Ведьма и темный инквизитор - Джулия Принц Страница 21

Деревня та на месте осталась, не тронул её больше никто. С другой стороны, что оборотням сделается?

Но не только светлые беспредел творили, тёмные тоже не самые примерные жители империи. Опыт мой подсказывает, что не от цвета магии поступки зависят, а от намерения самих существ. Будь то люди простые, маги или существа волшебные.

А с тёмными, точнее с демонами, история приключилась недалеко от моего домика, да и недавно это было.

Демоны болотные заманили к себе одного сельского парня. Они как делают-то: если девушку или женщину заманить надо, то притворится склизкий демон пастухом красивым, если парня привлечь надо, то обернётся демоница девой юной да прекрасной.

И видит юноша, пастушка идёт по полю: косы золотые на солнце сверкают, глазки голубые задорно блестят, фигурка – взгляд не отвести! Так и пропадают люди на болоте. Ибо, как же к девице не подойти, беседой (для начала) не развлечь?

Но не каждый на демониц бросается. Вот и наш герой верным да праведным оказался.

Женихом он ходил и невесту свою любил. А болотнице, видать, парень тот очень понравился и притворилась она, что в беду попала. Он на помощь и пришёл. Тащит девицу из болота, а та его хвать и внутрь, к себе на развлечения утянула. Был мой Чер свидетелем. Доложил мне о непорядке.

Я как была в чём, из дому выскочила и на болота. А была я… в общем, почти ни в чём, спала я, халатик лёгонький на себя накинула только. А как Чер пришёл да рассказал, я разозлилась сильно. Уже не в первый раз демоны болотные шалят. Нет, людей они не убивают, но бывает, что те сами мрут со страху, как истинный облик красавицы (или красавца) увидят.

Пришла я к демонам на разборки, а те ни в какую! Парень сам к нам пришёл, ничего не знаем!

И вот даже в халатике был у меня потайной карман, а там в мешочке разрывная смесь (вдруг кто на спящую ведьму напасть посмеет?). Я, не глядя, и швырнула его в демонов: всё болото разворошила, они потом долго отстраивались и ещё долго не шалили, особенно когда госпожа ведьма почивать изволит. Что поделать – недобрая я с утра бываю.

Вот и в этот раз потайной карман меня выручил.

Я разложила на ближайшем столе предметы и начала творить заклинания. Многие думают, что для ритуалов колдовских нужны атрибуты специальные, время особое, эффекты великие.

Всё это от неопытности, да от пафоса. Мне же просто место хорошее нужно, и чтобы никто не отвлекал. Строить из себя великую колдунью не перед кем было, и я просто запустила заклинание на поиск хозяйки волоса, а зелье использовала для усиления, как предмет желания той, кого ищу.

Долго отклика не было, я уж стала думать, что прав был ректор и нет моей подопечной в академии, как получила отклик силы и пришло мне видение: Анна мирно спит. Но сон её беспробуден. От такого можно и в могилу сойти.

Я попыталась понять где она: сначала мне показалась, что в пещере какой-то. Логично же? Девушка похищена, спит сном магическим, да ещё и полностью обнажена. Воображение рисует тайные и странные места. Но потом я поняла, что это просто чья-то тёмная комната.

Итак, Анна Мяженова в академии. Осталось понять: где, с кем и что с ней случилось.

Глава 12. Поиски и разоблачения

Найти княжну вроде бы и можно: магический отклик, что получила от видения, я постаралась преобразовать в путеводную нить. Получилось, но ниточка вышла тонкой, вот-вот и оборвётся. Надо идти прямо сейчас, может и успею.

И я пошла. Нить привела меня к крылу мальчиков четвёртого курса. Гм, не то, чтобы неожиданно, но интересно.

Теперь осталось только проникнуть туда.

Магический барьер стоял и на вход, и на выход из крыла, видимо, чтобы юноши не шалили. Может, и на моём крыле такая же защита стоит? Я могла выйти и не заметить. Что ж, придётся разбираться.

И попыталась подобрать ключ к двери. Обычно это было или заклинание, или слово заветное. Провозилась я долго, уже и башенные часы пробили полночь, но так и не смогла понять, что же нужно: ни защита, ни дверь не поддавались.

– Может, это какое-то заклинание, неизвестное для четвёртого курса? – прошептала я. Есть у меня привычка, наедине сама собой разговаривать.

– Нарисуйте знак Бешь – магию тёмного континента Меденос изучают только на пятом, – прошептали мне на ухо.

От неожиданности я вздрогнула, подпрыгнула и больно ударилась головой об кого-то.

– Вот твари подземные! – громко выругалась я.

– Тише, тише, студентка Сафровски, – на меня лукаво смотрел румяный старичок.

– Ректор?!

– Я же говорю, тише! Перебудите мне всех ещё!

– Что вы тут делаете? – уже шёпотом спросила я.

– А вам не кажется, что это мой законный вопрос по отношению к вам?

Белесые глаза «старичка» весело смотрели на меня.

Н-да, неудобно получилось.

– Я тут подругу спасаю!

– А я студентку!

Мы стояли друг напротив друга: я – тёмная ведьма под личиной молоденькой студентки, и он – ректор академии, один из самых могущественных магов современности, под видом маленького круглого старичка. У него даже лысинка поблёскивала в лунном свете.

– Если знаете, как открыть дверь и снять защиту – делайте это.

Я отошла в сторону, демонстративно передав свою работу ректору.

– Нет, ну какие наглые пошли нынче новенькие студентки! – посетовал ректор, но за работу взялся.

Мгновение, и защита пала.

– Прошу, студентка Сафровски, – широким жестом ректор пригласил меня внутрь спален будущих магов, надежд Светлой Империи. – А, может, и не студентка? – неожиданно стальной взгляд на румяном лице старичка смотрелся… пугающе.

Я же нагло прошла вперёд. Если меня сразу не разоблачили и не отправили в свою комнату или под арест, значит всё обойдётся. Так или иначе.

Коридор, с нанизанными на нём комнатами, дышал тишиной и спокойствием. И почему-то немного пованивал.

– Институт-то у нас исследовательский, – как бы извиняясь за запах, начал объяснять ректор, – вот отличники и проводят. Эксперименты.

– Что-то в девичьем крыле, я такого запаха не заметила.

– Так это ж… особенности обучения. – неопределённо ответил ректор, явно намекая, что не все девицы учиться приходят с исследовательскими стремлениями.

В этот момент нить моя путеводная… оборвалась.

– Что, не знаете куда идти? – насмешка в голосе ректора была неприятная. Он явно видел мою нить, так же, как то, что она истончилась и