Три девицы в столице - Ольга Геннадьевна Росса Страница 27

— Почему ты раньше не рассказывала об этом? — нахмурилась я, не веря ей.

— Потому что думала, это только легенда, не имеющая ничего общего с реальностью, — пожала она плечами. — Ни у кого из живших тогда родственниц я не видела метки. Я была совсем девчонкой и забыла об этой сказке.

— И почему вдруг вспомнила? — напряглась я, понимая причину внезапной перемены в её поведении.

— У тебя на плече появилась магическая метка в форме месяца, Клариса. Понимаешь? — воодушевлённо произнесла мать. — Бабушка не врала. Ты фиори, наследница крови блодеров, и можешь родить сына, могущественного мага. Любой высокородный лорд захочет взять тебя в жёны и без приданого. Вот он, твой шанс на счастливое будущее — метка Ордена блодеров!

У меня сердце ухнуло вниз, и я закрыла лицо руками. Какая радость — я, оказывается, особенная дочь, которую можно выгодно пристроить и без приданого!

— Редко кто может похвастаться таким даром, — продолжала мать, напирая на меня. — Ты представляешь, сколько богатых и благородных мужчин захотят посвататься к тебе, узнав о твоей метке?

— Представляю, — вздохнула я, опустив руки.

— Ты можешь выбрать самого достойного, того, кто будет тебе люб. Разве не об этом ты мечтала?

— Нет, мама! Не об этом! — не выдержала я. — Быть племенной кобылицей, которая рожает могущественных наследников — это не то, о чём я мечтала!

— Фи, Клариса, ну и сравнения у тебя! — сморщила нос родительница.

— А если я не рожу сына? Вдруг у меня будут одни дочери, как у прабабушки? — меня уже было не остановить. — Что тогда? Меня вернут обратно, как бракованный товар? Или запрут в родовом имении воспитывать следующих племенных кобылиц? Вдруг внуки родятся? И тогда они точно будут могущественными магами!

— Клариса, не передёргивай! — мать повысила голос. — Что тебе ещё нужно? Любовь?! Начиталась глупых книжек, теперь мечтаешь о романтической сказке? Так вот, милая моя, спустись на землю. В жизни сказок не бывает! Мужчины спят с любовницами, а женятся на выгодных невестах!

— Мама, прекрати мерить жизнь по себе! — я подскочила с кровати. — Если ваш с отцом брак не назовёшь счастливым, то это не моя вина!

— Белинда, оставь девочку в покое, — сурово проговорил отец, решив-таки вмешаться. — Она уже взрослая и вправе сама решать, как ей жить. Почему она должна отдуваться за наши грехи?

— Это ты виноват, Джонатан, что у нас выросла такая непутёвая дочь! Ты слишком баловал её, потакал любой прихоти, — завела мать привычную шарманку, выдавливая из себя слёзы. Сейчас она расплачется, и отец сдаст свои позиции, как всегда. Смотреть на это представление не было никакого желания.

— Белинда, прекрати, — папа приобнял её за плечи, — выпей воды.

— Как ты можешь быть таким спокойным? Вот если бы Роберт был жив, он бы не позволил себе так разговаривать с нами, — разрыдалась мать на плече отца.

Всё шло по накатанному сценарию. Я тихо выскользнула из спальни — ноги моей здесь точно больше не будет!

Не спеша я шла по тротуару, вдыхая холодный воздух полной грудью. Уже смеркалось, тёмное небо нависало мрачной безысходностью, но фонари жёлтым светом прогоняли надвигающуюся мглу с улиц столицы. Ходьба и мерное дыхание меня успокоили, мысли перестали хаотично биться в голове.

До дворца было ещё далеко, а ноги уже ныли от ходьбы. Пришлось остановить проезжающий мимо пустой экипаж. Такси в городе — дорогое удовольствие, поэтому можно ещё встретить на улицах кэбы на конной тяге, поездка на которых была намного дешевле.

Экипаж остановился возле дворцовых ворот. Я спешно вышла, направляясь к сторожевой будке. Показала охранникам браслет, который мне подарил император, и меня тут же пропустили.

Петляя по дворцовому лабиринту, я поняла, что заблудилась. Встречающиеся слуги и охранники объясняли, как пройти в южное крыло, и я снова петляла по коридорам и залам, не понимая, правильно ли иду. Наконец-то я заметила знакомый интерьер; где-то поблизости должны быть мои апартаменты.

— Риса! — окликнул меня знакомый взволнованный голос. — Где ты была?

— О, Солли, хорошо, что я встретила тебя, — улыбнулась я подруге, которая меня догнала.

— Срочно уходи, не надо было тебе возвращаться! — затараторила она. — Тебя ищут! У императора пропал перстень, тот самый, с рубином. Охрана обыскивала сначала комнаты прислуги, потом вдруг кто-то вспомнил, как среагировал на тебя артефакт. Вызвали полицию, они перевернули твои покои и нашли перстень прямо под периной. Тебя хотят арестовать! Уходи срочно из дворца, пока его не накрыли защитным пологом!

— Что ты такое говоришь?! — ахнула я, не понимая ничего. — Арестовать меня? За что? Я не крала этот перстень. Как он мог оказаться в моей спальне?

— Уверена, артефакт подбросили. Но пока будет идти следствие, тебя посадят под арест, — Соллейн схватила меня за руку. — Хочешь посидеть в сырой тюрьме? Знаешь, мне в Редвилле хватило пары дней, до конца жизни помнить буду.

И тут до меня дошло, что перстень мне подбросили не просто так. Император! Как он мог? Решил отомстить и посадить меня в тюрьму за то, что я отказалась быть его любовницей?! Как он жалок! Или хочет таким образом добиться желаемого?

Вдруг в конце коридора появились люди в форме полиции. Соллейн толкнула меня в смежный коридор.

— Беги, я задержу их! — и она зашагала прочь.

Бежать! Куда? Я судорожно оглядывалась. Выход был только один — в конце коридора. Я рванула туда и оказалась на лестничной площадке. Кажется, это служебный вход. Только я хотела спуститься, как услышала топот сапог. Глянула вниз и увидела мельтешащие стальные шлемы и штыки. Охрана поднималась по лестнице. Не по мою ли душу? Я отпрянула назад и, стараясь не стучать каблуками, побежала наверх. Мой побег закончился у закрытой двери. Проход на этаж был заперт. Пришлось снова спуститься на этаж ниже, туда, откуда я пришла, а топот сапог всё приближался. И я юркнула за дверь в коридор.

Я попала в ловушку. С одной стороны полиция, с другой — охрана. Я металась по коридору, пытаясь открыть двери, что стройным рядом шли вдоль стены. Наверняка это чьи-то покои. Если я вдруг кого-то потревожу, надеюсь, мне помогут; а если никого не будет внутри, просто спрячусь, пока не уйдут полиция и охрана. Но, как назло, двери не поддавались и не хотели впускать меня.

В панике я схватилась за очередную ручку, уже не надеясь на то, что она сдвинется с места. Вдруг она опустилась,