Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст Страница 20

‒ Не пострадает. В метании ножей я лучшая во всем Бишопе, ‒ с гордостью ответила подруга.

Организатор лишь покачала головой и все же скрылась в арке, которая вела в наш коридор.

Я обратилась к Ристории:

‒ Ты же поможешь мне? Сыграешь что-нибудь пронзительное?

Подруга шкодливо улыбнулась:

‒ Предлагаю марш для захоронений.

Выбор Ристы несколько удивил нас с Хелией. А уж как изумятся драконы!

Но стоило признаться: я бы хотела посмотреть на их вытянувшиеся лица.

Поднявшись на свой этаж, мы попрощались с фисой и зашли ко мне. В отличие от меня, подруга имела магический дар, а потому могла похвастаться еще одним талантом.

Она совершенно восхитительно заваривала чай в отсутствие печки. При этом чайные сборы на отбор Ристория пронесла в своем корсете. Она жить не могла без чая.

Выбрав угощения на моем комоде ‒ там до сих пор лежали нетронутыми шоколадные конфеты, фрукты, орехи и другие сладости, – мы расположились на диване. Я видела, что ее что-то гложет. Она была сама не своя, как бы ни пыталась выглядеть обычно.

‒ Рассказывай, ‒ потребовала я. ‒ Не выпущу тебя из своей комнаты, пока не скажешь, что произошло между тобой и Ахасаном.

‒ Да я же… ‒ попыталась она отмазаться.

Но я была неумолима:

‒ Риста, я знаю тебя с детства. Или ты рассказываешь мне, что произошло, или почему хочешь убить Черного форда. Ассистировать тебе с ножами ведь будет он, не так ли? Сколько ножей обычно попадают в цели?

‒ Семь из десяти, ‒ буркнула подруга, нахохлившись. ‒ И так ему и надо! Он поцеловал меня, Тейзи! Зажал у дерева в парке и поцеловал!

Я отставила чашку на стол. Подруга выглядела необычайно растерянной и подавленной.

‒ И что случилось дальше? Ты дала ему пощечину?

‒ Нет, ‒ призналась Ристория совсем уж жалобно и вдруг перешла на шепот: ‒ Тейзи, мне понравилось.

Осознав услышанное, я пришла в ужас. Не понимала, что сказать. Слова, как назло, не подбирались, а мысли разбегались. Как же так? Я знала Ристу с детства. Быстрая влюбленность ‒ это часть ее характера, но я впервые видела ее такой раздавленной.

Она больше не владела ситуацией, и ее это угнетало.

Заметив на моем лице шок, Ристория поторопилась объясниться:

‒ Но ты не подумай, я ему об этом не сказала. И никак не показала. Наоборот, демонстративно плевалась и вытирала рот, я… Если он никогда больше не поцелует меня, я умру.

‒ Риста, ‒ выдохнула я и села ближе, чтобы обнять подругу.

Привалившись к моему плечу, она звучно всхлипнула. Что такого было в этом поцелуе, что он свел ее с ума, я боялась спросить. В отличие от меня, у Ристории имелся внушительный опыт отношений. Она крутила ухажерами как хотела, умудряясь не обещать им ровным счетом ничего.

Она разбивала сердца виртуозно. Но нашелся тот, кто был готов расколотить ее собственное.

Я знала Ристу. Какой бы легкомысленной она ни казалась внешне, внутри она была совсем иной. Она не пойдет на то, чтобы стать темани дракона. Только женой и только в равноправном браке, где ее голос будут слышать.

‒ Прости, ‒ прошептала я, обнимая подругу. ‒ Это я тебя в это втянула.

‒ Кто кого еще втянул, ‒ отмахнулась она, вытирая слезы. ‒ Да и вообще не бери в голову. У нас есть цель, и мы идем к ней, а драконы драные пусть себе в другом месте любовниц ищут.

Я улыбнулась. По-настоящему волнуясь за ее судьбу, тихо спросила:

‒ Сможешь противостоять его обаянию?

‒ Противостоять? ‒ удивилась она. ‒ О нет, я собираюсь пользоваться его вниманием и получать удовольствие. А еще подарки. И в город заставлю его меня отвезти. Как раз наведаюсь в артефакторскую лавку. Вдруг этот артефакт продается только в какой-то определенной лавке или является редким товаром? Так у нас будет больше шансов.

‒ Риста. ‒ Я смотрела на подругу с грустью.

‒ И не надо меня жалеть, ‒ возразила она. ‒ Вот вернусь в Бишоп и как напишу книгу об этом отборе! Всю правду напишу и издам, а ты в своем магазине станешь продавать. Пусть все узнают, какие драконы мерзавцы!

Я усмехнулась. Подруга всегда умела развеселить и меня, и себя.

‒ Думаешь, нам поверят?

‒ А у них не будет вариантов. Представляешь, мы же единственные за дракон знает сколько лет, кто вернется с этого проклятого отбора домой. Знатный выйдет скандал. Но мы с тобой озолотимся.

‒ А потом заберем Рейшика и переедем из Бишопа в город покрупнее, ‒ подхватила я.

‒ И учиться пойдем, да-да, ‒ продолжила Ристория. ‒ А еще встретим потрясающих мужчин, выйдем замуж и будем жить долго и счастливо.

Ее горящий взор был направлен в сторону окна, но вряд ли она что-то там видела. Смотрела, не мигая, а я боялась представить, какие картины сейчас возникали в ее воображении.

‒ Риста? ‒ тихо позвала я.

‒ Что? ‒ откликнулась она, взглянув на меня заинтересованно.

‒ Ты только Черного форда ножами не заколи, а то с отбора мы отправимся прямо в тюрьму.

‒ Я подумаю, ‒ ответила девушка снисходительно.

Мы громко рассмеялись. Вместе со смехом выходило все напряжение, все страхи и печали. Но долго прохлаждаться мы не могли. Риста ушла просить у стражников реквизит и собираться, а я села за написание стиха.

Могла бы прочесть что-то из известных классиков или новых авторов, но мне хотелось рассказать нечто пронзительное, бьющее в самое сердце, укоряющее. Я не знала таких стихов, а потому сама взялась за писчую палочку.

То, что получилось в итоге, мне очень понравилось, хотя из-за черканий и клякс лист выглядел грязным.

Отложив написанное, я принялась собираться. Ванна не заняла много времени, а над простой прической колдовала уже Риста. Она явилась при всем параде, отыскав у себя в шкафу поражающее воображение черное платье без рукавов. Его корсет под грудью и ниже казался почти прозрачным из-за мелкой сетки.

‒ Риста, ты уверена, что хочешь пойти в этом? ‒ спросила я, представив реакцию Ахасана Тейшана.

‒ Пусть слюной захлебнется, ‒ произнесла подруга воинственно. ‒ А ты какое платье выбрала?

Мой наряд Ристорию не устроил. Отбросив на кровать платье нежно-голубого цвета, она достала зеленое, насыщенного оттенка. Полностью закрытое, со строгими рукавами и узким треугольным вырезом на груди, но спина…

‒ Риста, это слишком откровенно, ‒ возразила я.

‒ Это