Выбор судьбы - Диана Курамшина Страница 27

Мужчина недовольно махнул рукой и скривился, как от лимона. Видимо рассказанная будущими родственниками отмазка не впечатлила боярина.

— Как я в глаза Милице посмотрю, когда за реку Смородину перейду? — произнёс Ратмир, сжав кулаки. Тяжелый взгляд его блуждал где-то далеко.

— Что ты… батюшка… — взяла его за руку и улыбнулась, заглядывая в глаза, — всё у меня хорошо будет. Не печалься!

Мы ещё сидели какое-то время рядом, каждый размышляя о своём, когда послышался топот копыт и звуки голосов. Вскоре появились и так ожидаемые гости.

Ратмир сразу же направился к князю, и они принялись что-то обсуждать с плотным мужчиной из свиты Ярополка. А Томила устало направилась ко мне и аккуратно, придерживаясь за стол, тяжело опустилась на скамью.

За уздцы на подворье вели небольшую лошадку, поперёк которой был перекинут длинный куль. Скорее всего, тело пресловутого волхва. Затем въехала подвода, наполненная еловыми лапами. Хирдманы споро принялись сооружать из них помост в дальнем углу.

— Его что, у меня во дворе сжигать будут? — удивилась я.

— Нет, — произнесла Томила, прикрыв глаза, — просто тут полежит.

— Так провоняет же всё вокруг!

— Я заговор прочту, чтобы не портился. Да и ты надеюсь поможешь, — она приоткрыла один глаз и вопросительно посмотрела на меня.

— Помогу, — тяжело вздохнула я.

Вот… только трупов мне на подворье не хватало.

— Завтра кроду сложим, и отпустим душу, — прошептала жрица устало.

— А почему так долго-то ходили? — поинтересовалась я.

— Хорошо что Видана с собой взяли, — произнесла она, глубоко вздохнув. — Без него, наверное, не отдала бы. — И грустно покачала головой.

— Кикимора? — Уточнила я для порядка.

— Она самая. Даже откликаться не хотела, поганка старая. Силу применять уже думала, да охотник её твоим именем усовестивил. — Тут жрица, задумавшись чему-то, улыбнулась.

— Ехать надо, сестрица, — произнёс Ярополк, подойдя к нам.

— Так поздно уже, а завтра ещё костёр править с утра. Или ты сам отправиться хочешь? Но почему вдруг в ночь? — удивилось подобной спешке Томила.

— Сваты сегодня у боярина, — князь кивнул в сторону Ратмира и смущённо посмотрел на меня. — Просит гостями быть. Уважить бы надобно хозяина.

Женщина какое-то время рассматривала меня, затем повернулась к брату и произнесла:

— Так зачем же там, на пиру жрица Мары? — и ухмыльнулась.

— Мы же в гостях! — усовестил её Ярополк.

— А не хочешь с нами? — спросила Томила, повернувшись ко мне.

--

[1] Часть учёных считает, что Древние славяне Новый год праздновали в марте — с наступлением тепла и началом полевых работ. Основная версия приходится на день весеннего равноденствия. Со времени введения христианства и вплоть до XIV века Новый год на Руси отмечался 1 марта. В 1492 году Русская Православная Церковь приняла решение перенести Новый год на 1 сентября. В 1700 году указом Петра I в России начали отмечать Новый год 1 января.

[2] Арабскую манеру письма чисел придумали вовсе не арабы. На самом деле эти цифры родом из Индии — именно там были придуманы удобные символы для обозначения чисел. Арабское письмо адаптировало эту систему записи. Впервые это сделал средневековый учёный Мухаммед ибн Муса аль-Хорезми, автор «Китаб аль-Джебр ва-ль-Мукабаля», от названия которой произошёл термин «алгебра».

[3] Первым автором таблицы умножения считается древнегреческий математик Никомах Герасский, живший в период примерно с 60 по 120 годы н. э.

Глава 14

Меня конечно же подзуживала «язва» внутри, взять и заявиться на «приём» со сватами. И даже думаю Ратмир не сказал бы ни слова. Не говоря уже о Зорице. Кто она такая, чтобы возмущаться тем, кто именно сопровождает князя и его сестру. А какой удар по её самолюбию.

Но… старшая матушка вроде старается наладить хоть какие-то отношения. Потому, провоцировать лишний раз не хочется.

— Нет, Томила. Я лучше дома останусь, — произнесла улыбнувшись.

Жрица понимающе кивнула и сжав на прощание мою руку, направилась к своему коню. Того даже не расседлали, беднягу.

Вернулась княжна с первыми петухами[1]. Я уже спала, но проснулась на голоса и скрип ворот, что принялась отворять Неждана. В эти дни стояла ужасная духота, так что даже не закрывали окна и ставни.

— Ох, Любавушка… — простонала Томила, укладываясь на кровать. — Как хорошо, что рано вставать не придётся. Хоть высплюсь.

— Как «не придётся»? — от возмущения я даже приподнялась на локтях. — С восходом же костёр зажигать нужно будет. Я весь вечер ваших хирдманов гоняла! Они на берегу должны были кроду построить уже. У меня труп во дворе!

— То, что крода готова… то хорошо… — позёвывая ответила жрица. — Но Ярополк обещал завтра на закате очищающие костры самолично зажечь. Всё-таки такое дело… сватанье у боярина. Да и самое-то праздник сделать… Потому… с утра ничего жечь не будем…

— Но!.. — попыталась возмутиться я.

— Князь уже пообещал, — отрезала Томила, щелкнув зубами в протяжном зевке... и захрапела.

На следующий день весть об очищающих кострах и празднике взбаламутила всю крепостицу. Всё не женатое население Скугра плело венки. Кроме меня и корпулентной жрицы Мары, что поглядывала в мою сторону с интересом за завтраком. Но иногда отвлекалась.

— А ты плести не будешь? — спросила Томила, краем глазом наблюдая за вознёй воинов, что тоже частично приобщились к этому нелёгкому делу, с интересом разбирая пучки цветов и трав.

— А мне зачем? — процедила с усмешкой. — Всё одно, меняться не с кем… а сжигать… не хочу.

— Так твоею рукой сплетённый, сильнейшим оберегом будет, — произнесла жрица, улыбнувшись. — Любой взять захочет. Конечно, без обмена.

— Нет, — усмехнулась я, пытаясь растянуть губы в улыбке. — Никто уже давно лечиться не хочет приходить. Как-нибудь без оберегов обойдутся.

— Обиду таить… — начала выговаривать мне Томила.

— Не таю! — резко ответила ей, поставив кружку на стол. — Просто не вижу смысла.

— Но прийти нужно, — произнесла жрица, грустно улыбнувшись. — Праздник от имени твоего рода делается.

— Хорошо. Я приду, — выдохнула, прикрыв глаза.

— Думала, что ты будешь рада избавиться от проблемного вопроса связанного с замужеством сестры. Неужели сама хотела этим женихом обзавестись?

— Нет! Что ты! Я рада за Божидару. Вернее… что мечта Зорицы исполнится, и она, наконец, отстанет от батюшки. Может тогда мир наступит и в нашем роду.

— Почему же ты с самого утра печалишься?

— Стало тяжело на сердце от того, что своей семьи я никогда не заведу.

— Я тебя понимаю… — с горечью произнесла Томила, и замолчала. — Со временем научишься считать семьёй весь свой род. И находить в том радость.

— А можно не весь? — умоляюще произнесла я,