Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст Страница 2

‒ А я говорила, надо было прижать эту гусеницу еще на площади! ‒ воинственно воскликнула она.

Да так громко, что ее услышала вся змеиная троица. Они как раз подошли к остальным и величественно встали в первый ряд, нагло растолкав тех, кто занял лучшие места раньше них.

Однако этим не обошлось. Голос Ристы долетел до драконов и привлек их внимание.

Вскинувшись, я на краткий миг встретилась взглядом со своим спасителем. На нашу копошащуюся кучу он смотрел брезгливо, будто на жуков. Черный дракон в этот момент что-то нашептывал ему на ухо.

Призвав нас к тишине, фиссис Базенова встретила последнюю девушку. Вслед за участницей вышел Талид и встал рядом с сестрой.

Теперь различия во внешности организаторов отбора были видны невооруженным глазом. Он – блондин с тонкими чертами, она ‒ жгучая брюнетка с кожей более темного оттенка. Оба чистокровные люди, но это все, что их объединяло.

Пока мы стояли на площади, ожидая результатов собеседования, в толпе шептались, что родными братом и сестрой эти двое не были, а просто назывались.

Портал за спинами организаторов с хлопком закрылся, и нас обдало потоком холодного воздуха.

Отбор темани для драконов начинался прямо сейчас.

Ощутив, как Риста крепче сжимает мою руку, я гулко выдохнула. Страшно было до ужаса, но не так, как если бы я отправилась сюда одна. Была бесконечно благодарна подруге за ее смелость, за то, что пошла со мной на отбор темани для драконов, хотя еще этим утром никто из нас и подумать не мог, что мы окажемся здесь.

Как и в предыдущие годы, мы не собирались участвовать в этом странном мероприятии.

А оно действительно казалось странным, с какой стороны ни посмотри. Неужели во всех двенадцати драконьих городах не нашлось невест для этих аристократов? Обеспеченные форды составили бы хорошую партию любой девушке, но почему-то искали любимую за пределами Драконьих гор. Ответа на этот вопрос не было ни в одном любовном романе о крылатых, а я за свою жизнь перечитала их сотни.

Последний закончить не успела. Мне оставалось дочитать семь страниц, когда меня этим утром окликнул восьмилетний племянник:

‒ Тейзи, я пошел!

С трудом оторвавшись от романа, я рассеянно поднялась из-за стойки. Через пятнадцать минут пора было открывать книжную лавку, и я надеялась потратить это время на чтение.

‒ По дороге обратно нигде не задерживайся, ‒ попросила я, обнимая мальчишку. Взлохматив копну его темных волос, поделилась великим секретом: ‒ Сегодня на обед приготовлю твою любимую утку.

Его лицо мгновенно осветилось счастьем. Рейшу было так легко порадовать, и я не отказывала себе и ему в этом маленьком удовольствии. Когда он улыбался, то был похож на своего деда в юности ‒ моего отца, хотя общей крови у нас не имелось. От собственной матери мальчику не досталось ничего, и я каждый день благодарила за это Всевышнего.

‒ Тез, а можно я не пойду сегодня в школу? ‒ вдруг попросил Рейшик, едва мы вышли в прихожую. ‒ Я себя сегодня не очень хорошо чувствую.

Я замерла у порога, так и не коснувшись дверной ручки. Сердце сжалось от тревоги и страха и забилось с утроенной силой.

За последние пять лет вариации этой фразы стали моим кошмаром наяву. Я дважды в день молилась Всевышнему за здоровье племянника, и, казалось, это помогало. Последний приступ произошел у Рейши почти три месяца назад.

Целых три месяца моего душевного спокойствия.

Это был не мой выбор ‒ забота о племяннике, книжной лавке и родственницах. Пять лет назад я собиралась покинуть Бишоп. Сдав вступительные экзамены на отлично, я выбила себе место на факультете мирового права. Но до университета так и не добралась.

Поезд отправился без меня, пока я сидела у постели умирающего отца.

Ему стало плохо совершенно внезапно. Послав сводную сестру за доктором Ферном, я с трудом уложила папу в кровать. Он никогда не жаловался на сердце. Да и на здоровье тоже, но в тот день был особо бледен и неповоротлив.

Держа за руку, он попросил меня не оставлять трехлетнего Рейшу и книжную лавку. Отец и сам знал, что на его новую жену и падчерицу положиться нельзя. Орэлла и Ворэлла не отличались особым умом, а мальчика едва замечали среди собственных забот. Его воспитывал мой отец.

Едва слова клятвы сорвались с моих губ, папа одарил меня теплой улыбкой. Когда запыханный доктор вбежал в его спальню, ладонь отца уже выскользнула из моих рук. Я не успела сказать ему, как сильно люблю его. И лишь надеялась, что он об этом знал.

Вернувшись в свою комнату, я разобрала чемодан и разложила вещи по местам. На похороны отца собрался весь город: он был по-настоящему замечательным человеком. А на следующий день я вновь открыла книжную лавку.

Забота о ней и о племяннике не была мне в тягость, но именно после похорон у Рейши случился первый приступ. Тогда в моих каштановых волосах появился первый седой волос. Мне было шестнадцать.

‒ Рейшик! Мама хочет кушать! Принеси мне завтрак, сынок! ‒ раздался со второго этажа громкий крик Ворэллы.

Племянник сорвался с места в то же мгновение, но я придержала его за плечо. Сжав зубы на миг, переждала приступ злости. Эта лентяйка даже спуститься на кухню была не в состоянии, не говоря уже о том, чтобы проводить сына в школу как подобает.

Присев на корточки, я мягко спросила:

‒ Рейшик, что именно тебя беспокоит?

‒ Голова немного кружится, ‒ замялся он. ‒ Так я останусь? Сейчас маме завтрак отнесу и сразу к тебе. Буду помогать продавать книги.

‒ Оставайся, ‒ разрешила я, выпрямляясь. ‒ Но твоя мама сама себе завтрак и сделает, и принесет. А ты пока покажи-ка мне, что вы проходите сейчас с учителем.

Кивнув, мальчишка прошел вместе со мной через арку обратно в книжную лавку. Она располагалась на первом этаже нашего дома и имела отдельный вход, но попасть в нее можно было и изнутри.

Поставив кожаный портфель на стул, Рейша обернулся с ужасом во взгляде, качнулся и упал.

‒ Орэлла! Ворэлла! ‒ закричала я, падая на колени.

Приподняв его голову, я нащупала пульс на шее. Племянник потерял сознание. Его тело била мелкая дрожь, как это бывало раньше, а лицо мгновенно утратило краски.

Мачеха и сводная сестра прибежали на первый этаж через минуту. Эти секунды