

Теперь я могла наблюдать, как от лица полицейского отливает кровь и он становится бледным, как полотно.

— Постойте здесь. Никуда не уходите! — он явно хотел бы выкрикнуть это, но вышел только сдавленный шепот.

Не выпуская мое удостоверение из рук, он бросился ко главному входу, остановился едва ли не навытяжку перед стоящим на ступеньках мужчиной.

Тот как раз походил на детектива — от сорока до пятидесяти, в меру потрепанный жизнью, коротко стриженный, но с тонкими усиками.

Встретивший меня офицер что-то говорил ему торопливо и сбивчиво, а после в буквальном смысле сунул под нос мои права.

Стоять с рюкзаком на спине было глупо, поэтому я опустила его на землю, продолжая наблюдать.

Человек, которого я про себя назвала детективом, не забрал, а буквально выхватил у патрульного мои документы, о чем-то коротко его спросил.

Тот кивнул на меня, и мужчина поднял голову, вцепился в меня колючим внимательным взглядом, под которым мне сделалось парадоксально не по себе.

Почти сорвавшись с места, он направился ко мне широким шагом, и остановился так близко, что мне инстинктивно захотелось шарахнуться от него назад.

— Мисс Кейн, я детектив Бэрроу.

— Это она⁈.. — чуть растерянный и взвинченный женский голос донесся откуда-то сбоку.

Я продолжала смотреть на детектива, в его слишком светлые серые глаза, и от предчувствия чего-то непоправимого ноги сами собой начали прирастать к земле.

— Да. Вы объясните мне, что случилось?

Легкую дрожь в голосе даже не пришлось изображать, — она в самом деле начала подниматься от поясницы к плечам.

Краем глаза я отметила, что на нас начинают таращиться, а журналисты снялись с места и устремились в нашу сторону.

— Идемте со мной, — Бэрроу почти прорычал это.

Подхватив правой рукой мой рюкзак, левой он покровительственно приобнял меня за плечи и увлек ко входу в гостиницу.

— Мисс Кейн! Мисс Кейн! Детектив Бэрроу!.. — красивая блондинка с густыми коротко остриженными волосами вытянула руку с диктофоном в нашу сторону.

Скривившись, детектив не удостоил ее ответом, лишь развернулся так, чтобы им было неудобно меня снимать, и почти что втащил меня вверх по лестнице и затолкал внутрь.

Когда-то давно этот дом точно был жилым, и ресепшн располагался в большой комнате, а не в традиционном для отелей холле.

Не взглянув на заплаканную девушку в светлой форменной рубашке, Бэрроу, как локомотив, увлек меня в сторону — в ещё одну просторную комнату с диванами, превращенную владельцами в зону отдыха.

— Извините мою грубость, мисс Кейн. С вашими коллегами приходится быть резким. Садитесь.

Он знал, кто я, а такое могло случиться лишь в одном случае — если данные, оставленные мною в гостинице, уже проверили.

Дело определённо приобрело серьёзный и северный оборот, и пауза, которую я могла взять, опускаясь в кресло, пришлась очень кстати.

Я попыталась припомнить, чем и в какой момент рискнула заинтересовать полицию.

На ум ничего не шло.

— Не извиняйтесь. Лучше объясните, почему моя скромная персона так заинтересовала всех вокруг?

Один несомненный плюс в том, что меня раскрыли, все же был — перед детективом можно было не притворяться непроходимой дурой. Сам он на идиота похож не был, а значит, никогда не поверит, что в «Таймс» может работать абсолютная пустышка.

Бэрроу моё решение явно оценил, потому что его тихий смешок оказался неожиданно приятным.

— А вы не знаете?

— Нет, — кресло оказалось удобным,