Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать. Книга 1 - Иринья Коняева Страница 110

Я недавно читала, что у некоторых пси есть возможность заглядывать в будущее. Это, конечно, был жёлтый сайт, доверия ему никакого, но, знаешь, вдруг правда. Может, Дитер увидел, что ты станешь богатой, знаменитой, влиятельной и решил приклеиться? Или ты можешь поспособствовать его карьере или финансовому успеху. Или ещё что. Иногда дети богатых и влиятельных родителей хотят всего добиться самостоятельно, показать предкам, на что способны, не желают чахнуть в их тени, — перечисляла подруга рабочие варианты.

Я не могла поделиться с Нариссаль всеми доступными сведениями, но кажется, она попала в цель. Последнее её предположение очень напоминало правду. Дитер неспроста взял другую фамилию. Неспроста честно трудился в академии, а не почивал на лаврах, проматывая родительское состояние.

Вспомнила, как Маруся уверенно заявила, что если Дитер сказал, что на планете К-7412 безопасно, значит так оно и есть. Но почему тогда столь жестоко пострадал отряд Теодора Монро? Неужели Дитер стоит выше Тео в иерархии и больше знает? Или у него… Пси–способности, разумеется. Они дают рыжику преимущество.

Возможно, проявившиеся и уже опытные пси в нашей группе — гарант безопасности миссии на Кашке. Подозреваю, прежде на планету отправляли лишь менталов и людей без способностей. Мысль стоит обмозговать.

И всё же картинка не складывалась.

Нариссаль не дала мне погрузиться в анализ ситуации. Заболтала, увлекла. Заставила перемерить сто тысяч нарядов и сменить парфюм, поскольку робот–стилист подобрал его без души. Спорить с подругой всегда было бесполезно, так что я сменила имидж, и самое удивительное, утомилась сильнее, чем после тренировки с мастером–наставником Тобиасом Крином.

На день рождения Маруси Дамировны прибыли точно в срок. В одной руке я держала гигантскую связку воздушных шаров, во второй — букет фиолетовых роз, Нариссаль же везла на гравитележке собственноручно приготовленный трёхъярусный торт, декорированный съедобными кофейными зёрнами и цветами, вполголоса пеняя, что я умудрилась слопать крохотные пирожные, которыми она планировала дополнить дизайн.

— Поверь, торт и без них выглядит шикарно, вряд ли кто–нибудь из ребят вообще пробовал домашний торт, им нереально повезло, — вяло отбивалась я, потому что действительно умудрилась впихнуть в свой крохотный желудок десяток миндальных кругляшей, и если и раскаивалась, то только в одном — что до этого съела мороженое и два макаронса не пострадали от моего пристального внимания.

— Это разумеется, — важно ответила Нариссаль. Она неимоверно гордилась редким в наше время кулинарным мастерством. — Кухонный аппарат никогда не испечёт шедевр, какую программу в него ни заложи. В его еде нет души!

Я лишь сыто икнула в подтверждение её слов. А дальше стало не разговоров. Маруся Дамировна заметила нас или, скорее, торт, и полетела навстречу.

— Девочки, вы пришли! Как я рада! — защебетала она. — Не могу поверить своим глазам! Торт, которого нет в базе данных! Он домашний? Ида говорила, ты учишься в кулинарном, но я не думала, что удостоюсь настолько уникального подарка, — с придыханием спросила кофемашина, поднимая взгляд на Нариссаль.

Ну конечно, от меня она подобных талантов и подарков не ждала. А я, между прочим, развлекала подругу всё то время, что она крутилась на кухне. И даже ничего не сломала и не испортила. Пирожные не в счёт, я настаиваю, что украшение тогда выглядело бы чрезмерно громоздким.

— Конечно, домашний. Мы с Идарикой четыре часа над ним колдовали, — заверила самая лучшая в мире подруга. Я готова была её расцеловать!

— Уверена, она слямзила с моего торта что–нибудь вкусное, — пробурчала Маруська, отбирая у меня цветы и рисуя на «лице» недоверчивую физиономию. — Я права?

— Да, — повинилась я искренне и опустила глазки в пол.

— Ну ладно, я тебя всё равно люблю, — смилостивилась именинница. — Теперь можете меня поздравить, сфотографироваться со мной на память и идти к остальным гостям. Ты бы, кстати, познакомила подругу с рыжиком, — шепнула Маруська, пока мы улыбались для совместного фото.

— Идарика, что с лицом? Мы здесь вообще–то празднуем! — недовольно воскликнула Мика, взявшая на себя роль фотографа. — Улыбнись нормально.

Вырвавшись из цепких ручонок довольной подарками именинницы мы с Нариссаль сбежали в уголок, потому что «узкий круг» общительной кофемашины — это вся академия и ещё десяток–другой людей и метранов. Я даже заметила мелькнувшего шефа.

— А где твои одногруппники? Ты меня познакомишь? — уточнила подруга, вытягивая шею. — Ой, там Рита Монро, представляешь!

— А как же. Кир встречается с её дочерью, — прошептала я полуправду, поскольку данные о свадьбе парочки не были обнародованы.

— Ух ты! Как у вас интересно, — восхитилась Нариссаль. — А мне можно раздобыть автограф?

Я посмотрела на пробирающегося через толпу Дитера.

— Сейчас к нам подойдёт человек, который знаком с ней лично. Уверена, ему она не откажет, но это…

— Дитер? — спросила моя красавица–подруга так громко, что бедный рыжик споткнулся и замер, прислушиваясь к интуиции и явно думаю, стоит ли к нам приближаться. Затем она понизила голос и с претензией заявила: — Он ведь красавчик!

— Дарю, — процедила в ответ. — Помни о том, что я тебе говорила. Ни–ни! Он тебе не по зубам.

— Ой, юная леди, что бы вы понимали, — отмахнулась Нариссаль и, стоило Дитеру приблизиться, первой обратилась к нему: — Я так и знала, что вы захотите со мной познакомиться. Идарика столько о вас рассказывала. А это правда, что вы знакомы с Ритой Монро и можете помочь мне добыть её автограф?

Я закатила глаза. Уровень флирта: Нариссаль. Моя бронебойная подруга крепко взяла в оборот обескураженного таким напором рыжика и утащила его в сторону лучшей актрисы современности, не позволив ему и слова вымолвить.

И как я могла подумать, что он заинтересовал её как мужчина? Наивная!

Что ни говори, метраны — верные друзья и грозные враги. Если она посчитала, что он представляет для меня угрозу, рыжик может сколько угодно пытаться приблизиться ко мне, ничего у него не выйдет.

Злорадно улыбнулась. Кажется, вечер будет замечательным.

Поискала глазами Дамира. Сердце ёкнуло. Неужели он,