Фантазм - Кейли Смит Страница 27

Медленно, убедившись, что Офелия слишком испугана, чтобы издать хоть звук, Блэквелл убрал руку с её лица. Он переместился за неё, его грудь плотно прижалась к её спине, а руки скользнули к талии, удерживая её на месте. По тому, как змея не реагировала на его движения, она поняла, что он снова стал едва осязаемым — его могла видеть и чувствовать только она. Офелия не могла притворяться, что не рада его присутствию в этот момент, хотя его неподвижность — отсутствие дыхания, биения сердца — была крайне пугающей.

Её сердце, наоборот, колотилось так, что готово было вот-вот разорваться.

— Ты будешь медленно отступать, — приказал он, — а когда я скажу «беги» — беги, поняла?

— А ты не можешь просто заставить её исчезнуть? — прошептала она в ответ.

— Без оплаты — нет, — спокойно ответил Блэквелл. — Если только ты не передумаешь насчёт моего предложения, у меня недостаточно силы, чтобы избавиться от змеи или перенести нас отсюда.

Она сжала руки в кулаки.

— Я не собираюсь принимать такие решения, когда меня прижали к стенке. Это почти так же как заключать сделку с Дьяволом.

Она почувствовала, как он пожал плечами.

— Тогда готовься бежать. Жди команды.

Она сделала глубокий вдох, и он мягко сжал её талию в последний раз, прежде чем исчезнуть в темноте. Теперь они остались вдвоём — она и чудовище.

Где-то в глубине зала послышался звук разбитого стекла, и змея резко развернула голову в его сторону. Офелия ждала сигнала от Блэквелла.

Прошла одна мучительная минута. Потом вторая.

Когда сигнал так и не последовал, ей начало казаться, что негодяй бросил её. Змея уже начинала вновь поворачивать голову в её сторону, и Офелия поняла, что у неё остался выбор: довериться Призраку, которого она едва знала, или действовать самостоятельно.

Она надеялась, что медальон на её шее подаст ей знак, но тот оставался холодным как лёд. Она дала Блэквеллу ещё одну минуту. Когда он по-прежнему ничего не сделал, она вздохнула и, собрав всю свою смелость, бросилась в бегство, пока змея не успела снова обратить на неё внимание.

Неправильное решение.

Её движение вернуло интерес змеи, и та мгновенно метнулась вперёд, устремив на Офелию свои ядовитые клыки. Она не успела даже закричать, когда, пытаясь уклониться, врезалась в острый угол мраморного постамента, опрокинув стоящую на нём статую. Каменное изваяние с грохотом разбилось о пол, а осколок рассек её ладонь.

— Чёрт. — Офелия прижала раненую руку к груди и обернулась, чтобы увидеть, как змея вновь заняла боевую стойку прямо над ней. На этот раз она была не столь быстра.

Клыки змеи вонзились в её плечо, и её крик эхом разнёсся по залу, разрывая тишину.

ГЛАВА 16. ПРОБЛЕМЫ

Тёплая кровь пропитывала её сорочку и струилась вниз по изуродованному корсету. Змея разжала челюсти, вырывая их из её плеча, и готовилась нанести новый удар. Офелия подняла здоровую руку, пытаясь вызвать хоть каплю магии, вытянув ладонь к чудовищу. Она знала, что её силы почти на исходе, и лишь несколько мелких синих искр вырвались наружу, тут же затухая, словно последние угли в камине.

Её магия отличалась от ведьмовской или демонической — она не могла превращаться в лед или огонь, или другие стихии. Магия некромантов проявлялась в чистой энергии. Да, она могла зажечь свечу с помощью своих сил, но не могла управлять пламенем. Некроманты были связующим звеном между миром мертвых и живых, оживляя и наполняя энергией то, что мертво. Чтобы быстро восполнить такую магию, требовалось одно из двух: жизненная сила другого существа или отдых. Ничего из этого сейчас не было доступно.

Её крохотные искры остановили змею лишь на несколько секунд, но этого времени хватило, чтобы она заметила висящий на стене длинный меч над поваленным постаментом. Собрав остатки сил, Офелия поднялась с пола и одной рукой потянула меч с крепления. Едва она развернулась, чтобы направить клинок на чудовище, змея вновь пришла в себя. Она раскрыла пасть, готовясь к следующему удару, и Офелия вонзила меч и половину своей руки прямо в её зияющую пасть.

Кровь хлынула во все стороны. Горячая, липкая жидкость залила её лицо и стекала по руке. Офелия отпустила меч и выдернула руку, пока змея корчилась в агонии, извиваясь в воздухе, её длинное тело скручивалось. Через мгновение чудовище растворилось в облаке дыма — иллюзия Фантазма рассеялась.

Офелия уставилась на опустевшее пространство перед собой, тяжело дыша, пытаясь восстановить дыхание. Это было почти сложнее, чем само испытание.

— Офи? — знакомый голос прозвучал у неё за спиной.

— Женевьева? — Офелия резко обернулась. В арке она увидела силуэт своей сестры.

Офелия сделала шаг вперёд, пошатываясь.

— Женевьева…

— Офи! Поторопись! — призвала её сестра, скрывая своё лицо в тенях, и тут же бросилась бежать из комнаты.

Офелия не колебалась. Она, спотыкаясь, побежала за сестрой в коридор.

— Быстрее, — Женевьева умоляла с конца длинного прохода.

Офелия не понимала, как её сестра движется так быстро, или же это она сама была слишком медлительной. Но она напрягала все силы, игнорируя боль, пронизывающую её тело с каждым шагом. Едва она почти догнала Женевьеву, сестра свернула за угол и исчезла из поля зрения.

— Женевьева, подожди! — крикнула Офелия. Она попыталась ускориться, но что-то было не так. Ноги отказывались слушаться, её зрение начало затуманиваться, рана на плече жгла всё сильнее. И всё же она продолжала двигаться вперёд, свернув за угол и вглядываясь в темноту в поисках сестры.

— Здесь, Офи, — позвала Женевьева, но в её голосе теперь звучало что-то неуловимо опасное.

— Виви, мне нехорошо, — Офелия проглотила слёзы, приближаясь к сестре, но комната вокруг неё начала раскачиваться, а силуэт Женевьевы удаляться. — Где ты была? Я искала тебя…

— Я тоже искала тебя, — её сестра протянула слова с ядовитой нежностью. — Подойди ближе, я покажу, как сильно я скучала.

— Мои ноги не слушаются, — пробормотала Офелия, едва понимая собственные слова. — Я так устала.

Комната словно накренилась, тьма медленно затягивала её зрение, но Офелия продолжала упрямо идти вперёд. Ещё два шага.

Но прежде, чем она смогла их сделать, она услышала глухой удар перед собой, а затем почувствовала, как чьи-то руки подхватили её и понесли в темноту.

— Ты приносишь столько неприятностей, — прошептал над ней бархатный голос.

Она не осознала, что её глаза