Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников - Диана Фурсова Страница 25

— Я же сказал, — бросил он.

— Нет, — неожиданно сказала Мира.

Все повернулись к ней.

Девочка смотрела на ленты, а не на них.

— Мы не слышим, кто когда тянет. Вы все думаете, что остальные должны догадаться.

— А ты, конечно, всё слышишь, — сказал Кай.

— Да.

Ответ был таким простым, что он не нашёлся сразу.

Элиана шагнула ближе.

— Тогда попробуй быть голосом круга.

Мира подняла на неё глаза.

— Я не командую.

— Я не прошу командовать. Я прошу говорить, что слышишь.

Девочка долго молчала. Потом кивнула.

Третий раз начался лучше.

— Кай тянет раньше, — тихо сказала Мира.

— Я не…

— Тянет, — сказала Лира.

Кай сжал зубы, но ослабил ленту.

— Лир держит за Лиру, а не за себя, — продолжила Мира.

Лир вспыхнул.

— Я помогаю.

— Ты решаешь за меня, — сказала Лира.

Эти слова дались ей трудно. Элиана видела, как пальцы девочки побелели на ленте. Лир посмотрел на сестру так, будто она его ударила.

— Я не хочу, чтобы ты исчезла, — вырвалось у него.

В зале стало тихо.

Лира побледнела.

— Не здесь, — прошептала она.

— Извините, — сказала Мира сразу, будто это она виновата, что услышала слишком много.

Кольцо качнулось.

Терэн испуганно втянул воздух.

— Оно падает.

— Не падает, — сказал Кай резко. — Держи свою сторону, мелкий.

Терэн вздрогнул.

— Кай, — тихо сказала Элиана.

Он понял сам. Лицо у него стало упрямым и виноватым одновременно.

— Терэн, — произнёс он уже иначе, почти сквозь зубы, будто каждое мягкое слово давалось ему как проигранная дуэль. — Держи свою сторону. Не зажимай. Просто держи.

Терэн посмотрел на него, потом на Элиану.

— Я держу.

Кольцо выровнялось.

Элиана не позволила себе улыбнуться слишком явно, но сердце дрогнуло. Вот он, первый настоящий шаг. Не сила против слабого. Не приказ. Не защита через контроль. Слова.

Они почти дошли до скамьи, когда в коридоре за дверью прозвучал голос Селесты:

— Как мило. Закрытый класс играет в ленточки.

Кай дёрнул ленту.

Кольцо сорвалось с равновесия, ударилось о край скамьи и покатилось по полу.

Терэн бросился было за ним, но тень от колонны вытянулась навстречу, и мальчик застыл. Лир шагнул к сестре, Лира оттолкнула его плечом, Мира закрыла уши, словно слова Селесты были слишком громкими даже после того, как исчезли в коридоре.

Урок разваливался.

Именно этого она ждала, поняла Элиана.

Не обязательно Селеста. Возможно, Тарвин. Возможно, весь Совет. Чтобы дети почти справились, а потом одно красивое чужое слово вернуло их туда, где они снова опасны, смешны, неуправляемы.

Элиана медленно подняла кольцо и вернула на помост.

— Ещё раз.

— Да сколько можно? — вспыхнул Кай.

— Пока вы не перестанете отдавать свой урок тем, кто стоит за дверью.

Он замер.

— Повторите.

— Пока вы не перестанете отдавать свой урок тем, кто стоит за дверью, — сказала Элиана громче. — Селеста может смеяться. Тарвин может записывать. Ректор может стоять и ждать, рухнет ли зал. Но ленты у вас в руках. Не у них.

Лир посмотрел на Ардана у двери. Тот не двинулся, но Элиана заметила, как изменился его взгляд. Он услышал. И, кажется, впервые не как ректор, оценивающий риск, а как человек, которого заставили увидеть: дети и правда всё время держат чужие страхи, чужие решения, чужие приговоры.

Кай молча поднял свою ленту.

Лира взяла свою, не дожидаясь Лира. Тот заметил, сжал губы, но не вмешался. Терэн поднял конец ткани обеими руками. Мира встала ровнее.

— Я буду говорить, — сказала она.

— А мы будем слушать, — неожиданно ответила Лира.

Лир кивнул.

Кольцо двинулось.

На этот раз они шли медленно. Слишком медленно для обычной игры, но это уже не было игрой. Кай удерживал натяжение и, когда синий огонь мелькнул у него между пальцев, сам сжал кулак и выдохнул. Лир несколько раз порывался подстроить ленту сестры, но каждый раз останавливал себя. Лира не смотрела на него, зато один раз тихо сказала: «Я рядом». Терэн перестал следить за тенями и смотрел на кольцо. Мира говорила коротко: «Кай тише», «Лира выше», «Терэн не отпускай», «Лир, теперь ты».

Кольцо легло на скамью.

Не упало. Не сорвалось. Легло.

Несколько секунд никто не двигался.

Потом Терэн тихо сказал:

— Мы сделали?

— Вы сделали, — ответила Элиана.

Лир выдохнул так, будто до этого держал воздух всё занятие. Лира улыбнулась первой, совсем быстро, но настоящей улыбкой. Кай отвернулся к окну, однако Элиана заметила, как уголок его рта дрогнул. Мира просто опустила ленту и посмотрела на свои ладони, словно не верила, что её голос не разрушил, а удержал.

За дверью молчали.

И это молчание было лучше любой похвалы.

Ардан вошёл в зал только после того, как дети сами положили ленты в ящик. Не раньше. Элиана оценила это, хотя не собиралась говорить вслух.

— Урок окончен? — спросил он.

В его голосе не было приказа.

Кай заметил первым. Посмотрел на Элиану, потом на ректора и ухмыльнулся так, будто нашёл новое развлечение.

— Спросите у учительницы, милорд. У нас теперь, кажется, уроки заканчиваются не обвалом.

Ардан перевёл взгляд на него. Кай выпрямился, но не отвёл глаза так быстро, как раньше.

— Это хороший результат, — сказал Ардан.

Простая фраза. Ничего особенного для обычного класса. Но закрытый класс замер так, словно им вручили не похвалу, а нечто гораздо более опасное.

Признание.

Терэн смотрел на ректора с недоверием. Лир и Лира переглянулись. Мира слегка нахмурилась, будто пыталась услышать, не спрятано ли в словах второе дно.

Ардан, кажется, тоже понял, насколько непривычно прозвучал. Его лицо стало строже.

— Госпожа Морн проводит вас в жилое крыло. Сегодня без дополнительных проверок.

— А лорд Тарвин? — спросил Кай.

— Лорд Тарвин получит отчёт.

— В котором мы не справились?

Элиана хотела ответить, но Ардан опередил:

— В котором вы выполнили учебную задачу без нарушения контура.

Кай моргнул.

Вот теперь он точно не ожидал.

Когда детей увели, Элиана осталась у ящика с лентами и позволила себе сесть на край скамьи. Не от усталости, сказала она себе. Просто нужно было сложить ленты ровно. Но пальцы вдруг