Воронка второго шанса - Анна Михайлова Страница 31

— Он опять по своим «делам»?

— «Разве я сторож брату моему?». И ты зря к нему так предвзято. Драг часто помогает людям, хотя и старается не афишировать. Поэтому совсем не факт, что он поехал к очередной горячей вдовушке. Помнишь, что мы только что говорили о предвзятости?

— Да. Я не права. Прости, — действительно стало стыдно. Ведет себя как кумушка на скамейке: готова всем ярлыков навешать, не разобравшись в ситуации.

Яра дождалась, пока девушка доест обед, и после проводила ее в кабинет. Во двор ей сейчас лучше лишний раз не выходить. Там всегда полно народу: слуги, дружинники. Сплетни о незнакомке со специфичной внешностью мигом разнесутся по городу. А этого сейчас ой, как не хочется. Девочка даже словесно за себя постоять не может. Куда уж физически? Ничего, обвыкнется, откормится, а всему остальному — научим.

Заметно успокоившийся Драгомир вернулся за своей ученицей через пару часов. Заглянул в кабинет без стука:

— Ты тут? Поехали.

— Иду, — девушка сложила в выделенную Ярой сумку через плечо тетради с книгами, подхватила узелок с очередной порцией одежды и зашагала по коридору.

Глава 16

Далее все было по одному и тому же сценарию — ло… конь! — улочки, ворота города, лес и наконец — дом. Драгомир спешился. Но едва помог девушке ощутить твердую землю под ногами, как его лицо перекосила гримаса гнева.

— Что за… — он повернул голову, словно всматриваясь вдаль, — Я должен уйти. Срочно, — процедил сквозь зубы. Серые глаза почернели, а по белым волосам зазмеились фиолетовые всполохи. Лера поняла, что случилось что-то серьезное.

— Куда?

— Иди в дом, — бросил волхв через плечо. И исчез.

Совсем. Не оказался где-то на линии горизонта, а словно растворился в воздухе. Лера сделал несколько шагов назад, хотя хотелось, если честно, сбежать со всех ног и забиться куда-то под лавку. Так не бывает! Люди не растворяются в воздухе! «На себя посмотри, — брякнул ей внутренний голос, — ты вчера огненные гирлянды над головой вешала».

Почему-то после этого Лера успокоилась. Хотела послушно уйти в дом, но к седлу был прикреплен ее узелок с вещами. Да и конь, понуривший голову, так что поводья болтались по земле, вызвал острую жалость. Нельзя его так бросать! На дворе — холодно. И наверняка ему мешают седло и уздечка. Эх… кажется ей предстоит очередная борьба со страхом.

Перво-наперво, она с трудом, но все же сдвинула, а потом и убрала тяжелый сук, которым волхв подпирал дверь в конюшню. Распахнув ее, Лера обернулась и осторожно на цыпочках зашагала к животному.

— Хорошая лошадка! Очень хорошая, красивая лошадка, — медленно, нараспев бормотала девушка.

Конь поднял голову и, как будто бы, пренебрежительно фыркнул. После чего отошел на шаг в сторону. Лера — к нему, а он снова отступает, насмешливо поглядывая темными глазами. Потом взбрыкнул и отбежал на несколько метров. Девушка едва не зарычала от обиды.

— Не смейся надо мной, пожалуйста, — в сердцах бросила она, — мне и так страшно! Ты вон какой большой. А я тебе помочь хочу, хоть и боюсь. Тебе же мешают все эти штуки? Пойдем, я тебя отведу в конюшню, в твой домик, насыплю тебе сена. Зачем тут стоять из глупого упрямства? Пойдем, а?

Склонив голову на бок, животное словно раздумывало, а не выкинуть еще что-то эдакое. Его явно забавляло и поведение девушки, и ее страх.

— Пожалуйста, пойдем? Посмотри, у меня еще и руки замерзли. Ну что тебе стоит, а? Ты же добрый!

Показалось или у коня мелькнуло изумление в глазах. Аргумент был глупейший, но почему-то подействовал. Вздохнув, он подошел к девушке, мотнув головой так, чтобы ей легче было подхватить поводья.

— Ты же мой умничка! Самый умный в мире конь! Спасибо, — она несмело погладила бархатную морду, потом подхватила поводья и медленно пошла в сторону загона, увлекая животное за собой. Конюшня была небольшая, Лера завела коня в первую секцию. Посмотрела вокруг. Хм, инструкции по эксплуатации коня на стене не было, придется доходить своим умом.

— Конь, ты не обидишься, если я сначала сниму седло? Почему-то опасаюсь первой снимать уздечку. Извини, если это неправильно.

Конь неопределенно тряхнул головой, транслируя что-то про ее умственные способности.

Повозившись с креплением, девушка сумела снять свой вещмешок. Конь фыркал, переступал стройными ногами, но терпел ее неуклюжесть. Внутренне умирая от страха, Лера продолжала поглаживать и мягко разговаривать с животным. С трудом, она расстегнула затянутую подпругу на животе. Кажется, выдохнули они с конем одновременно.

Хотела стянуть седло, но в последний момент подумала, что второе стремя, которое с другой стороны, может запутаться. Почесав затылок, девушка обошла животное и закинула стремя на седло. Конь косил на ее мельтешение, но терпел. Вновь бегом назад, рывок — и тяжеленая конструкция седла, от которой она невольно охнула, у нее в руках. А куда ее? И ведь про стремя догадалась подумать заранее — а тут… Решать надо было быстро — руки ныли нещадно. Не придумав ничего лучше, девушка последним напряжением сил закинула его на боковую стенку между денниками.

— Уф! Конь, какой же ты сильный! И как такую тяжесть таскаешь? Еще и нас с белобрысым в придачу.

Под седлом оказался наброшен прямоугольный кусок войлока. Очень плотного, словно изготовленного из нескольких слоев.

— Эта штука, чтобы тебе седло не натирало, да? — пробормотала Лера, не рассчитывая на ответ. Войлок отправился туда же — на стенку.

Теперь уздечка. Конь оскалился, демонстрируя крупные зубы.

— И вот зачем ты так? Не конь, а саблезубый тигр. Хочешь, чтобы у меня руки тряслись?

Конь заржал, натурально и немного издевательски. Лера, упрямо сжав зубы, осторожно расстегнула все, что смогла, и стянула упряжь, стараясь не задевать уши. В голове всплыл фрагмент из какой-то книги про то, что уши у лошадей очень чувствительные. Конечно, снять уздечку удалось далеко не сразу. Фыркали и потели от нетерпения они с конем на пару — но в итоге все же получилось!

Уздечку Лера не стала оставлять внутри денника. На стене креплений не было, а бросить упряжь на пол было бы опасно. Вдруг конь на нее наступит, запутается или еще что. Вышла из денника и повесила упряжь на гвоздь ближайшей стены. Так, теперь вода — пыхтя от натуги, принесла целый жбан из бочки в углу. Второй раз