Выбранный путь - Татьяна Лель Страница 27

— Вообще-то, вас ищем, — тихо ответила я. — Есть разговор.

— А это может подождать? — спросила Лирнея, ложась рядом с братом. — Тут судьба моей семьи решается.

— Ну, если судьба семьи, то может, — ответила ей, взяв Аню за руку и помогая ей встать. Мы отошли чуть в сторону, чтоб не мешать недоделанным шпионам, где я и рассказала подруге об увиденном.

— Значит, нужно попасть в этот чёртов лес, — подвела итог Аня.

— Да, но как?

— На крыльях, — ответила она. — Азура я беру на себя. А вот с Лирнеей придётся договариваться моему дракону. Но думаю, она не откажет брату.

— И когда отправляемся?

— Одно могу сказать точно, не сейчас. Пока эти двое не увидят, чем тут дело закончится, они и с места не сдвинутся, — кивнула она в сторону шпионов. — Азур как узнал, что Вэл сюда направился, как одержимый стал.

— А что это за место? Что в нём особенного?

— По словам Азура, именно тут Вэл должен спеть и найти свою пару. Он это место очень долго искал. Азур сказал, что тот водопад раньше был как-то и кем-то спрятан. А теперь чары пали и Вэл нашёл его. Вот и примчался.

— Понятно, — ответила я. — Сердечные дела.

— Пойдёшь смотреть, что там происходит? — спросила меня Аня, делая шаг по направлению к своему дракону.

— Нет, спасибо, — ответила ей я. — Я прогуляюсь. Не хочу подглядывать.

— Ладно, — махнула она рукой. — Дело твоё, только не потеряйся.

13

Аня удалилась к драконам, а я решила прогуляться в противоположную сторону, чтобы, не дай бог, не помешать Вэлу. А то, знаю его, опять обвинит меня во всех смертных грехах. К тому же, в стороне выбранного мною направления заметила очень необычные цветы, которые слегка светились и тянулись к владычице ночного неба. Эти цветы чем-то напоминали мне ромашки, только сердцевина у них была не жёлтая, а в точности как луна. Даже узор был полностью скопирован. Цветы тянулись к небу своими лепестками и слегка раскачивались на ветру. Я не сдержалась и сорвала один. Цветок издал тихий звон, как колокольчик, и повернул свои лепестки ко мне. Я с удивлением увидела, как сердцевина цветка меняет свой окрас с лунного на рыжий, копируя цвет моих волос. Присмотревшись к цветку магическим зрением, я увидела, как от него тянется тоненькая связующая нить прямо ко мне, в то время как у остальных цветов эта нить тянулась прямо в небо.

— Значит, ты признал меня, — улыбнулась я цветку. — Ну что же, будем дружить, — Я вставила цветок в свои волосы и пошла дальше по тропинке, любуясь ночным лесом и небом. Звёзды мерцали и переливались, светила огромная яркая луна и дул приятный прохладный ветерок. Всё это казалось мне до боли знакомым. Даже ночные жители исполняли знакомую мелодию. Было хорошо и спокойно.

Не знаю, сколько я гуляла по тропинке, выходя то к поляне, то к ручьям. В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что хожу кругами, но заострять на этом внимание не было никакого желания. Просто наслаждалась ночью и прогулкой. В очередной раз выйдя к ручью, я услышала странную мелодию. Её как будто исполнял ветер и листва на деревьях. Она была ни красива, ни ужасна. В ней не было даже мотива, но она манила, звала. Я не знала, с какой стороны раздаётся эта странная песня и уже решила вернуться к друзьям и рассказать о ней, когда она зазвучала настойчивее и громче. Меня словно окутало чем-то невидимым и потянуло вперёд, вдоль ручья. Ноги сами по себе делали шаги, в то время как мозг и все остальные органы чувств были поглощены странной песней.

Ручей становился всё шире, превращаясь в маленькую речку. Я шла уже не по берегу, а по воде, но это никак меня не трогало, так как начала различать мотив и некоторые слова. Сначала песня была довольно радостная. В ней пелось о любви, о счастье обрести вторую половинку. Но со временем песня начала меняться, становясь грустной. В ней слышались слова отчаянья и горя от того, что я не иду.

Сделав ещё несколько шагов по воде и завернув вместе с речушкой за огромный валун, я оказалась в том месте, где так любила бывать по ночам. У меня даже дух захватило. Вот оно — то самое дерево. Вот водопад и моя любимая лавочка на своём месте. Только на этот раз моё излюбленное место было занято. Там, спиной ко мне, сидел мужчина с распущенными волосами. Может быть, именно из-за этого я и не узнала его, а может быть из-за того, что была полностью поглощена его песней, и мне было всё равно, кто это. Но в тот момент даже помыслить не могла о том, кого увижу.

Мужчина заканчивал свою песню, прощаясь с надеждой на счастье и с человеческим обликом. Столько боли и отчаянья я не слышала ни в одной песне.

— Очень красивая песня, — подошла ближе к скамье, когда мужчина замолчал и последнее слово унёс ветер. — Только очень грустная.

— Ты услышала её, — тихо ответил он, не поворачиваясь. — Ты пришла. А я уже почти потерял надежду.

— Твоя песня привела меня сюда, — так же тихо ответила я, всё так же стоя у него за спиной. Мне его голос показался смутно знакомым, но я отбросила от себя эти мысли. — А ты можешь ещё спеть, только что-нибудь хорошее и весёлое?

— Для тебя я готов петь хоть каждый день, — он встал и повернулся. Вот тут мы оба поймали шок. — Ты? — то ли удивлённо, то ли возмущенно спросил он. Я же не знала, что и сказать. Вот действительно попала, так попала. Ну, кто же мог знать, что пел именно Вэл? Если бы я об этом знала, то уж точно не приблизилась к этому месту и на километр.

— Я опять не вовремя? Прости, что помешала. Уже ухожу, — находиться рядом с ним было не очень комфортно.

— Но как? — спросил он, не сводя с меня взгляда.

— Что — как? — не поняла я.

— Не ты должна была прийти, — как бы сам с собой говорил он. — Должна была придти Сериана. Я для неё пел. Она моя пара.

— Ну, извини, — резко ответила я. Его слова меня обидели. — Не смею больше мешать. Жди и дальше свою ящерицу в юбке.

К моему удивлению, сразу после этих слов на поляне появилась Сериана собственной персоной. Она плывущей походкой подошла к Вэлу и