По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская Страница 26

Сали словно только и ждала этой команды.

Зашуршала обертка, являя девичьим взорам элегантную коробочку, отделанную нежно-розовым бархатом. Когда Сали подняла крышечку, Вивьен присвистнула в восхищении: внутри лежали крупный кулон в форме сердца из прозрачного темно-зеленого камня, серьги и браслет.

– Вот это да… Изумруд… чистейший, ни трещинки, ни крапинки. А цвет какой…м-м-м. Прямо под твои глаза… Чую, Грей побегал по ювелирным лавкам, чтобы найти такой камень. Или распотрошил родовую сокровищницу ради тебя… Скорее даже второе…

– Он очень дорогой?

– До неприличия. Примерь…

Сали подлетела к овальному зеркалу на стене и вдела в уши длинные серьги, Вивьен помогла ей застегнуть на шее цепочку и на запястье браслет. Рыжая красавица поднесла к лицу руку, любуясь украшением.

– Кольца не хватает. – со знанием дела заключила Вивьен.

Сали повернула голову к подруге, и серьги мягко закачались, усиливая очарование юной ведьмы.

– У Мартелы в доме когда-то давно висел портрет, его нарисовал один из лучших алгейских мастеров кисти. Там у нее были похожие… – она дотронулась рукой до серьги, словно хотела убедиться, что та настоящая.

Дорожка из чередующихся небольших белых и зеленых камней заиграла бликами.

– Тебе очень идет.

– Правда?.. – обрадовалась Сали, но тут же испуганно пролепетала: – Но я так не могу… Я верну, мне такого не надо… Куда я это буду носить?

Она схватилась за мочки, вытаскивая украшения.

– Я неловко себя чувствую…Это не моё, не для меня…

– Зря… Очень даже для тебя. Поверь, я знаю, что говорю. Между прочим, такие камни на дороге не валяются. – серьезно заметила Вивьен, наблюдая за подругой. – Дело твое, хочешь – верни. Но я бы могла из кулона сделать тебе защитный артефакт. С таким камнем он будет очень сильным. А Асканы все равно не обеднеют, у них такого добра полные подвалы.

– Тебе легко говорить. А я… Да мне даже их оставлять у себя страшно, вдруг украдут.

Вивьен насмешливо фыркнула:

– Нашла из-за чего переживать. Наложу на них заклятие неприкосновенности, чтобы они, кроме тебя, никому в руки не давались, и с тебя их не сняли против твоей воли.

– А если потеряю?

– Хорошо, – охотно согласилась Вивьен, помогая снять браслет и цепочку, – и чтобы не потерялись, сделаю…

В дверь постучали, и подруги удивленно переглянулись. Неужели Аскан пожаловал?

Сали радостно открыла дверь и разочарованно вздохнула. В коридоре стоял Шен. У оборотня три дня назад отшумел выпускной, и он, получив диплом, навсегда покидал и Дарамускую Академию, и Валорию.

Завтра утром они с Сали собирались возвращаться в Алгею.

– Вещи собрала? – по-деловому спросил он, приглаживая растрепанные ветром волосы и глядя на Вивьен.

– Почти.

– В смысле «почти»? Чтобы утром не копалась, как ты это любишь. Ждать не собираюсь.

Сали насмешливо скривила губы.

– Командовать у себя на службе будешь, ясно? – сразу осадила она оборотня.

– Ясно. – не обиделся Шен и, заметив букет и розовую коробочку на столе, бесцеремонно уточнил. – Откуда такие подношения? Богатенького хахаля завела, Сал?

– Не твоего ума дело.

– Ну-ну…

Шен сунул руки в карманы и повернулся к Вивьен:

– Слышал, тебя можно поздравить.

– С чем? – прищурилась она.

– Так с помолвкой вроде.

– Ах да, помолвка… Можно, поздравляй.

– Поздравляю. – Шен уселся рядом с Вивьен на подоконник. – Моро… я его видел год назад, он тогда приезжал в ковен, тебя искал. Нашел, значит…

– Нашел. – равнодушно кивнула Вивьен.

– Выглядишь не слишком счастливой для невесты… Так-то девицам обычно нравятся всякие там помолвки и свадьбы. Особенно их собственные…

– Много ты понимаешь в девичьем счастье, – рассмеялась Сали.

– Много, уж поверь мне.

Вивьен промолчала, увлеченно вгрызаясь в яблоко.

– Ты больше не будешь учиться? Он забирает тебя с собой?

– Забирает? – недовольно поморщилась Вивьен. – Я не вещь, Шен. Меня просто перевели в Алгейскую Академию. Вот и все.

Пояснение оборотень пропустил мимо ушей.

– Знаешь, я бы на его месте поступил точно так же. Забрал и запер дома.

Вивьен развеселилась.

– Да ты тиран!

– Зря смеешься! Он так и сделает.

– Перестань… – шутливо отмахнулась Вивьен.

– Всё так и будет, зря не веришь мне, я дело говорю. Моро далеко не дурак. Сначала заманит обещаниями, потом начнет понемногу их нарушать и постепенно во всем тебя ограничивать, заливая, что так лучше для тебя. А закончится тем, что запрет тебя дома, в четырех стенах. Не заметишь, как будешь заниматься только хозяйством и детьми. Про вольную жизнь, что была в отцовском доме, можешь забыть.

– Шен, прекрати! – возмутилась Сали.

– Да что «прекрати»? Кроме меня правду ей никто не скажет. – глянул на Сали оборотень и снова обратился к Вивьен. – Все будут улыбаться, поздравлять, восторгаться, желать всякой чепухи… А жить-то с ним тебе!.. Я знаю, что говорю, Вив. Моро – известный бабник. Он пять лет голову морочил первой красавице Империи, Арлане Нориш, и бросил за один день.

– Откуда такая осведомленность?

– Я много чего про него знаю. – с загадочным видом пояснил Шен. – У меня хороший знакомый в инквизиции служит. Надежный источник, можешь не сомневаться.

Желание выслушивать истории про похождения Его Светлости у Вивьен отсутствовало напрочь, как и желание объяснять Шену, что нет у нее никакого совместного будущего с Моро.

Совершенно неожиданно в ее памяти всплыла замотанная по грудь в белую простыню улыбающаяся Берил Снайп, и запах пьяной ягоды, и она сменила тему:

– Как у тебя с Берил?

– Какой еще Берил? – оторопел оборотень.

– Забыл? Берил Снайп. С целительского.

– А… никак…– напрягся Шен. – Не было ничего серьезного, так… Мы с ней особо и не встречались…

Сали ехидно хмыкнула, покачала головой и многозначительно подмигнула подруге. Вивьен покосилась на оборотня: вот же в чужом глазу и соломинка видна.

– Шен, ты неисправим. Послушать тебя, так ты ни с кем никогда не встречался. Все это так, ерунда. Обвиняешь Моро в непостоянстве, а сам от него ничем не отличаешься.

– Я – другое дело. Я же не виноват, что нравлюсь девчонкам. Они сами льнут ко мне. А некоторые даже проходу не дают. Я просто проявляю к ним снисхождение…

– И кто влюбляется в тебя – сами, дуры, виноваты? – язвительно уточнила Сали.

– А что? Я никого. Никогда. Ни к чему не принуждал…

Вивьен молча слушала и поглядывала на Шена. Она вспомнила, как Сали однажды сказала, что секрет убедительности Шена в том, что он сам искренне верит в то, что говорит. Если он объяснялся в любви, то был влюблен по-настоящему в тот самый миг, когда признавался в