Когда он мрачен - Сюзанна Райт Страница 31

— Что?

— Да. Это предполагает, что он не верит, что не скажет что-нибудь неподобающее. Например, «Ты все ещё чувствуешь мой член внутри себя?».

Бри чуть не подавилась едой, хихикая.

— Зачем ему вообще это говорить?

— Я не знаю. Однажды я прочитала это в любовном романе. У меня на секунду по коже побежали мурашки. — Элль открутила крышку со своей бутылки и сделала глоток содовой. — Честно говоря, я не совсем удивлена, что вы двое оказались в постели вместе. Ты никогда не замечала, что его настроение как бы… отражается от твоего?

— Я даже не знаю, что это значит.

Элль заёрзала на своём стуле.

— Это трудно объяснить. Но когда ты несчастлива, он становится таким задумчивым и хочет исправить все, что не так. Когда ты счастлива, это каким-то образом смягчает его. Когда ты чем-то взволнована, это приводит его в приподнятое настроение — или настолько приподнятое, насколько Алекс вообще способен быть. Ты действительно никогда не замечала?

Прожевав ещё кусочек багета, Бри покачала головой.

— Ну, а я заметила это. Я не была уверена, что он поддастся своим чувствам, но подозревала, что он захочет. И я оказалась права. Ура! Ты знаешь, как я люблю быть правой.

— Ты не можешь никому рассказать об этом, Элль. Кейджи взбесили бы меня, устроив драму, которая мне просто не нужна прямо сейчас.

— Я не скажу ни единой живой душе. В любом случае, это никого не касается. Думаешь, он вернётся за добавкой?

— Не-а. Он будет продолжать притворяться, что прошлой ночи не было. — Большим пальцем Бри смахнула каплю майонеза, прилипшую к уголку её рта. — Он, без сомнения, злится на себя за то, что не может контролировать себя, чтобы выйти за дверь. Контроль важен для Алекса.

— Ты жалеешь, что он не ушёл?

Вздохнув, Бри покачала головой.

— Я должна, хотя, учитывая, что он, очевидно, просто надеялся сжечь нашу химию. — Но как она могла когда-либо желать, чтобы прошлой ночи не было? Это было чёртовски потрясающе. Её тело болело в нескольких очень интересных местах.

Он не укусил и не поцарапал её, но определённо оставил множество синяков. Синяки от отпечатков пальцев. Их было так много, что она задалась вопросом, сделал ли он это нарочно…

Нет.

— Химия исчезла? — спросила Элль.

— Нет. По крайней мере, не с моей стороны. Моё тело засветилось, как долбаная рождественская ёлка, когда я заметила его ранее.

Взяв салфетку из металлического держателя, Элль вытерла крошки и горчицу с пальцев.

— Он расхаживает с важным видом, как парень, который «поел» немного вчера вечером?

— Он казался довольно напряжённым.

Элль ухмыльнулась.

— Тогда я бы сказала, что он тоже не свободен от всей этой химии, иначе он был бы расслабленным и самодовольным. Это хорошо. — Она скомкала салфетку. — Но не похоже, что ты согласна. У тебя действительно нет никакой надежды, что он когда-нибудь предложит тебе больше, не так ли?

Бри пожала плечами.

— У меня нет надежды, когда дело касается Алекса. — Покончив с обедом, она собрала мусор и вытерла пальцы. Колокольчик над дверью позади неё звякнул, и…

— О нет, — прошептала Элль.

Бри вскинула голову.

— Что? — но затем до неё донёсся знакомый запах, и кто-то позади неё откашлялся. И её кошка чуть не сошла с ума — шипела, хватала воздух когтями, так сильно толкалась в кожу Бри, чтобы предупредить его, что в её глазах вспыхнул кошачий огонёк.

— Эм, Бри? — спросил Матео.

Гнев разгорелся у неё внутри. Ей пришлось сделать глубокий вдох, чтобы подавить желание развернуться и ударить его кулаком в челюсть. Ещё раз. Потому что просто слышать его голос — такой мягкий и неуверенный сейчас — напомнило об их последнем разговоре, и каким горьким, злобным и жестоким он звучал.

Осознав, что уровень шума снизился, поскольку члены прайда напряглись, чтобы подслушать, Бри медленно повернула голову и встретилась с ним взглядом, не тронутая печалью, которую она увидела в нем.

— Уйди, — выпалила она.

Она ещё не была готова к этому. Она не хотела разговаривать с ним, пока не будет уверена, что сможет сделать это без разглагольствований. И её серьёзно разозлило, что он подошёл к ней здесь, рассчитывая на её ненависть к публичным сценам, чтобы заставить её сидеть тихо, пока он говорит свою речь.

Она уже слышала его извинения — извинения, которые он принёс сразу после того, как сделал что-то, что было табу для их вида. Ей не было интересно слушать его извинения той ночью, и ей не было интересно слышать их сейчас.

Матео потёр затылок.

— Пожалуйста, мы можем поговорить? Я просто хочу…

— Если ты не уйдёшь прямо сейчас, я не буду нести ответственности за то, что делает моя кошка.

Он поднял руки.

— Хорошо. Просто… пожалуйста, возьми трубку, когда я буду звонить в следующий раз, хорошо? — Он ушёл прежде, чем она успела ответить, но шерсть её кошки не опустилась — она была слишком на взводе.

Бри снова повернулась к Элль, которая пристально смотрела на неё своими проницательными глазами.

— Твоя кошка сильно разозлилась на него, — сказала Элль. Она наклонилась вперёд. — Что он сделал, Бри? Он ведь не бил тебя, правда?

Бри фыркнула.

— Он бы дышал через чёртову трубку, если бы сделал это.

— Я думала, ты держишь это при себе, потому что не готова говорить об этом. Но дело не в этом, не так ли? Ты защищаешь его. Что бы он ни сделал… он будет наказан за это.

— Он совершил ту же ошибку, что и я, Элль. Он влюбился в кого-то, кто не хочет его возвращения.

— Он приставал к тебе?

— Да. И когда я дала понять, что не заинтересована в переводе нашей дружбы на совершенно другой уровень, он воспринял это не очень хорошо. Он даже казался шокированным.

— Бри, скажи мне, что он сделал. — Элль сжала её руку. — Послушай, я обещаю никому этого не повторять, никак не реагировать на это и не делать ничего, что могло бы причинить ему боль — я почти уверена, что твоя кошка все равно убьёт меня, если я лишу её последней привилегии. Просто скажи мне.

Бри так и сделала, и Элль чуть не взорвалась.

— Да, я прекрасно понимаю, что ты не любишь ходить по магазинам, Фенрир. Если бы ты не уронил мой новенький ридер в ванну…

— Это был несчастный случай.

— …ты бы не стал покупать мне новые серьги в ювелирном магазине, чтобы загладить свою вину, так что смирись с этим и прими это как мужчина.

Учитывая, что Матео чуть