Любовь, которая имеет право на второй шанс. Книга 1 - Елена Дриим Страница 3

так, никто ей противостоять не в силах. Однажды я стала свидетельницей того, как женщина бросилась в ноги к моей бабушке и в отчаянье начала умолять некромантку воскресить её погибшую дочку. Никакие доводы бабушки, что никто не в состоянии помочь несчастной матери вернуть её ребёнка, услышаны не были. А после отчаянная женщина начала сыпать проклятиями в сторону леди Нирнаэт, которая даже при всём желании ничем помочь ей не могла.

Поэтому некромантам нужно было учится не только управлять своей магией. А ещё нужно было стать эмоционально очень устойчивыми. Не падать в обморок при виде полуразложившихся трупов. И не лить слёзы, когда случайно получалось поднять труп невинного ребёнка, к которому судьба была несправедлива.

Конечно, из-за этого приходилось становиться более равнодушными и грубыми. Относиться к чужой смерти без особых сожалений. Из-за этого о некромантах ходили слухи, как о самых безжалостных и жестоких магах. Но мы просто научились выстраивать эмоциональный барьер, чтобы не сойти с ума.

–Дани, – в мою комнату зашёл Даниэль.

Я в этот момент пыталась запихать в свой чемодан вещи, которые отчаянно не хотели оказаться запиханными.

–Давай сразу всё поместье с собой возьмём? – нахмурился, смотря на мои собранные баулы с вещами.

Конечно, мужчинам не понять, что женщинам для жизни необходимо немало вещей. Это им встал с утра, умыл харю и довольный пошёл. А нам нужно принять душ, намазать тело ароматным кремом. Это я молчу про уход за волосами, который состоит из множества баночек и скляночек. И это не просто моя прихоть, не нанеси я на свои непослушные волосы кучу бальзамов, масок и масел, то я их попросту не смогу расчесать. У брата таких проблем не возникало, с короткими волосами справляться намного легче.

–Не скалься, а помоги, – огрызнулась.

Вдвоём нам всё-таки удалось застегнуть чемодан. Правда, меня не покидало ощущение, что несчастный может лопнуть в любой момент. Но оставалось только надеяться на лучшее.

–Ты собрался? – спросила, падая на свою кровать.

–Да, – не особо радостно ответил, – думаешь, что мы правильно поступаем, отправляясь в академию? – нервно взъерошил свои кучеряшки на голове.

Откуда мне знать, что правильно, а что нет? Но пути назад у нас уже нет. Тем более, что нашим опекуном стал ректор академии, который благородно предложил взять на своё попечение двух сирот.

–Не нагнетай, Даниэль, – отмахнулась, – в конце концов, мы в академию собираемся, а не на войну.

–Просто мы никогда так надолго не покидали наш дом, – вздохнул.

Мне волнения брата были не очень понятны. Не можем же мы до конца жизни сидеть вдвоём в нашем доме. Да, и за проживание в академии я не переживала. Наоборот, переживать стоит самой академии, за свою сохранность, так сказать.

–Главное, что мы будем вместе, – уверенно произнесла, а потом весело добавила:

–И если вдруг тебя кто-то обидит, то сразу говори мне. Я на него армию умертвий натравлю.

–Дани, давай без массовых убийств, – наконец-то повеселел брат.

–А сколько нужно трупов, чтобы убийство стало считаться массовым? – задала очень резонный вопрос.

Даниэль задумался. Наверное, начал прикидывать нужное число трупов. А я решила, что если убивать обидчиков по одному, то массовое убийство сюда уже не подтянешь. Это уже ближе к серийным убийствам.

–И, вообще, Даниэль, – решила сменить тему, – представь ты появляешься в академии, и все молоденькие девушки бросаются к ногам лорда Нирнаэта, и предлагают тебе взять их прямо на месте. Разве, это не предел твоих мечтаний?

И я так старательно изображала визгливый голос девиц, что даже повалилась с кровати. Замечательно, я уже заработала шишку из-за любвеобильности моего брата. А это мы ещё наше поместье не покинули.

Я знала, что мой брат заядлый любитель женского пола. К слову, женский пол тоже не оставался равнодушен к молодому тёмному лорду. И получалась такая взаимная любовь, правда долго она никогда не длилась. Но Даниэль был настолько учтив и галантен, что ещё ни одна девушка не обозлилась на парня, который после проведённой с ней ночи не позвал её замуж, как приличный лорд.

Хотя, приличие в Тёмной империи в чести никогда не было. И никто не осуждал людей, которые по обоюдному желанию проводили друг с другом время вместе, при этом не связывая друг друга какими-то обязательствами.

–Ты неисправима, – закатил глаза брат.

После направился на выход из моей комнаты, но у самой двери обернулся и произнёс:

–Ещё раз проверь всё ли взяла, и скоро уже отправляемся в академию, – и вышел.

Я поднялась с пола и задумчиво обвела взглядом свою комнату. Вот по ней я точно буду скучать. Конечно, небольшая комната, находящаяся в одной из башен, не совсем подходящие покои для наследницы семьи Нирнаэт.

Но я просто влюбилась в эту комнату и без раздумий заявила, что жить буду здесь. Никто и не пытался меня переубедить. Во-первых, дед и бабушка слишком любили нас и почти ничего не запрещали. А, во-вторых, все уже давно поняли, что характер у меня паршивый. И лучше не начинать со мной спорить. Тем более из-за какой-то несчастной комнаты.

Эта комната стала для меня мои личным мирком, где я всё обустроила так, как захотела. Вот у каких нормальных людей посреди комнаты висят качели? Правильно, такое можно найти только в моих покоях.

Но самое шикарное здесь – панорамные окна и стеклянная крыша. Такого, конечно, изначально здесь не было. Это всё тоже переделали специально по моей просьбе. Когда я заявила рабочим, что хочу, чтобы в комнате была стеклянная крыша, то они, кажется, начали сомневаться в моей адекватности.

Но спорить не решились и сделали всё так, как я потребовала. И даже сами удивились шикарному результату. После этого среди богачей потихоньку начали набирать популярность прозрачные крыши, которые позволяли любоваться красотой ночного неба.

От раздумий меня отвлекли шаги. Я подумала, что это Даниэль вернулся, поэтому произнесла не оборачиваясь:

–Прекрати наводить панику, Даниэль.

–Не буду, – весело ответил...Шин.

Глава 3

Я обернулась и посмотрела на главу нашей империи. Пугающе красивый – отличное описание для Шина. Тёмная, почти бронзовая кожа, заострённые черты лица, чётко очерченные губы, которые мужчина любил недовольно поджимать. Конечно, особо