Аленький злобочек - Светлана Нарватова Страница 27

“Любезная Марфа Ивановна,

ежели после всего произошедшего Кузьма Кузьмич осмелится появиться у вас на пороге – гоните его в шею! И впредь, уж будьте умницей, кандидатур такого истерического склада нам не предлагайте.

Что же касается Медведева Платона Алексеевича, буде он захочет нанести нам еще один визит, я не имею ничего против. Только дайте ему понять, что говорить этот господин будет только со мной. Настасья Степановна видеться с ним не желает”.

Отдав записку, Степан Гордеевич застыл перед лестницей на второй этаж дома, тяжко вздохнул и стал подниматься. Надо бы ещё Петьке распоряжение не забыть отдать, когда вернётся. Как бы это к новому неприятному разговору не привело… Но это уже завтра будет, не раньше.

Дочку он нашел в горнице, склоненною над книгой, только видно было, что книгу ту она не читала, думала о своем, подперев нежно-розовую щечку маленьким кулачком.

Умытая Настя была хороша, как тихая заря после ночного шторма. Степан Гордеевич вначале хотел отчитать ее для порядка, но поневоле залюбовался.

А может ну их, этих женихов заонежских? Свезти Настасью в столицу, там всяко и выбор побогаче, и развлечений поболе. И чем навь не шутит, может статься, что по достоинствам своим Настасья Степановна Букашкина и благородным женихам за радость.

– Кхм, кхм, – для солидности прочистил горло купец. – Дочь моя… кхм… Настенька, принял я решение по поводу твоих женихов.

Настасья, аж подпрыгнула.

– Кузьмин? Или тот… второй?

Степан Гордеевич только головой покачал.

– Ты, дочка, присядь, разговор у нас долгий.

Настасья на кушетку села, а сама знай поясок в руках теребит, волнуется. Пришлось руку сверху положить успокаивающе.

– Чувствую я, что Кузьма Кузьмич тебе не по нраву. Я и сам присмотрелся, понял отчего. Женская интуиция – дело тонкое.

Руки Настасьи вздрогнули, и она то ли пугливо, то ли с надеждой вскинула глаза.

– Значит…

– И молодому Медведеву я тоже отказал. Кавалер, конечно, собой видный, семья состоятельная, но не по твою он душу.

– Медведев… Вот оно что…

– Ты не подумай, не из-за той давней истории…

– Из-за какой истории? – вполне искренне спросила дочка, и Степан Гордеевич проклял свой длинный язык.

Вот старый дурень! А ещё с бородой…

Пришлось рассказывать.

– Соседка наша, Марья Михайловна, невестой ведь мне была… до твоей матушки…

– И отчего дело разладилось? – с женским любопытством спросила Настасья, казалось, позабыв о своих собственных горестях.

– Надобно было мне в плавание одно отправиться по торговым делам, больше тогда некому было. Ждать обещалась, платочек на память дала. А вернулся я, матушка мне и сказывает, что женихи к Марье чуть ли не каждый день шастали. Она все перебирала, пока не нашла одного побогаче меня.

– Как же так, батюшка, от слова своего отступиться?

– Да я что, я без претензии, с пониманием. Каждая рыба ищет, где глубже… Если бы не жадность Медведевская, не встретил бы я твоей матери. Все то оно к лучшему. Платон Алексеевич к нам ведь не по жениховскому делу, а по царскому наказу с проверкой. Мне скрывать нечего, пусть смотрит, только вот до тебя я его не допущу – нечего приличной девице мозги пудрить. Дела свои в Заонеже закончу, и через несколько дней поедем с тобой в столицу, тамошних женихов посмотрим.

Настя

Настасья злилась на себя, но с мыслями своими непослушными ничего не могла поделать. И ведь всерьез обрадовалась, надеждой воспылала, когда батюшка объявил, что принял решение о ее судьбе.

«… или тот второй?»

Тьфу! Стыд-то какой!

Знала же, что зелье приворотное еще не выветрилось, а все одно не сдержалась.

Медведев – красивая фамилия, звучная. Имя бы разузнать. Но, хвала Макоши, выдержки хватило у отца не переспрашивать – а то бы сейчас совсем пакостно было.

Настасья Медведева…

Замечтавшись, девушка застыла у зеркала и, только задев краем глаза свое отражение, встрепенулась. Выражение было преглупое…

Тьфу! И еще раз тьфу!

Расширенный Справочник по декохтам сообщал, что зелья приворотные действуют от одного дня до седмицы. У Настасьи шли уже вторые сутки, но облегчения она не чувствовала.

Зелейница вздохнула – тратить день на противоядие не хотелось. Не то чтобы ей