Непокорный трофей Ледяного дракона - Хэля Хармон Страница 120

– Мне нужно всё, Ваше Величество, – оскалился отец, – для начала Огненный Венец. Верни его мне. А там и остальное. Тогда я, может, выну коготь из твоего мужа. Сможешь похоронить его красиво…

Тиэрон захохотал.

Я сжала зубы. И решительно сняла с себя венец.

Импульс прошёл по моим пальцам. Тиэрон чуть наклонил голову, чтобы мне было удобнее его “короновать”

И надела на голову отца венец.

Он не успел ничего понять.

Не успел сказать очередную гадость.

Я делаю выбор, папа. Я выбираю того, кто меня любит. И это не ты. Без обид.

– Ты обвиняешься в государственной измене, Тиэрон из рода Чёрных Драконов, – процедила я, – и пусть Боги назначат тебе наказание. А я, королева Этны и Аскарда с благодарностью приму любое их решение.

Тиэрон хмурился. Миг, два… а потом всё понял. Запахло жжёной плотью и палёным волосом.

И бывший король Этны истошно заорал.

Схватился за венец.

Свалился на колени…Попытался сорвать со своей головы реликвию, в которой сам просидел на троне много лет.

Но я знала, что Огненный Венец ему уже никогда не снять.

Глава 18

Линда

Бо́льшую часть жизни я думала: это сказки, что Огненный Венец может сжечь заживо.

Впервые я поняла, что легенды об этом выросли не на пустом месте – когда сама села на трон и Авалон надел на меня реликвию Правителей Этны.

Я была слабой, от венца шёл жар. Мне не по силам был этот артефакт. Но а теперь – я его хозяйка по праву.

А вот прежний король осквернил себя низшей магией и расположение Венца утратил.

Драконьи Боги заставили Тиэрона пылать.

Нет большего позора для Огненного Дракона, чем утратить свою… неопалимость.

Воины Авалона всё прибывали в круглый широкий зал каменного храма. Через светящиеся льдисто-синим магическим светом порталы. Воины уверенно теснили порождения скверны.

И на глазах у всех этих людей Боги отреклись от Тиэрона из рода Чёрных Драконов.

Который был моим отцом. Для которого в моём сердце была просто бездна любви… Но он в ней вовсе не нуждался. И испытывал в ответ лишь тихое презрение, временами сменяющееся лютой завистью.