Кавказский злодей для пышки и Аришки - Мира Цветова Страница 7

Мерзавец шумно выдыхает, испуганно бормочет:

— Я обещал семье, что женюсь на достойной девушке из нашего народа, богатой и умной, что она родит нам наследника… а от этой… сомнительной девки мне дети не нужны были… я отправил её на аборт…

Не выдерживаю и отвечаю:

— А там выяснилось, что я не беременна от тебя! Тест показал ложный результат! Ты даже не представляешь, как я была счастлива, когда узнала, что у меня не будет от тебя ребёнка.

Говорю это, а сама будто возвращаюсь в прошлое.

Тот самый день, когда потеряла сознание в офисе, а очнулась уже в больнице с горьким предчувствием, что потеряла малыша…

Но доктор сказал, что я и не была в положении, что тест на беременность мог выдать положительный результат по ошибке.

Но даже тогда мерзавец Хасим не успокоился, заставил меня сдать анализы, и они подтвердили слова врача о том, что я не беременна.

И после всего Хасим не поверил, он хотел силой забрать меня из клиники, отвезти к какому-то знакомому врачу на аборт…

Но мне удалось сбежать.

Каким-то чудом смогла уехать в другой город, спрятаться от этого монстра, начать новую жизнь…

А спустя долгие семь лет я снова столкнулась со своим ночным кошмаром лицом к лицу.

И теперь мне снова приходится доказывать, что я никогда не была беременна от этого монстра.

Вот только я по глазам Хасима вижу, что он не верит ни одному моему слову… он же просто сумасшедший.

Эта ненависть свела его с ума…

Хасим вырывается, кричит Багиру:

— Отпусти меня, дядя, отпусти… я хочу отомстить этой мерзавке за то, что она сломала мою жизнь и лишила меня бизнеса…

— Прекрати, — Багир отвешивает Хасиму ещё одну пощёчину, — ты сам всё разрушил, потому что ты жалкий бесхребетный баран, Хас, и винить других в своих неудачах не надо.

Багир поворачивается ко мне, смотрит на Аришу.

— Марина, если это не ребёнок Хасима, тогда кто его отец?

Я не успеваю ответить, потому в этот момент Ариша у меня на руках вздыхает и робко спрашивает:

— Мамочка… я в раю?

Глава 8

Марина

Про поставку цветов и любую выручку за сегодня можно забыть.

Но сейчас всё это для меня не имеет значения.

Главное, что Ариша жива, и её жизни ничего не угрожает.

Несмотря на то, что в аварии малышка каким-то чудом не пострадала, врачи настояли на том, чтобы она пару часов провела в больнице, где её прокапают и убедятся, что с малышкой всё в порядке.

Удивительно, но сам Багир тоже поехал с нами.

Сказал, что часть вины за произошедшее лежит на нём.

Якобы именно он был обязан отвезти своего племянника в закрытую лечебницу, где Хасим должен был пройти длительный принудительный курс лечения от зависимостей, которых у мерзавца за последние годы набралось больше десятка…

— Утром мне назначили важную встречу по новому бизнесу, — морщится Багир, глядя, как вокруг суетятся медсёстры и врачи, завершая очередной обход, — пришлось отправлять Хасима с охранниками, но по пути в лечебницу этот шайтан сбежал, прихватив телефоны охранников и отправился искать тебя.

Слушаю рассказ Багира и не понимаю одного.

— А как он вообще узнал про нас с дочкой? Я сбежала от него на другой конец страны… мы с мамой переезжали несколько раз прежде, чем остались в этом городе… но Хасим всё равно про нас узнал.

Багир хлопает себя по колену.

— Шайтан… наверняка он увидел документы в моём кабинете… на столе лежали бумаги со списком магазинов и владельцев в местном торговом центре, этот ваххаро увидел твоё имя и фамилию, там же адрес нашёл и решил выследить вас, сбежал от охраны, а потом напал.

Поверить не могу!

Столько лет прошло с тех пор, как мне удалось сбежать и начать новую жизнь, но этот мерзавец всё равно нашёл меня, пусть и случайно.

А теперь не успокоится, пока не…

— Что будет дальше, Багир, — спрашиваю у горца, — вы снова отправите Хасима в лечебницу? А если он опять сбежит?

— Не сбежит, — отрезает Багир, — потому что теперь Хасим отправится не в лечебницу, а в тюрьму. Попытка похищения, серьёзная авария с последствиями… он подверг угрозе жизнь ребёнка. После такого лечебницей не отделаться, Марина.

Невольно бросаю взгляд на дверь палаты, где сейчас после капельницы отдыхает Ариша.

В голове сам собой рождается вопрос, который я тут же задаю Багиру:

— Насколько я поняла, семья у вас очень обеспеченная, они могут нанять дорогого адвоката, который отмажет Хасима…

— Поверь, Марина, в этот раз никто его не отмажет, — говорит Багир, — я не позволю. Долго я выполнял просьбу покойного старшего брата и следил за племянником, оберегал его от разных бед и несчастий, но сегодня Хасим перешёл все границы дозволенного. Даже сам покойный брат за такое отправил бы своего сына за решётку.

Хочется верить, что справедливость восторжествует.

И больше я никогда не увижу Хасима.

— Если честно, я так и не понял историю ваших отношений с моим племянником, — вдруг добавляет Багир, — знаю, что у него был некий служебный роман, когда мой старший брат ещё был жив, а Хасим руководил одной из его фирм.

— Так и было, — киваю, — у нас был короткий роман, месяца полтора или два, а потом у меня была задержка, я сделала тест, и он показал две полоски, но… как выяснилось позже, результат был ошибочным, так бывает, хоть и очень редко…

Багир уже знает, что было дальше, поэтому подробности я опускаю.

Но сейчас горца интересует другой вопрос:

— Значит, дочь ты родила позже, спустя два года, но при этом не знаешь, кто отец девочки?

— Так и есть, — вздыхаю, — я делала искусственное оплодотворение через клинику… использовала материал анонимного донора, имени которого я даже не знаю, Багир.

Вижу в его глазах немой вопрос, поэтому опережаю и говорю:

— Зачем я сделала это, если вокруг много мужчин?

Багир невесело усмехается, но кивает.

— Потому что после Хасима я не хотела ни с кем связывать свою жизнь… я попросту боялась отношений, никому не доверяла.

— Тогда почему решилась на такой шаг? Я про ребёнка, Марин.

— Потому что врач так сказал… проверил мои анализы после очередного обследования, заявил, мне надо родить в ближайшие год или полтора, иначе, потом я просто не смогу завести детей. Врач предложила такую вот процедуру, посоветовала хорошую клинику. Недешёвая это, конечно, процедура, но я ни о чём не жалею.

Вспоминаю, как нелегко мне далась эта