Изольда Северная - Fortuna Caeca Est (Судьбы судебный приговор). Книга 1. Страница 157

Белла победно улыбнулась.

— Я так понимаю, этот не исключение?

Когда Энгер прошел внутрь кабинета своей хозяйки, он был целиком и полностью готов к любому наказанию. Да, он знал свою госпожу, знал, что такие методы, как боль и унижение, — это не про нее. Однако только небесные вседержители знали, что наговорила ей Белла. И… ну он помнил, как реагируют люди, если кто-то задевает их гордость и самолюбие…

Он зашел без стука, потому теперь она смотрела на него так удивленно. Конечно, раньше он соблюдал этикет «от» и «до», так что этот вопрос в ее синих глазах был логичен.

Дойдя до письменного стола, за которым Михаэль сидела, разбираясь с почтой, Энгер без лишних слов упал на колени.

— Госпожа, накажи меня. — Проговорил он после пятисекундного шокированного молчания.

— Энгер… — Потом она «догадалась». — Роб не сдал экзамены, да? Тц, так и знала. Я же ему говорила, как это важно…

— Нет, нет, госпожа. — Поспешно произнес Ворон. — Ваш брат набрал хороший балл на общих тестах. Его уровень знаний выше среднего.

— Правда?! — Кажется, это известие ее очень обрадовало. Ее ранее хмурое лицо осветилось улыбкой… которая, однако, быстро исчезла, прогоняемая вернувшимся недоумением. — Ты что… насчет тех отчетов? Так время еще есть…

— Боги, нет.

— Так какого же черта ты все еще на коленях?!

— Госпожа, я прошу тебя простить меня и мою невнимательность. Моей опрометчивости нет объяснения, и я…

— И поэтому ты встанешь и все же попытаешься мне объяснишь, что вообще сейчас происходит. — Когда он подчинился первому пункту, девушка тяжело вздохнула. — Хотя, очевидно, я знаю, зачем ты пришел.

— Прошу… не трогай ее…

Медленно подняв на него свои глаза, молодая госпожа горько усмехнулась.

— Хорошо же ты обо мне думаешь.

— Госпожа…

— Я тебя не виню. — Бросила она, вновь склоняясь над письмами. И только теперь он понял, что девушка не сортирует почту, как ему показалось вначале, а делает из исписанных листов… самолетики. — Таким тебя сделала жизнь и люди.

— Она скоро уедет, моя госпожа. — Проговорил с огромной долей благодарности и облегчения Энгер. — Ты не должна беспокоиться об этом…

— А вот теперь я беспокоюсь. — Ее глаза вновь поднялись к нему. — Уедет?

— Да… обратно… к себе домой.

— То есть она приехала, чтобы уехать? Видимо, в этом заключен слишком глубокий смысл, раз я его не понимаю.

— Ее поступок был отчаянным и спонтанным. И она не хотела обидеть тебя, госпожа. Никогда.

— Так. — Михаэль сложила руки на столе, переплетая пальцы. — Можешь идти, Энгер. И приведи ко мне свою женщину. Я думаю, с ней разговаривать будет проще.

Ладно, он знал, что это напряженное молчание она может растолковать, как оскорбление почище того, за что он уже извинялся.

— Я не съем ее, Рэйвен. — Произнесла его госпожа тихо, но отчетливо. — Я жду.

Прежде чем выйти, Ворон смотрел на свою госпожу еще пару мгновений, словно пытаясь убедить ее в том, что эта мера не обязательна. И все-таки в итоге он подчинился, исчезая за дверью, через которую спустя минуту вошла Белла.

— Здравствуй еще раз. — Улыбнулась ей Миша, указывая кивком на стул, находящийся рядом с письменным столом. — Присаживайся, пожалуйста. Ничего что я перешла на «ты»?

Кажется, женщина, вошедшая в комнату, ожидала несколько иное «приветствие». Потому была немного растеряна, услышав такой радушный тон.

— Конечно. — Ответила она в итоге, проходя к столу. — Я… я хочу сразу сказать, что знай я ваш статус… я бы никогда не позволила себе тех слов.

— К сожалению. — Поджала губы Миша. — Что бы вы там с Энгером не подумали, я тебе благодарна, Белла. Те слова, они были мне очень нужны. Я многое переосмыслила. — Произнесла девушка. После короткого молчания, она вновь сосредоточилась на оригами. — Знаешь… а ведь это действенный способ наказания… для него. — Когда Белла подняла на нее полные предчувствия страшной, но неминуемой участи глаза, Михаэль покачала головой: — Нет, нет… речь не о тебе или Энгере. Эти письма…

— Любовные? — Догадалась Белла, рассматривая конверты и листы. Нежные постельные тона бумаги, украшенной узорами или теснением… вид такой почты не оставлял альтернативы.

— Угу. — Улыбнулась слабо девушка, запуская самолетик, который, врезавшись в противоположную стену, упал на ковер. — Буду читать ему эти письма… его реакция на других мужчин всегда была довольна… забавной.

— Он любит вас. — Это не было вопросом.

— Он… — Девушка тяжело вздохнула, вертя новый конверт в руках. Ее слова, очевидно, оборвало сомнение.

— Я слышала от Энгера… у вас два темных в подчинении. Этот мужчина… он сын Тени? — Когда Михаэль кивнула, сгибая очередной лист пополам, женщина уверенно продолжила: — Поверьте, добиться признания от них — задача практически непосильная. — Девушка резко подняла на нее свой взгляд, словно желая услышать подробности. — Сами представьте, эти мужчины гордые и абсолютно не покорные. Создания, у которых, кажется, в жилах течет не кровь, а сама свобода. И если темный решил связать себя с женщиной, отдать свою волю, свободу, саму жизнь в ее руки… на это должны быть серьезные причины. Значит, мужчина уверен, что она стоит дороже всего того, чем он жил раньше. Слова играют очень важную роль в нашей жизни, мы знаем им цену, потому сказав это, мужчина действительно рассчитывает на формальную церемонию связи. Даже больше… — Белла неловко рассмеялась, словно вспоминая что-то свое. — Они относятся к этому так серьезно… даже одержимо. Так что это ваше наказание… не знаю, стоит ли его мучить настолько жестоко.

Девушка улыбнулась, о чем-то задумавшись. И эта улыбка… она рассеяла последние сомнения Беллы.

— Ты уже выбрала себе комнату? — Спросила неожиданно Миша. И да, Белла была не в том положении, чтобы говорить что-то в стиле «кто я, что я, как я могу».

— Думаю, мой супруг не отпустит меня от себя далеко. Вы…

— Мы же перешли на «ты», не так ли? — Как бы между делом заметила Миша. — Я уже объявила всем о твоем приезде. Ты можешь оставаться здесь сколько хочешь, и уйти, если это место тебе покажется… не без причин, не самым лучшим вариантом жилья.

— Михаэль…

— Прости. — Выдала Миша неожиданно, смотря в глаза женщине. — Я знаю, что эти слова бесполезны и могут ничего для тебя не значить. Но я… я правда хочу попросить прощение у тебя.

— Михаэль, ты позволила мне увидеться с моим мужчиной. Ты позволяешь мне находиться с ним рядом, разве я могу…

— Ты имеешь на это полное право. Ненависть ко мне с твоей стороны, она абсолютно оправдана, Белла. Я просто хочу, чтобы между нами не осталось неясностей.