Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель Страница 119

Секретарь протянул мне поднос. На нем стояла небольшая шкатулка. Очень красивая, сделана она была из разных пород дерева с металлической застежкой. Тристан разглядывал ее, сузив глаза. Что бы в ней ни лежало, он об этом не знал.

– Ари, я думаю, будет лучше, если ты не…

Его предупреждение заставило меня замереть. В этот же миг застежка сама собой раскрылась. Меня схватили руки в татуировках. Что-то взорвалось и осветило пространство вспышкой пронзительного зеленого света. Затем послышался треск, дребезжание, и все стихло.

Когда я вновь открыла глаза, все, что увидела перед собой, – это широкую грудь и галстук.

– Всё в порядке, Моррисон? – спросил Райан. Я кивнула и выглянула из-за его плеча.

Ничего в обстановке комнаты не указывало на то, что в ней только что прогремел взрыв. Ни пожара, ни пятен сажи, ни поломанной мебели. Лишь плачущая сотрудница за письменной машинкой и доктор Роттенбах, с открытым ртом уставившийся на место, где секунду назад стоял его секретарь. Сейчас вместо него на полу лежал серебряный поднос со шкатулкой, снова аккуратно закрытой. Лощеного мужчины и след простыл.

– Я… прошу прощения, мисс Моррисон. Подобное не должно было произойти в «Роттенбах и партнеры», – заикался нотариус, приходя в себя. И в первый раз я задалась вопросом, как много этому изюмчику было известно о кознях моего отца и праймусах. Поскольку он, судя по всему, был шокирован вовсе не тем, что произошло с его секретарем, а что это просто произошло. – Я не имел никакого представления о свойствах этого предмета и ни в коем случае не позволил бы вам к нему приблизиться, если бы знал, что…

– Да-да, уже поняли. Вы типа не имеете к этому никакого отношения, – бесцеремонно перебил его Райан. – Мы тут закончили?

– Да, конечно, – поспешил заверить его доктор Роттенбах. Тристан возник у меня в поле зрения, загородив место, где стоял пропавший секретарь.

– Ари, нам нужно поговорить.

– Даже не обсуждается, – рыкнул Райан и подтолкнул меня к выходу.

– Ари, пожалуйста!

Мой защитник не обращал внимания ни на Тристана, ни на семенившего за нами нотариуса, пекшегося о своей репутации.

– Я могу что-то для вас сделать, мисс Моррисон? Вы могли бы воспользоваться моим лимузином…

– Не требуется! – громыхнул охотник и захлопнул за нами дверь. Я успела заметить, как Тристан присел на корточки и хмуро рассматривал последний подарок Танатоса.

* * *

Когда подъехали «Гелендвагены» Плеяды, Лиззи приостановила свой допрос об исчезнувшем секретаре и моем «двоюродном брате». Я увиливала как могла, потому что слишком хорошо знала своих друзей. Стоит прозвучать имени Тристана, как Райан, обнажив клинок, рванул бы штурмовать нотариальную контору, прямо навстречу своей погибели. А Лиззи бы подзадоривала его, как чирлидерша. Но несмотря на все тренировки и сверхъестественную прокачку способностей, охотники оставались людьми, а Тристан был… другим. То, что даже Люциану не удалось его убить, пугало меня сильнее, чем мне хотелось признавать.

Мое настроение было на нуле. Ну, по крайней мере, я так думала, пока не забралась во внедорожник. Двое охотников на заднем сиденье опустили его еще пункта на три ниже.

– Ну что, завела новых друзей? – съязвила Анушка. Охотница входила в отряд, который отец Лиззи разместил в лицее. И она не то чтобы была моей горячей фанаткой – что, впрочем, было взаимно. В ее защиту нужно сказать, что из-за акцента хладнокровной русской любое сказанное ею слово звучало как объявление войны. Хотя, вероятно, таковыми они и являлись…

– Друзья – это здорово, – процедила Лиззи, растянув губы в ослепительной улыбке, пока ее ногти, накрашенные лаком с блестками, впивались в кожаную обивку сидений. – Но тебе-то откуда знать.

Взглядом Анушки можно было бы убивать. И тем не менее она отступила. Охотница обладала слишком хорошим самоконтролем, чтобы вестись на подначивание Лиззи. Еще одно качество, которое я ненавидела в этой темноволосой, слегка смахивающей на мужчину амазонке с ярко выраженным акцентом. Это, а также ее отстраненность, дисциплинированность, неукоснительное соблюдение правил, жестокость, самовлюбленность, ее мнение, ее поведение… ох, мы, видно, никогда не подружимся.

Машины тронулись, и я услышала, как по рации передали новый пункт назначения. Слишком сильно выщипанные брови Анушки взмыли вверх.

– Вы собираетесь пить кофе СЕЙЧАС?!

«Ай, блин, точно…» Лиззи же пообещала. А она всегда сдерживала свои обещания. Но после всего, что приключилось с беднягой-секретарем, мне это казалось несколько неуместным.

– О да, как раз это мы и собираемся делать. Быть частью живого общества – это классно. Тебе тоже стоит как-нибудь попробовать, – отчеканила Лиззи, прежде чем я успела согласиться с Анушкой. – Тогда, может, и с друзьями получится.

Я мысленно вздохнула. Похоже, решение принято. Все-таки кодекс подружек требовал всегда выступать единым фронтом против гадких русских охотниц.

– Нотариус позаботится о том, чтобы его помощничка вызволили из шкатулки Цантума, – высказался Брендон, хотя его никто не спрашивал. – Нет причин для беспокойства.

Да, мой бывший тоже был в нашей тусовке. Обычная практика Плеяды, когда в каждой миссии участвовал как минимум один из адептов-выпускников. Что-то наподобие производственной практики, скажем так. Мне посчастливилось лицезреть троих одноклассников среди своей охраны – один из которых лишил меня девственности. «Юхуууу!»

Брендон противненько мне подмигнул, как будто я должна была быть благодарна за его вмешательство. То, что у секретаря еще оставалась надежда на спасение, стало для меня новостью, но к самому Брендону я не испытывала ничего, кроме неприязни.

– У тебя волосы немного растрепались, – добавил он. – Так как-то неистово. Мне нравится. Чаще делай такую прическу.

Анушка драматично закатила глаза, Лиззи издала такой звук, словно ее вырвало. Отлично подходило под ситуацию. У меня было искушение повторить то и другое, тем более что из моей косы выбилась всего одна прядь.

– С каких пор тебя интересует что-то выше моей груди? – фыркнула я.

Отношения между мной и Брендоном можно было емко описать словосочетанием «величайшая ошибка». В прошлом он меня бросил, а совсем недавно передумал. Сейчас он считал, что тупыми высказываниями и действиями вроде вчерашних на полосе препятствий он доказывал свою мужественность. Чтобы я к нему вернулась.

«Неа. Никогда в жизни».

– Ты преувеличиваешь, Ари, – проворковал Брендон, наклоняясь ко мне. – Твой красивый ротик всегда казался мне очень сладким.

Прежде чем я отреагировала, Анушка протянула руку и грубо дернула его обратно на сиденье.

– Инструкции были предельно ясными.

Ответа она не ждала и устремила взгляд темных глаз на мир, проносящийся за тонированными стеклами.

– Придурок, – шикнула Лиззи, покачав головой, после чего воцарилось неуютное молчание, сохранявшееся до конца поездки. Я старалась игнорировать нахальный