Второй шанс для двоих (СИ) - Игорь Гребенчиков Страница 246

— Глупости все это, — поежившись, ответил я. — У них так же, как и у всех. Просто у лебедей пиар лучше, чем у кроликов.

Плеснула рыба возле берега и, резво виляя хвостом, уплыла вглубь, оставив напоследок крохотные разводы.

— Макс, ну нельзя же быть таким… — расстроенно протянула Алиса.

— Каким? — устало переспросил я, когда заминка стала уж совсем неприличной.

— Да ты первый мужчина в моей жизни… Ты до такой степени не романтичный, вот до такой, что хочется сдохнуть, — девушка так сильно покраснела, что, будь у нее какая магическая сила, ее волосы могли бы самопроизвольно вспыхнуть. — Даже когда берешь все в свои руки, ты все равно умудряешься из романтики сделать… Да я даже слов таких не знаю, а уж я всякое слышала!

Ой, ну ладно уж, чего завелись-то?

— А вот мы сейчас мило беседуем — это романтика, получается?

— Мы сейчас нихрена не мило беседуем, — удивленно вскинула бровки рыжая.

— А мне кажется, что довольно мило, — жму плечами. — Значит, у нас романтика.

— Не, ты просто непробиваемый идиот, — махнула на меня рукой Алиса, вновь уставившись в сторону лебедей.

М-да, чего-то не очень клеится. Ну, правильно, это ведь я по всем правилам приличия должен начинать тот самый разговор. А то, что я понятия не имею, с чего стоит сейчас начать — кого это вообще волнует? Девушка тебя отвела в красивое место, ее задача выполнена. А ты теперь мучайся.

А пауза, тем временем, затягивалась. Я почувствовал, что выгляжу очень многозначительным или глупым, что, в сущности, одно и то же.

— О чем так задумалась? — ничего тупее спросить нельзя было…

— О себе, блин, — неожиданно огрызнулась Алиса. — Было просто о чем подумать.

— Ну, по крайней мере, это честно, — я непроизвольно сделал в этот момент шаг назад. — Большинство людей всегда думают о себе, но не все достаточно откровенны, чтобы признаться в этом.

— Если ты еще не заметил, то я всегда стараюсь говорить правду, когда это возможно, — пожала плечами девушка. Затем хулигански сверкнула улыбкой. — И вот еще одна порция правды — ты меня приревновал. И не отмазывайся, я все видела.

— Очень глупый спектакль с твоей стороны, — буркнул я.

— С моей? — Алиса аж подскочила. — То есть бегать от меня все утро — это, типа, нормально? Еще и врать мне додумался, ну просто вышка!

— Да я не… — я отвел глаза и уставился на влажную траву под ногами.

— Что ты «не»? Не хотел врать? Я тебе уже, помнится, говорила, что у тебя это хреново получается.

— Да растерялся я, ну! — выпалил я, по-прежнему не желая встречаться с Алисой глазами. Ну конечно, она каким-то непостижимым образом научилась довольно хорошо понимать меня. Родственная душа, блин. — По нормальному все хотелось, а не с бухты-барахты.

Я понимал, что получилось как-то туманно и даже самую малость выспренне, но мне было трудно формулировать свои мысли отчетливей, хотя бы по той простой причине, что я сам-то толком не мог в них разобраться.

— Растерялся он, — передразнила меня рыжая. — Ладно, забыли. Я не злюсь, хотя и очень хочу на тебя наорать. Просто понимаю, что без толку. Единственное что — можешь быть хоть сейчас немного посерьезнее? Без всех этих твоих шуточек?

— Черт, да серьезен я! — в отчаянии воскликнул я, падая на землю рядом с валуном. — Это просто… Ладно, хорошо, больше никаких увиливаний, — вдох-выдох. Ну, погнали. Сейчас все решится. Надеюсь, что Алиса поймет, что мне сейчас будет также больно, как, возможно, и ей. — По поводу вчерашнего…

— Я понимаю, что поторопилась, — тут же выпалила девушка, тем самым вогнав меня в крайнюю степень недоумения.

— Что?

— Не надо было вчера это озвучивать, — произнесла она с запинкой. — Не так я себе все это представляла…

Оу… Хех.

— Так ты не влюблена? Ну, слава богу! — я вытер лоб рукавом замызганной футболки. — А то я уж не знал даже, что…

Янтарные глаза холодно блеснули, и у меня земля ушла из-под ног. Вот ведь твою мать… Чувствовал, как отчаяние и смятение нарастают внутри. Поспешил я, кажется, душу облегчать.

— Я вообще-то не договорила, хотела сказать, что не жалею об этом… Но твои слова весьма красноречивы. Неужели тебе противно даже подумать о нас, как о паре? — сухим голосом спросила Алиса.

— Что… Нет, конечно же нет, не в этом дело! — лихорадочно затараторил я. — Я не хотел сказать все так, как это прозвучало… Я… Алис, вот сейчас серьезно — ты стала для меня очень дорогим человеком. И я готов быть для тебя кем угодно. Другом, защитником, хоть чертом лысым, но я просто… Я, может быть, хороший друг. Но как парень — я полное говно. Я тебе серьезно, блин, говорю! Ты просто тупо будешь со мной несчастна.

Алиса одарила меня злым взглядом, который я совершенно без понятия как вытерпел. К такому даже иммунитет хрен выработаешь.

— Сигареты верни.

Кстати говоря. Надеюсь, я их нигде не пролюбил, пока за Ануфрием гонялся… Ан нет, на месте. Протягиваю ей почти уже пустую пачку, которую та принимает немного подрагивающими руками. Некоторое время старательно чиркала зажигалкой, пытаясь высечь оттуда огонек.

— Может, это все же мне решать, буду я счастливой с кем-то или нет? — жестко спросила девушка, выпустив первую струйку фиолетового дыма в белесоватый воздух.

Ох блин, ох блин, ох блин…

— Алис, это все глупости. Фантом, понимаешь? Ну вот объективно — зачем я тебе сдался? Что я такого сделал за эту неделю, что ты…

— Ты сейчас серьезно?

— Да, черт возьми, серьезно! — вскочил я, держась за голову. Как же я не хочу делать тебе больно, ты бы знала… — Любовь с первого взгляда там, понятное дело, и рядом не валялась, очевидно, что я не из тех людей, которые бы были внешне в твоем вкусе. Так что тогда? Схожесть в характерах? Это глупо. Да и вообще, почему человек резко становится всем интересен только когда ведет себя, как придурок?

— То есть ты думаешь, что я заинтересовалась тобой из-за этого? — тут уже вскочила и Алиса. Мы стояли прямо друг перед другом. Я даже мог почувствовать ее разгоряченное дыхание. — Ты действительно придурок, если так думаешь! Я в тебе увидела мужчину, понимаешь? Настоящего, на которого я могу положиться. Который поймет меня и поможет. И который не побоится мне указать на то, что и я могу быть где-то не права. Я с тобой чувствовала себя в