Журналистка на королевском отборе - Полина Змееяд Страница 26

class="p1">– Малкольм, тебе не кажется, что с нашей стороны просто подло эксплуатировать способности леди Даркрайс? Она вчера пережила такой шок, а сегодня вы хотите тащить ее в комнату, где жила покойная? По-моему, это как-то слишком, – принц мягко взял меня под руку, а я замерла, чувствуя себя полудохлым голубем, за которого дерутся два коршуна.

– Благодарю за заботу, Ваше Высочество, однако я в полном порядке и готова помочь расследованию, – настолько твердо, насколько позволяли приличия, возразила я.

Однако принц даже не обратил внимания на мои попытки. Они с Малкольмом несколько мгновений боролись взглядами, после чего граф все же сдался.

– Вы правы, Ваше Высочество. Леди Даркрайс настолько хорошо держится, что порой я забываю, что она хрупкая леди, – последнее прозвучало явно как издевка. Вот же нахал! Еще и смотрел на меня так, будто хотел сказать что-то вроде «Какой шок, Ваше Высочество?! Вы ее вообще видели?». Однако спорить с наследником престола он не решился.

– Вам нужно отдохнуть перед завтрашней охотой, я настаиваю, – свободной ладонью принц накрыл мое предплечье, пришлось опустить взгляд, но улыбаться будущему монарху я не стала: вдруг подумает, что мне и в самом деле приятно, когда он говорит обо мне как о фарфоровой кукле?!

Глава 29

Удалялись от сада мы в молчании, от которого я так сильно нервничала, что начинала чесаться голова. Кажется, снова проклевывались перья или как минимум пух. Филипп, как истинный джентльмен, просто не мог отправить даму бродить по замку в одиночестве, особенно в столь опасные времена. И даже аргумент в виде огромного охранника за моей спиной нисколько его не убеждал в моей полной безопасности.

Понятливый Рейнар отстал и скрылся где-то за поворотом коридора, который мы миновали, оставляя меня с Его Высочеством как будто наедине, но под присмотром. Я улыбнулась краешками губ, заметив его маневр.

– Я понимаю, что вы в силу профессии привыкли быть в центре событий, леди Даркрайс, но – буду с вами честен – мне бы не хотелось, чтобы вы участвовали в этом расследовании, – заговорил принц, как только появилась иллюзия одиночества.

Я удивленно вскинула брови, но тут же поспешила вернуть лицу приличное выражение: все же не с торговцем на базаре беседую.

– Я вовсе не запрещаю вам писать, напротив, считаю, что в умеренных дозах информацию о происходящем важно предать огласке. Но вы ведь вполне можете составлять статьи со слов Малкольма, вам необязательно самоличной бегать за преступниками по замку. В конце-концов, за эту работу я плачу главе личной канцелярии, – в голосе принца слышалось недовольство, мастерски скрытое за вежливыми обеспокоенными интонациями.

– Прошу прощения, Ваше Высочество, но я не могу обещать вам, что буду держаться подальше от опасностей: зачастую они сами меня находят и я не в силах ничего с этим поделать, – сказала и затаила дыхание, ожидая монаршего гнева: перечить королю, пусть и будущему, буквально опасно для жизни.

Но принц лишь улыбнулся своим мыслям и едва ощутимо провел большим пальцем по тыльной стороне моей ладони.

– Я не требую, чтобы вы повлияли на судьбу. Прошу лишь сделать все, что в ваших силах, для вашей же безопасности, – подчеркнул он.

– Еще раз благодарю за заботу и непременно постараюсь, – пришлось согласиться мне. По крайней мере, какую-то свободу действий я себе все же выторговала: если попадется шанс, ни за что его не упущу!

Еще несколько шагов мы проделали молча, и хотя я чувствовала, что принц сказал все, что хотел, он заговорил снова.

– Вы думаете, Эллия могла покончить с собой из-за того, что ее обесчестили? – его вопрос несколько меня удивил: Филипп только что едва ли не запретил мне заниматься расследованием, а теперь снова говорит о нем. Ну где логика в поведении этого мужчины? В том, что она есть, я даже не сомневаюсь!

– Вполне вероятно. Возможно, неизвестный злодей не планировал ее смерть: хотел только обесчестить, чтобы она не могла в итоге стать вашей невестой, – выложила свои предположения я.

Принц кивнул и не ответил, но от очередной неловкой паузы нас спала дверь моей комнаты, возле которой Филипп попрощался со мной. Я же, отдав еще несколько распоряжений Амалии по поводу наряда, который хочу надеть завтра, направилась на вершину башни и остаток дня провела там, царапая ногтями камень, на котором не оставалось ни единой трещины, сколько бы я не пыталась хоть немного его повредить.

Почему Его Высочество не хочет, чтобы я участвовала в расследовании? Ну не переживает же за мое здоровье, в самом деле! Я ему априори не невеста: раз у них есть подробное досье, то должен быть в курсе, что я ему не подхожу еще и по причине отсутствия невинности. Тогда почему? До чего такого я могу докопаться, до чего не сможет добраться Малкольм? Или дело в престиже и в том, как беготня одной из невест за убийцей скажется на его репутации? Бред какой, если бы он настолько дорожил репутацией, меня бы вообще не позвали на отбор! Тогда в чем дело?

Рейнар терпеливо стоял возле люка, ведущего вниз, к лестнице, и вглядывался в горизонт, будто там действительно происходило что-то интересное. Однако ничего, кроме удаляющегося посыльного, которому я передала черновик новости, там не обнаружилось.

Мысли завихрились по кругу, в голове проносились одни и те же вопросы: кто? зачем? какие еще методы он попытается использовать? Но, раз за разом не находя ответов, я решила волевым усилием отбросить их в сторону.

Обратилась к птице, чтобы хоть как-то отвлечься, в желудке тут же заурчало. Со всем этими волнениями я пропустила обед и решила, что пора утолить голод. В последний раз бросив взгляд сожаления на просторный лес и мысленно посетовав, что нельзя поселиться прямо на вершине башни, я направилась к лестнице. Мне нужен огромный кусок мяса: целая индейка, не меньше!

Глава 30

Малкольм Вейн

Ну Филипп, нашел себе тоже нежный цветочек! Да эта леди Даркрайс сама кому угодно горло перегрызет, дай только повод!

Я шагал по коридорам форта, отослав алхимика, в сторону комнаты умершей девушки, но мысли вертелись отнюдь не вокруг расследования.

В фаворитки она ему совершенно не подходит, а уж в жены – тем более. Такая женщина скорее боевая подруга, чем жена. Жаль, она не работает на меня. Амалия – единственная женщина в тайной канцелярии – конечно хороша: быстрая, ловкая, с отличной памятью, но она как инструмент, всегда действует по