Руслана. Пересохшие реки, в которых раньше жили русалки - Евгения Клёнова Страница 19

Она уже была знакома с женихом. Вечно потеющий застенчивый заучка, совсем не в её вкусе. К своим неполным двадцати годам девушка отказала многим знатным и богатым воздыхателям. К счастью, отец не настаивал на скором браке, а безусловная красота и состояние обеспечивали её широким выбором кандидатов.

Избор обратился к управляющему:

— Кто-нибудь приходил сегодня?

— Нет, от господина Сежира никого не было. Только один чудак, явно не в своëм уме, с утра ждëт у ворот. Представился царевичем Богородом.

— Что? — ошарашенно переспросил князь.

— Простите, господин. Я сейчас же прикажу, чтобы его прогнали подальше.

Но хозяин, не дав никаких объяснений, быстро накинул войлочный плащ и отправился к южному въезду. Прислужник едва успел раскрыть над ним зонт.

Ливень усилился.

За воротами Избор увидел худого темноволосого человека, промокшего до нитки.

В их первую встречу он был сильно пьян, но лицо юноши тогда твёрдо запечаталось в памяти. Точно он. Царевич, которого Гордиян прятал в своëм поместье.

— Богород, — Избор подбежал и перекинул на него плащ, — как ты здесь оказался?

— Приветствую Вас, достопочтенный князь, — Алоис попытался поклониться, но Избор его остановил.

— Не время, ты весь промок, скорее идëм домой.

В замке было тепло и сухо, но Алоис чувствовал только холод. Он невольно чихнул.

Избор взял руку юноши, но сразу откинул.

— О, боги, ты весь горишь!

Он повернулся к только что подошедшему управляющему:

— Если с ним, что-нибудь случится, я тебя на кол посажу! Бесполезный дурень, лекаря приведи!

Алоису выделили лучшие гостевые покои и несколько слуг. Его переодели в сухую одежду и напоили горячим бульоном, но самочувствие только ухудшалось.

После долгой борьбы за выживание сдохнуть от обычной простуды.

А у богов есть чувство юмора.

Алоис провалялся в бреду сутки. Когда он очнулся, но ещё не открыл глаз, страшная догадка посетила его измученную голову.

Он резко поднялся и скинул одеяло с ног. Всë в порядке. Цепи нет.

Избор пришёл, как только узнал, что гость снова в сознании. Алоис натянул привычную миролюбивую маску и, первым делом, поблагодарил старого князя за заботу.

— Богород, в тот день… Я узнал слишком поздно о готовящемся злодеянии и не успел предупредить Гордияна. Ах, мой старый друг… Наш король совсем обезумел. Но как тебе удалось спастись?

Алоис пока не решил, насколько честным можно быть в его положении.

— Каким-то образом главарь наёмников узнал обо мне. Он хотел продать меня в Риинское царство, но я сбежал.

— Ты помнишь, кто именно на вас напал? — спросил Избор.

— Главаря зовут Чертан, но не уверен, что это его настоящее имя.

Избор, и так мрачный от нелёгкого разговора, тяжело задумался.

— Господин, — сказал Алоис, — старый король не передумал передавать корону сыну?

— О, нет, это совершенно точно случится, — опомнился князь, — Совет и священники Храма Всех Богов проведут церемонию и без его согласия. Такова воля небес. В последний день осени королëм станет Мастислав.

— Я бы хотел, чтобы Вы организовали нам встречу до коронации.

Столь прямая просьба несколько удивила Избора.

— Сейчас между нашими странами не всë гладко, — продолжил Ал, — Гордиян считал, что я могу быть полезен наследнику. Было бы правильнее не терять времени и разобраться во всём заранее.

— У тебя уже есть что-то?

— Пока только несколько идей. Риинское царство ведëт себя агрессивно и недальновидно. Господин, в моей стране у власти узурпаторы, не имеющие никаких прав на мой престол. Я должен стать царём, как мой отец и дед, только так я смогу повлиять на ситуацию.

Несмотря на бледность, юноша больше не выглядел жалко. Наоборот, у Избора пробежал холод по телу от леденящего взгляда почти черных глаз. Возможно, от пережитых трагедий, наследник помутился рассудком. Ал заметил это, в следующую секунду смягчился и сказал:

— Впрочем, я понимаю, насколько плачевно моë теперешнее положение. Господин, сделаете мне одолжение? Могу ли я называть Вас дядей, как Гордияна. Много лет назад он спас мне жизнь и теперь, когда его не стало, я чувствую, что остался совсем один.

Сам того не понимая, Алоис попал в самое сердце старого князя. Больше девятнадцати лет назад жена собиралась подарить ему близнецов. Девочка появилась на свет легко, но сыну так и не суждено было родиться. Он остался во чреве матери и погиб вместе с ней.

— Конечно. Можешь называть меня, как хочешь, — расчувствовался Избор, — если тебе что-нибудь нужно, без стеснения говори. В моëм доме с тобой будут обращаться согласно твоему статусу.

— Благодарю, дядя, я отплачу Вам, обещаю.

Дальше этим вечером они говорили только о войне и ратном деле. Алоис попросил найти для него учителя по фехтованию. Он собирался начать занятия, как только поправится. Избора приятно удивило то, каким начитанным и осведомлённым оказался молодой царевич. Он ожидал от него меньшего.

Следующим утром Алоису провели экскурсию по замку.

Стены и башни переплетались с жилыми зданиями в замысловатом лабиринте. Понадобится время, чтобы привыкнуть. Отделка даже самых неважных строений красным камнем, прозрачные пруды, несколько парков и аллей. Всë в этом месте говорило о том, что хозяин не просто богат, а очень богат.

И всё это доступно Алоису.

Пока.

Он не строил особых иллюзий о вечной благосклонности князя, но пытался искренне насладиться тем, что случайно получил.

Вечером Алоис ужинал за одним столом с хозяином и его дочерью.

И в целом, месяц листопада обещал быть насыщенным в хорошем смысле.

14 Расставание

Руслана первый листопад встретила в одиночестве скромного сада своей усадьбы.

Златояр довёз её в целости и сохранности.

Ремешок и ножны зачарованного ножа — это всë что осталось от его временного подарка. Златояр попросил девушку сохранить их, как память о спасении. Руслана выбрала самую красивую шкатулку для нового сокровища.

Она не знала, сможет ли вновь увидеть благородного витязя, но всей душой этого желала. В Златояре не было ни капли черствости, обычно свойственной военным людям. По крайней мере, Руслане так казалось.

За время пути она сумела по уши влюбиться и, по неопытности, выдала себя целиком.

Если бы семена змееголовника не подавляли Владу, опытная женщина наверняка бы отругала её за глупость. Но Руслана не слышала голоса ведуньи.

С того момента, как она плакала на плече Златояра и до последней секунды расставания, девушка смотрела только на него. Она искренне хотела о нëм заботиться, во всëм пыталась угодить. Она делала это так неумело и так явно, что к середине пути даже самый тугодумный солдат догадался о её чувствах. Но Златояр на корню пресëк все дружеские шутки на