Проклятье жрецов Египта - Таруна Поддубная Страница 30

Я посмотрела на Сашу. Его лицо было напряжено, но в глазах, которые уже немного успокоились, читалось облегчение. Он отпустил меня, но его руки все еще держали меня за плечи, словно боясь, что я могу упасть.

— Ты точно в порядке? — его голос был низким, хриплым, полным невысказанных эмоций.

— Да, Саша, я в порядке, — ответила я, попытавшись улыбнуться. — Просто… немного растеряна вашим неожиданным появлением и поведением.

— Растеряна? — Саша усмехнулся, но в его глазах все еще плескался огонь. — Мы думали, что потеряли тебя. А ты говоришь — растеряна.

— Я не знала об этом, — попыталась объяснить я, почувствовав укол вины. — Вы так внезапно появились. Но когда вы это почувствовали?

— Внезапно. — Сергей, который до этого молчал, подошел ближе. Его взгляд был таким же напряженным, как и у Саши. — Может — минут тридцать назад. Мы же примчались к городу в своем естественном обличии. Хорошо, что неподалёку была машина сектора и нас встретили. А то пронеслись бы мы тут по городу -все такие необыкновенные. Саша не мог думать ни о чем другом. Он был готов уничтожить все на своем пути, чтобы убедиться, что ты в безопасности.

Я почувствовала, как мои щеки залились краской. Это было слишком. Слишком много эмоций, слишком много страха, слишком много любви. Я посмотрела на Дикаста, который все еще стоял в стороне, наблюдая за нами с невозмутимым выражением лица. Интересно, что он думал об этом?

— Я… я ценю вашу заботу, — сказала я, обращаясь ко всем. — Но со мной все хорошо, и мне ничего не угрожало. Мы были тут на экскурсии.

Саша снова притянул меня к себе, на этот раз его объятия были мягче, но не менее крепкими. Я уткнулась носом в его грудь, чувствуя, как успокаивается мое сердце.

— Мы бы сделали все, чтобы ты была в безопасности, Марьяна, — прошептал он, его голос дрожал. — Все…

В этот момент я поняла. Поняла, почему они все так испугались. Поняла, что для них я — не просто друг, не просто соратник. Я — нечто большее. И это чувство, это осознание, окутало меня теплом, несмотря на пережитый страх. В пустыне, под палящим солнцем, я почувствовала, как расцветало в моем сердце что-то удивительное и прекрасное, что-то, что сильнее любого страха, любого гнева, любой бури. Рядом со мной стояли четверо сильных мужчин. И не просто мужчин, а еще и очень сильных существа. Которым я была очень дорога как женщина.

Глава 31

Когда мы вернулись в дом, то за едой смогли рассказать о том, что узнали. К нам присоединились Анубис и на удивление спокойный и молчаливый Гор, с ними появились и мой фамильяр, и Зубастик. Как только они нас выслушали — переглянулись.

— Возможно это нам что-то и даст. Но люди любят придумывать и скрывать истину. Если и правда этот камень откуда-то из пустыни, то сомневаюсь что он был найден, скорее всего — был украден. И я никогда не слышал о перевернутой пирамиде — что у нас, что у людей. Но попробую посмотреть и поспрашивать, — на этих словах Анубиса они с Гором дружно встали и покинули нас.

Мне есть не хотелось. В отличие от мужчин, я плотно и вкусно поела в городе, поэтому мужчины, когда вернулись, первым делом пошли есть. А я пошла в лабораторию, которую мне тут выделили. За мной последовали Гоша и конечно же Зубастик.

— Гош, вы где были? Я понимаю — Зубастик у нас на вольных хлебах, но ты-то мой фамильяр, вообще-то. Вот сегодня ребята потеряли со мной связь и подумали, что я погибла. Чуть город не разобрали по камушкам! — возмутилась я его отношению ко мне.

— Ты про то, когда в мечети была и слушала рассказ странного старика в темном углу? — спросил змей.

Я даже на лестнице резко встала, да так, что даже Зубастик не успел затормозить и врезался в мои ноги. А вот эти подробности — Гоша откуда узнал? Мы не говорили про это. Я точно помнила.

— А ты это откуда знаешь⁈ — опять что-то скрывал это гад ползучий.

— Потому что я тоже это почувствовал. Только мне не надо город разносить — я сразу переместился к вам. Вы меня просто не видели, как и остальные. Только Дикаст почувствовал и посмотрел в мою строну. Убедившись, что с тобой все хорошо, я сразу ушёл. Так как нашел кое-что очень интересное, что от нас явно постарались скрыть — даже твой Дикаст и, думаю, знаток этого сектора Сергей, — ответил Гоша, и я как-то сразу обо всем забыла: мне стало интересно, о чем он узнал.

— Мы узнали тоже очень важную информацию. Давай вначале спустимся, а то ты сейчас опять на лестнице встанешь, как вкопанная. А мне тут, между прочим, не-удобно на ступенях — они мне в хвост врезаются, — после чего этот ползучий гад быстро уполз вниз. Мне ничего другого не оставалось, как поспешить за ним следом. Любопытство же он мое растравил.

Спустившись в лабораторию, я увидела привычную картину. Гоша, обычно такой невозмутимый, сейчас казался поглощенным каким-то важным делом. Его четырехметровый хвост, обычно спокойно покоящийся на полу, был аккуратно свернут в кольца, а сам он, словно древний мудрец, склонился над огромными транспортировочными ящиками. В них, бережно уложенные, лежали книги из нашей домашней библиотеки. Книги, которые мы были вынуждены забрать сюда, в это Египетское царство.

— Давай, рассказывай, что уже выяснил? — мой голос прозвучал немного напряженно, отражая мое собственное беспокойство. Мы были в очень непростом положении, и любая информация, любая крупица знания, которую Гоша мог добыть, были очень важны.

Змей медленно поднял голову. Его глаза, обычно полные спокойствия или желания пожрать, сейчас горели каким-то новым, почти торжествующим огнем. Он свернул свой хвост поудобнее, словно готовясь к важному докладу.

— А ты знаешь, — начал он, его голос, низкий и бархатистый, словно шелест старых страниц, наполнил лабораторию, — что представителям расы Гора и Анубиса запрещено покидать пределы Египта?

Я удивленно моргнула. Нельзя покидать Египет? Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Это как-то странно. Как тогда эти двое, разделив место Главы на двоих, руководили сектором, не имея возможности уехать отсюда? Ведь даже Ингвару часто приходилось