Благородные устремления - Анастасия Медведева Страница 3

- Госпожа Амай Сэйра! - вырывает меня из тяжелых дум настойчивый голос торговца.

Да, это моё имя. Фамилию господина мне взять не дали, потому что я лишь наложница: правила княжества.

Но оно и к лучшему!

- Прошу прощения, что не могу вам помочь. Но обещаю передать вашу просьбу генералу, - завершаю визит, ставя мягкую точку.

- В таком случае не могли бы вы передать от нас и небольшой подарок для генерала?.. Ничего особенного! Лишь собственноручно приготовленная выпечка! Что сделано с любовью, то следует съесть, пока свежее! - запела птичьей трелью жена торговца, доставая из-за пазухи какой-то свёрток.

В тряпицах наверняка скрывалась пара плиток серебра.

Не в первый раз приносят.

Не эти конкретно люди, а вообще... просители.

- Вэнь! - зову свою служанку, застывшую в углу беседки в ожидании приказаний.

И молодая девушка, в крови которой смешались два враждующих народа, подходит к нашему столу, и принимает сверток под подозрительным взглядом торговки. Вот, зря она так! Торгует товарами соседнего княжества, а людей, создающих эти товары, считает за обидчиков и недругов...

- Как странно... полукровка работает в поместье генерала! - оценив придирчивым взглядом кудрявые волосы Вэнь, протягивает старуха-торговка.

На территории княжества Антар кудрявых черноволосых людей почти не было. Бывало, что барышни из благородных семей вили локоны, ориентируясь на заграничную моду, но кудри вэйтарцев можно было узнать на расстоянии.

- Это прилежная работница, ни разу не получившая порицания за свою службу в доме господина, - чуть прохладней замечаю, изящным взмахом руки показывая, куда добрым гостям следует стопы направить.

- Благодарим за приём, госпожа Амай, - кланяется торговец.

- Благодарю за визит, господин Катар, госпожа Убань, - наклонив голову меньше, чем на дюйм, провожаю взглядом чету удалявшихся просителей.

- На сегодня всё, Вэнь, - говорю своей подруге... и тепло ей улыбаюсь.

- Пойду, закрою двери, - послушно отзывается та и уходит к задним воротам, бросив сверток с серебром в кучу даров, скопившуюся за день.

Надо будет до вечера все пересчитать и внести в учетную книгу. А затем убрать на склад, где хранилось всё добро, которое нельзя было назвать честно нажитым, но и нечестно приобретенным - тоже.

В общем, генерал был в курсе происходящего, потому что я ему раз в месяц эту особенную учетную книгу подсовывала, дабы между нами не появилось недопонимания. По сути, это взятки, которые никто в поместье присваивать не намерен: они просто складируются и вносятся в список.

Назвала я этот списочек «Книгой Свободных Ветров» - чтобы никто случайно в руки взять не захотел, решив, что перед ним сборник бездарных никому неизвестных стихов!

Так, на всякий случай...

Но вообще я эту книгу стерегу, как сокровище: попади она в руки недобросовестных людей, скорых на расправу, голова генерала полетит с плеч вместе с моей. А пока она в доме, у меня есть прямые доказательства отчаянного положения торговцев Приграничья!

Такой документ - весьма полезное приобретение. На все случаи жизни.

К слову, эта учетная книга была единственным поводом для наших встреч с господином! Но никто из нас двоих шансом не пользовался: я заходила в кабинет генерала, клала Книгу Свободных Ветров на стол и уходила; а генерал всегда возвращался поздно вечером, проверял книгу, ставил на заполненной странице именную печать, принимая информацию, и возвращал через доверенного слугу, - так что мы с ним даже не пересекались!

Возьмусь предположить, этот человек знает обо мне лишь то, что мои волосы пшеничного цвета! Когда меня брали в наложницы, моё лицо было скрыто под покровом, а фигура - под пышным нарядом невесты. И с тех пор, как он привёз меня в поместье прямо от причала, куда я только успела спуститься с корабля, мы больше не пересекались.

Волю господина - просто жить и не мешать, - до меня донёс его молодой доверенный слуга, Оши.

Я не обиделась.

Никому из нашей пары не было дела до семейных уз и выполнения супружеского долга... хотя свой долг хозяйки я выполняю исправно! Уже почти целый склад наполнила дарами - пусть и никому не нужными. Управляющий поместья с радостью выделил под них место и даже прибавил мне жалования за тяжкий труд, - кажется, я ему искренне нравилась, пусть и имела странный, почти ни к чему не обязывающий статус...

Вообще, по поводу своего положения наложницы я не переживаю и считаю его временным, поскольку планирую однажды покинуть поместье, скопив необходимую сумму и укрепив нужные