Будни типичной злодейки - Эми Эванс Страница 15

В конце концов, договорившись с собственными тараканами, я выскользнула за дверь. И бодро шагая к выходу из женской части общежития, разумно прикидывала, что никогда везучей я не была. А значит, и возможность столкнуться с кем-нибудь из преподавателей в неурочный час второй раз за неделю должна обойти меня стороной. В прошлый-то раз я вышла сухой из воды (не без помощи одной, уже бывшей, адептки боевого факультета), что было чистым везением. Дважды мне так повезти не может.

И, воодушевившись от выводов, к которым успела прийти, направилась в академический парк, где пар выпускать и планировала. Нет, вредительствовать я тоже не собиралась. Получать потом от ректора нагоняй за то, что потрепала академическое имущество и труды местных жителей, мне как-то не улыбалось.

Зато сама возможность прогуляться по безлюдным дорожкам успокаивала. А в академии такая возможность выпадала крайне редко. Постоянно то и дело везде сновали разные существа, не любящие глядеть под ноги и петляющие по только им одним известному маршруту. В общем, не то, чтобы людей я не любила, но такой концентрации недоучек не переносила на дух.

По моим меркам прошел примерно час моих блужданий, когда, набегавшись по парку на высоченных каблуках (да-да, привычкам мы не изменяем даже в ночное время), я порядком успокоилась. Больше тут, скорее всего, роль сыграло то, что сил на злость уже не оставалось после таких марш-бросков.

Но стоило мне пройти мимо очередных зарослей, из-за которых послышались голоса и мерзкий, глуповатый, хрюкающий смех, как ярость вновь расплескалась по моим венам.

Остановилась и с холодной усмешкой на губах сменила траекторию движения. Кажется, я нашла, за чей счет мы сегодня повеселимся.

— Нарушаем-с? — поинтересовалась загробным голосом, выплыв на небольшую полянку из-за кустов.

Адепты в количестве трех штук сначала испуганно вздрогнули, потом заметили мою академическую форму и расслабились, тут же возвращаясь к роли местных хулиганов.

— Шла бы ты, фифа, подобру-поздорову, — отозвался один, выпятив немощную грудь вперед и окинув меня сальным взглядом.

Скривилась, передернув плечами. Ну, нет, приятель, тебе даже глазеть не светит.

Окинула взглядом всю троицу, что нагло, и даже немного надменно, взирала на меня в ответ. М-да, похоже, этих птенчиков уму-разуму научить еще не успели. Как и просветить, что из себя представляет единственная во всей академии адептка с красными волосами.

Я уж было открыла рот, чтобы немедленно исправить это упущение, но тут мой взгляд наткнулся на четвертую фигуру, которую я даже сначала не заметила из-за того, что троица закрывала собой обзор.

На земле лежал парень и признаков жизни не подавал. Убить-то они бы его явно не смогли, силенок бы не хватило. Но вот насколько сильно успели покалечить?

Нет, я ни разу не добрая и не сочувствующая. Вот только слабости, трусости и несправедливости не приемлю. А то, что делали трое адептов второго витка против одного адепта первого витка иначе как слабостью и трусостью не назовешь.

Что ж, Адамина, хотела выпустить пар? Вперед!

— Трое на одного? — равнодушным тоном поинтересовалась я, выгнув бровь, — Вижу, понятие чести вам не знакомо, — скривилась я в непритворном отвращении, — Хотя… Что еще взять с простолюдинов?

Удар попал в точку. Даже в больную мозоль, я бы сказала.

Парень, безвольно лежащий все это время, заинтересованно взглянул на меня, повернув голову. И почти сразу же разочарованно прикрыл глаза. Вот даже обидно стало, раньше времени он меня со счетов списывает.

— Слышь, фифа, — вперед шагнул главный заводила этой троицы, — Рот закрой, а то рядом с этим немощным приляжешь. Мы это организуем!

Я лишь закатила глаза в ответ на эту нелепую угрозу.

— М-да, хороши бойцы. Против птенца и девушки только горазды. А последствий не боитесь? — вкрадчивым тоном поинтересовалась я.

Ну, если у них хоть капля ума на троих наберется, то уберутся отсюда без подгоняющего пинка под зад.

— Ой, да что ты нам сделаешь? — расхохотался второй, — Папочке нажалуешься?

Ну, почему же папочке? Если и жаловаться, то лучше сразу деду. Он, можно сказать, в нашем славном королевстве первый человек после самого монарха.

А олухов этих даже жалко, не знают, бедолаги, с кем связались. Но, если их это утешит, сегодня я зла. А, значит, не побрезгую даже лично замарать ручки. Ну, и не буду же я в самом деле жаловаться деду на каждого хулигана в академии? Так и не набегаешься.

— А может, сразу королю? — хмыкнула в ответ, уже готовя плетение одного хитрого заклинания.

Ага, как я и ожидала, нервишки у ребят были совсем ни к черту. Они ударили. Разом, почти одновременно. И мощный сгусток усиленной сразу тремя адептами магии, резво полетел вперед. И в другое время я бы даже подивилась такой слаженности в их нестройном коллективе, но ударили-то в меня.

Глава 10

Стряхнула плетение, которым изначально хотела гадов просто проучить. Над щитом даже заморачиваться не стала. С хиленькими ударами второкурсников справятся и родовые артефакты, которыми я была увешана с ног до головы. По инициативе деда, между прочим. Уж очень тому не хотелось, чтобы его родное (и не всегда горячо любимое) чадо пристукнул какой-нибудь адепт-недоучка, не справившись с собственной силой.

В общем, стоит сказать, что такие меры предосторожности были объяснимы во время моего обучения на первом витке. Ну, а потом, артефакты я уже носила просто по привычке, иногда откровенно халтуря с защитными заклинаниями.

Не дожидаясь момента, когда местные олухи опомнятся и поймут, что я до сих пор целая и невредимая, сплела на кончиках пальцев совсем другие чары и, не раздумывая ни минуты, отправила их прямо в адептов.

Этим чарам учил меня лично дед. Не то, чтобы запрещенные, просто в программу обучения академии такое добро не входило.

А действие у этого заковыристого заклинания было очень простым — сейчас эта троица начнет корчиться на земле в предсмертной агонии, которая, разумеется, не наступит. А через часок-другой их отпустит, и они поползут к общежитию, досыпать положенные часы.

Эти чары были хороши тем, что урон ни по физическому, ни по магическому состоянию противника не наносили. Все было куда коварнее — ментальный удар, внушающий адские муки. Соответственно, и ни один целитель следов чужого воздействия спустя пару часов не найдет.

Любовно оглядев картину, представшую моим глазам, из трех, валяющихся на земле, тел, хрипящих и извивающихся, я вовремя вспомнила