Адмирал моего сердца, или Жена по договору - Дарья Коваль Страница 20

Очень вовремя!

Потому что ещё пара мгновений, и биться оно перестало. Но это ничего. Я знала, что всё ещё можно исправить. Ещё не поздно. Тому и посвятила себя. Полностью отрешившись от всего мира. И не стала ни на что отвлекаться даже когда услышала где-то со стороны:

— Сиенна! Он уже мёртв! Ему не помочь! Прекрати!

Кажется, это был голос адмирала Арвейна. Но я всё равно не стала слушать. Потому что точно знала, что он не прав. А я смогу. У меня получится. Точно так же, как когда-то с вороном. Может, целительница из меня и посредственная, но с курсом сердечно-лёгочной реанимации я была знакома. И если в нашем мире, где не существовало никакой магии, медики умели возвращать к жизни, то тут я и подавно… И да, я реально смогла!

Я уловила новый стук мужского сердца ровно в тот момент, когда мои ладони накрыли поверху чужие. Довольно грубо и бесцеремонно отрывая от Леджера.

— Безрассудная девчонка! — выругался почему-то очень-очень взбешённый адмирал Арвейн.

Что именно его так разозлило, я так и не поняла. Как и спросить у него не сумела. Горло как-то резко сдавило, воздух из лёгких исчез, а в голову ударила темнота. Мир перед глазами стремительно плыл и отдалялся, исчезая.

Почему?

Это я тоже не поняла. Зато всё гораздо лучше меня понимал тот, кто удержал, не позволяя окончательно свалиться и удариться головой о ступени. Крепко сжал за плечи и снова довольно грубо встряхнул.

— Дыши, Сиенна. Не закрывай глаза. Ну же, девочка, не смей меня вот так бросить! — фактически приказал Аэдан Каин.

Я бы хотела ответить. Но все силы будто враз покинули. Сознание неумолимо меркло. А я не смогла поймать ртом хотя бы одну, даже самую маленькую капельку воздуха, сколько бы ни пыталась.

Но мне и не пришлось ничего больше делать самой.

В тот миг, когда я смирилась с тем, что кислород не особо-то и нужен, а накрывающая темнота слишком сильна, чтобы ей противостоять, чужие губы властно накрыли мои. Втолкнули порцию столь необходимого воздуха. Вдохнули новые силы. Позволили не только дышать, но и забрали пробирающей до костей холод.

Хотя я всё равно отключилась… Зато Леджера я всё-таки спасла.

Глава 7

Мне снилось, как лёгкий и игривый ветер постепенно нарастает, превращаясь в свирепый шёпот, а затем усиливается всё сильнее и сильнее, чтобы перерасти в яростный крик. Этот крик оглушил. Причинил много боли. Захлестнул безжалостными волнами. И превратился в… пожар. Огонь возник повсюду. Он окружал. Подступал. Ближе. И ближе. Со всех сторон. И не было из него выхода. Вокруг горела даже вода. Точно так же, как спальня дочери герцога Рэйес превратилось в мёртвый серый пепел. Всё вокруг вспыхивало искрами, взрывалось тлеющими углями и источало едкий дым, вдохнув который я начала захлёбываться.

— Нет! Пожалуйста, хватит! — взмолилась.

И… проснулась. Захлёбываясь уже собственным криком.

Кого именно я умоляла и звала? К кому обращалась в поисках освобождения? Не запомнила. Сам кошмар быстро стёрся из разума, оставив после себя только тяжёлый осадок и бешеное биение сердца, да новый вдох, застрявший в горле комом безысходности, когда я резко уселась на постели, угодив в сильные мужские руки, прижавшие меня к твёрдой груди. Они принесли облегчение. Крепкие и надёжные, словно маяк для корабля среди бушующих штормовых вод, в которых я чуть не погибла.

— Это просто сон, — тихий шёпот Аэдана Каина раздался у самого виска, а его ладонь провела по моим волосам в успокаивающем жесте. — Сон, Сиенна. Тебе приснилось. Всё хорошо.

Уверенность в его голосе — непоколебимая и твёрдая. Как не поверить ей? И я поверила. Сумела нормально вдохнуть.

— Просто приснилось, — повторила послушно.

Наконец, открыла глаза. И поняла, что мир — множество разрозненных осколков, никак не желающие собираться воедино. Очень знакомое ощущение. Точно такое же, как тогда, когда я только очнулась в своём новом теле. Пришлось опять крепко жмуриться и повторять всё с самого начала ещё несколько раз, прежде чем зрение наконец сфокусировалось в единую картинку. И первое, что я увидела — окно, за которым давно наступил день. Солнце на ясном безоблачном небе стояло высоко над линией горизонта. Шторм давно закончился. Адмирал Арвейн сидел вместе со мной на постели в его каюте. И если моё платье самым бесповоротным образом исчезло, а прикрытием служило лишь одеяло, в которое мужчина самым джентльменским образом укутал меня, то сам он был всё в той же белой и уже заметно мятой рубашке, таких же мятых брюках. Тёмные волосы взъерошены в лёгком беспорядке, а на щеках сильнее проявилась щетина.

Он не спал всё это время?

Сидел около меня…

И сколько это, всё время?

Вопросов возникло много, но ни один из них я не задала. Адмирал спросил первым:

— Тебе лучше?

Кивнула, а он мягко улыбнулся. И я тоже улыбнулась ему в ответ.

— Что последнее ты помнишь?

Я помнила всё. Начиная от его милого шока, когда я засунула ему вилку в рот вместе с рагу, заканчивая моим глупым порывом вернуть поднос с посудой, как и всем, что вытекало из этого поступка, включая спасение жизни младшего офицера Леджера, который закрыл меня своей спиной от жуткого крылатого монстра.

И самое главное…

— Ты меня поцеловал, — подтянула соскользнувшее с плеча одеяло, призадумавшись.

Меня ведь память не подводила? Я спасла жизнь Леджера, а адмирал на это очень разозлился и… поцеловал меня. Ладно, это определённо был не просто поцелуй, учитывая, что именно это действие с его стороны помогло мне снова дышать, прежде чем я отключилась от усталости после всей своей спонтанной целительской деятельности. Но и что именно это тогда было? Я не знала. А узнать хотелось. Вот и сказала то, что сказала. Хотя возможно, стоило быть более конкретной в своих домыслах, поскольку мужчина воспринял мои слова по-своему.

— Ты только это запомнила? — усмехнулся, а направленный на меня взгляд приобрёл оттенок насмешки.

Собственно, именно из-за последнего мне стало настолько неловко, что в ответ я возьми да ляпни нервно:

— Ты не подумай, не то чтоб мне не понравилось…

— А тебе не понравилось? — заинтересовался Аэдан Каин, чуть отодвинув меня от себя, разглядывая по-новой, будто впервые увидел.

Объятия превратились в полуобъятия, а он поддел сгибом указательного пальца мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову, очевидно, чтобы я смотрела ему