Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм Страница 21

У костра перед шатром сидели четверо троллей. Одного она узнала, но его бы она узнала где угодно. Последние несколько дней она изучала каждую мурашку на его спине, пока прижималась к нему. Но остальных троих она совершенно не знала.

Сделав шаг ближе, она поняла, что это женщины. Женщины-тролли, которых она никак не ожидала увидеть так рано в своём путешествии.

Все они были стройнее своих сородичей-мужчин и меньше ростом. Но всё равно выглядели сильными, с широкими плечами и рельефными мышцами, которые отличали их от любой человеческой женщины, которую она когда-либо встречала. Было интересно наблюдать за ними и видеть, насколько они разные. У всех женщин были татуировки, а у некоторых — пирсинг в ушах, который позвякивал при движении.

Все они говорили на чёрном наречии. Майя всё ещё привыкала к этой мелодичной, ритмичной речи. Но теперь было не так странно её слышать, даже если она не понимала, о чём они говорят.

Рагнар оглянулся на неё через плечо и встал.

— Хорошо, ты здесь. Мы скоро прибудем к горе Троллькин. Они помогут тебе подготовиться.

— П-подготовиться? — запнулась она. Майя понятия не имела, что происходит.

Он что, уходит? Так и было. Он просто зашагал прочь, не оглядываясь. Оставив её здесь одну, перед тремя женщинами, которые смотрели на неё так, будто она должна была понимать, что происходит.

А на ней не было ничего, кроме поношенной рубашки.

Заправив прядь волос за ухо, она попыталась прочистить горло, но звук вышел скорее булькающим и сдавленным.

— Здравствуйте. Мне жаль, что он не представил меня, но меня зовут Майя. Рада встрече со всеми вами.

Женщины-тролли переглянулись, а затем снова посмотрели на неё. Это дало Майе несколько мгновений, чтобы впитать их различия. Их одежда была именно такой, какую, по мнению Майи, должна была носить она сама. Кожа, окрашенная в особый цвет и расшитая бисером по краям. Драгоценные камни и украшения ниспадали с их фигур. Кольца, множество ожерелий и браслеты, которые плясали на их руках и создавали лёгкую металлическую песню при движении.

Одна из них была значительно моложе и сланцево-серого цвета. Возможно, Майя смогла определить её возраст отчасти потому, что у неё было меньше татуировок. На её теле виднелось лишь несколько тёмных отметин. Завитки даже выглядели более свежими, чем у остальных. Менее выцветшими. А ещё на каждом её удлинённом ухе было только по два прокола.

Следующая женщина-тролль была немного старше, тёмно-синего цвета, хотя всё ещё выглядела молодой. Её уши были сплошь усеяны пирсингом, а всё тело, казалось, было татуировано с головы до ног. Большие чёрные пятна покрывали значительную часть её кожи, словно кто-то намеревался создать чёрные полосы, а не замысловатые узоры, которые Майя видела до сих пор.

Последняя женщина, однако, была пожилой, и морщины пересекали её зелёный окрас. Её волосы были почти белыми, как снег, и струились по плечам, словно пена. Её глаза выглядели уставшими, с лучиками морщинок по краям, которые собирались в складки, когда она перехватила взгляд Майи. Хотя она тоже была сильно татуирована, пирсинга у неё было больше, чем у любой из двух троллей, сидевших рядом с ней. Её отметины были потёртыми, как и её кожа тоже немного потускнела.

— Майя, — сказала старая женщина, вставая и прижимая руку к пояснице. — Приятно познакомиться. Нас выбрали, чтобы мы помогли тебе войти в роль тролльей жены. Хотя, судя по тому, что я слышала, ты почти не нуждаешься в наставлениях.

Майя нахмурилась.

— Мне нужна любая помощь, которую я могу получить. Честно говоря, я не знаю, что происходит.

Три женщины переглянулись. И тогда она поняла, что сказала что-то не то.

По всей видимости, принцесса должна была изучать, что значит быть тролльей женой. Возможно, они отправили королю инструкции, которые принцесса должна была прочесть. Были приготовления, которые принцесса должна была выполнить, а Майя оказалась в полном неведении.

Может, сказать им прямо сейчас? Момент казался не хуже любого другого. Эти женщины были не такими страшными, как тот тролль, который только что ушёл.

— Всё это — огромное недоразумение, — снова попыталась она. — Понимаете, я не должна быть здесь.

Тролли переглянулись, а затем на лице старой женщины расплылась мягкая улыбка.

— В самом деле. Но ни одна троллья жена не чувствует уверенности, когда приходит её время. Ты была обещана Рагнару Чтицей Костей. Следовательно, ты именно там, где и должна быть, принцесса.

— Но я не принцесса, — сказала она, отчаянно пытаясь подобрать нужные слова, чтобы пробиться сквозь стену своей тревоги.

Пожилая женщина протянула ей руку и подвела к двум остальным.

— Мы освежим твою память, дорогая. Мы научим тебя всему, что знаем сами. А пока позволь нам представиться. Я Хульда, троллья старуха.

Кто-кто? Майя открыла рот, чтобы задать ещё вопросы, но тут заговорила та, что выглядела её ровесницей.

— Я Инкери, троллья жена. Такая же, как и ты.

Затем махнула рукой самая младшая.

— Я Рота, троллья дева. Мы втроём представляем три стадии жизни тролля. Мы — дева, жена и старуха.

Она слышала о чём-то подобном, но об этом лишь шептались втайне. Её народ называл их ведьмами. Они искажали эльфийскую магию, которая текла в их крови, и использовали её для тёмного колдовства. По крайней мере, таковы были слухи. Впрочем, она знала многих людей, которые весьма охотно обращались к этим самым ведьмам за магией.

— Рада познакомиться со всеми вами, — снова сказала она, но замолчала, когда все они уставились на неё. Очевидно, она должна была сказать что-то ещё. Майя облизнула губы и, наконец, произнесла: — Я Майя… троллья жена?

Хульда хлопнула в свои морщинистые ладоши.

— Да! Эта учится быстро.

Затем они повели её через лагерь, и другие тролли бормотали благословения и приветствия, когда они проходили мимо. Если их не знала Хульда, то знали Инкери или Рота. Казалось, почти все тролли здесь были знакомы друг с другом. Что шло вразрез со всем, что она о них слышала. Тролли были одиночками, пока не объединялись для войны, и то только потому, что им нравилось совершать набеги на человеческие поселения.

Но здесь всё выглядело так, будто они все были тесно знакомы. И вскоре она поймала себя на том, что ей нравятся их колкости в адрес