Монарх. Под прицелом тьмы - Элиас Кинг Страница 17

мясистой «припухлостью» из-за чрезмерных занятий с весовыми тренажерами (иначе такого мощного мышечного корсета по-другому просто никак не приобретёшь). С одной стороны далёкие от модельных эталонов современной мужской красоты, но в то же время не лишённые своей природной привлекательности, как и притягательности. Страшным его едва ли назовёшь, по крайней мере, не в общеизвестном понимании данного слова. К тому же, достигнутая им возрастная планка в сорок четыре года и в самом деле только улучшала его внешние данные, подобно зрелому, крепкому и хорошо настоявшемуся вину.

Анна сделала несколько незаметных глубоких вздохов-выдохов и…

— Вам не нравится, когда кто-то на вас смотрит?

Она вновь открыла глаза, набравшись достаточно смелости и духа, чтобы посмотреть опять на Монарха. Что-то делать со своим голосом даже не стала. Он и так от сильного волнения звучал приглушённо, чуть ли не на самых низких регистрах и тонах, а от нарочито «вежливой слащавости» и вправду отдавал почти что сексуальными нотками. Или она просто попыталась скопировать манеру Валерии?

Не может быть! Неужели у неё это получилось — вызвать в Монархе хоть какой-то искренний интерес. Иначе с чего ему принимать позу полностью расслабившегося слушателя-созерцателя, временно забывая о своём треклятом айфоне (явно из какой-нибудь ограниченной линейки дико дорогущих эксклюзивных моделей) и, наконец-то, направляя свой рентгеновский взгляд на лицо Анны.

— А ты дерзкая, да? Или пытаешься таковой казаться? — его необычные губы дрогнули в лёгкой насмешке, пока его реально сканирующие насквозь глаза уже без каких-либо предвзятостей скользили по лицу и фигуре Анны. И, похоже, всё, что он сейчас перед собой видел не вызывало у него хотя бы поверхностной или мимолётной негативной реакции. Разочарования или же пресыщенного искушения тоже пока не проявлялось, ни в его чуть прищуренных глазах, ни в столь скупой для такого, как он железобетонного человека, мимике.

— Я просто хочу сделать вам приятное. Я ведь для этого здесь и нахожусь, не так ли? Точнее, вы меня для этого и купили.

— Поэтому ты ко мне и повернулась задом во время торгов, аккурат после того, как я выкупил на тебя первое право? — значит, он всё-таки правильно понял то, что она тогда сделала. Так сказать, разгадал её истинные и определённо коварные мотивы.

— Скорее, хотела слегка потомить в ожидании. К тому же… я повернулась к вам своей самой лучшей стороной.

В этот раз Монарх даже снизошёл до тихого смешка и вновь прошёлся по фигуре девушки не таким уж и похотливым взглядом. Но при этом раздевающим, да. Или оголяющим… До самых костей. Намеренно задержавшись на её груди, скрытым ложно «прозрачным» лифом платья, который был расшит вручную роскошными цветочными узорами из сверкающих страз.

— Решив показать «худшую» для начала «графу Калиостро»?

— Никогда бы не подумала, что вас могут задеть подобные глупости. Тем более, первое право не давало вам абсолютных на меня прав. Вы сами захотели меня оголить перед всеми остальными — дать увидеть моё нагое тело всем своим конкурентам.

— А ты надеялась, что тебе не придётся там раздеваться? — кажется, он прищурился чуть сильнее, в этот раз буквально резанув глаза Анны действительно пугающе пронзительным взором. До самого нутра.

— Я сделала это впервые в своей жизни, Глеб Олегович. Я могла сорваться и расплакаться в любую секунду, но едва ли вас это на тот момент вообще волновало. Поэтому, да… Я до последнего надеялась, что вы или кто-то другой до такого не дойдёт. Думаю, теперь вы наконец-то поняли… почему я повернулась к вам тогда задом.

— Значит, всё-таки дерзкая. А может… — он вдруг качнул головой, будто и вправду попытавшись копнуть поглубже своим проницательным взглядом скрытую душу девушки. Из-за чего ей совсем стало не по себе и пришлось приложить немало усилий, чтобы ничем не выдать своё истинное состояние. — Попросту отчаянная?..

— Я выгляжу отчаянной и потерянной? — ей пришлось изобразить шокирующее неверие, добавив голосу соответствующих ноток. И, судя по собственным ощущениям, она всё же пренебрегла советами Валерии даже вопреки собственной здравой логике. Как будто какой-то назойливый, изворотливый и до невозможности противный червячок вынуждал её это делать. Заставлял играть и вести себя неестественно самой себе.

Конечно, Монарх не мог этого не заметить.

— Если не более того. — он больше не улыбался, поджав губы и чуть их скривив, пока продолжал наблюдать за явно напускным поведением девушки, строящей из себя роковую женщину-вамп.

Нравилось ли ему её столь наигранное поведение? Возможно, с одной стороны и да, а с другой — едва ли. Такому, как он, определённо наплевать, какая она в действительности, кем являлась и чем жила все эти годы. Он только поэтому и заставил её раздеться перед десятками пар чужих глаз, чтобы показать ей, кто она такая и для него, и для других. Не более, чем живой товар, который способен купить любой. Кукла. Вещь…

Не самый красивый жест от человека, у которого и так было всё. Разумеется, ему было на неё плевать. И на её настоящие чувства в особенности.

— И одновременно обиженной за мой некрасивый поступок. Я ведь мог тебя выкупить так же, как это сделал Калиостро с некоей «Габриэллой» до тебя. Не так ли? Но почему-то решил идти от обратного.

— Я думала, вас такие вещи вообще не должны ни волновать, ни как-то задевать. А уж обсуждать их с кем-то…

Анна напряжённо улыбнулась, невольно осознав о том факте, что поведение Монарха действительно выглядело сейчас не совсем для него типичным. С чего ему вдруг вообще с ней говорить? С какой стати?

Хотя, возможно и от некой скуки. Ведь они сейчас куда-то ехали, по освещённым яркими, почти слепящими огнями центральным улицам ночного города в неизвестном для девушки направлении. Буквально в никуда… Откуда она вполне могла больше не вернуться…

Можно подумать, ей было куда возвращаться и до этого.

— Ну, а сейчас? — на деле, ей не пришлось как-то насильно себя ломать или заставлять это делать. Она ведь столько раз уже тренировалась. Да, да. Именно сползать грациозно, как кошка, на пол на колени, чтобы не менее изящно и соблазнительно подползти на четвереньках к объекту своего «вожделения». И при этом не переставать смотреть в его затянувшиеся пугающей Тьмой глаза.

— Сейчас я выгляжу отчаянной и потерянной?

И чёрт с ним. Чёрт с тем, что Монарх наблюдал за ней без какого-либо интереса или удивления. Он прекрасно знал, кого купил. Самую обыкновенную шлюху, которая могла отсосать ему прямо здесь и сейчас безо всякого рвотного рефлекса, ещё и с рвением жадной на подобные дела потаскушки.

Она