Проваливай дядя, или Ох уж эти ландыши - Дарья Дятлова Страница 5

— Толик, ну это уже даже не смешно, быстро меня на место поставь! Мне переодеться надо!

— Начистишь лук и пойдёшь!

Глава 5

Твою мать! Кто вообще придумал использовать лук? Это же издевательство какое-то.

Слёзы градом льются из глаз. Хотелось бы послать этого Анатолия, хлопнуть дверью и убежать хотя бы в ту комнату, в которой я проснулась, но этот хитрый лис на слабо меня взял.

— Нет, если для тебя это так трудно, можешь и не чистить.

Трудно? Для меня? Для Марии Елизаровой нет вообще в этом мире ничего трудного!

Поэтому молча глотаю слёзы и чищу третью луковицу, куда столько-то… сказал четыре надо.

Смотрю на него, стоящего возле плиты, мясо в сковороде помешивает так, словно что-то шедевральное готовит.

— Всё! — мамочки наконец-то.

— А теперь надо порезать полукольцами.

— Что? — издевается что ли?

— Да-да, нарезать полукольцами.

— Как это…

— Машенька, — подошёл близко, взял нож и луковицу, отрезал сначала большой круг и надел себе на уши по кольцу лука… видимо, часто на ринге по башке получал, отбили совсем, а потом показал, как это полукольцами. — На ринге ты, конечно, бесподобна… и вне его тоже, но на кухне от тебя вообще никакого толку.

Когда говорил «и вне его тоже», Толик красноречиво уставился на мои полные груди, которые так и норовили вывалиться из его боксёрской майки… говорила же, что мне переодеться нужно.

— Всё поняла, давай я сама, — забрала у него дощечку с луком.

— Неужели тебе не хочется научиться вкусно готовить?

— Зачем? — разговор о моих способностях в поварском деле уже начал меня изрядно утомлять.

— Ну хотя бы затем, чтобы баловать своего любимого мужчину, например, слышала же, что нас так можно завоевать без усилий.

Ага щазз…

— Балует парень пусть меня сам…, а для себя и правда можно было бы, некогда просто.

— Вот смотри, как я делаю и учись, завтра на обед приготовишь мне такое же.

Снова вернулся к сковороде, ловко ею встряхнул, переворачивая мясо и улыбнулся мне такой улыбкой, что даже забыла, что ненавижу своего тюремщика.

Да ещё и от мяса шёл такой аромат!

— Мясо обжарили, теперь добавляем лук, много лука… копчёную паприку, — сыпанул к мясу ложку красной молотой муки. — Теперь посолить… мой руки, кормить тебя буду… Машенька!

А чё это всё вот так просто? Да тут и ребёнок такое приготовить сможет, причём с закрытыми глазами…, да я запросто завтра такое же сделаю!

— Толь, так вкусно! — вот правда, обалденный вкус… нежное мясо, в меру поджаренный лучок… просто шедеврально, лучше, чем в кафе или ресторане.

— Да ладно, брось, — Толя засмущался? — Завтра на обед с тебя такое же, а на ужин я научу тебя готовить плов.

Всё это конечно же неплохо…

— Мне сообщить своим надо, где я, потеряли, наверное…

— Я уже сказал твоей сестре, что ты у меня… никто тебя не ищет.

— Ты знаешь Дашку?

— Ну… да…

— Откуда? — сестра мне никогда о таком своём знакомом не рассказывала.

— Долгая история… как-нибудь потом расскажу… мне отъехать надо, а ты приберись здесь, полы вымой… и на обед завтра не забудь такое же блюдо приготовить!

Встал… и ушёл!

В смысле прибраться и полы помыть? У нас что рабовладельческий строй? И я вообще-то выиграла бой…

Во дворе взревел двигатель авто, смотрю в окно и вижу, как его машина с территории выезжает.

Пришибленный какой-то… нормально же разговаривали, сел и уехал.

Полы мыть я не собираюсь, конечно, но со стола всё же убрала и две тарелки вымыла, ну не совсем же я в женском деле безнадёжна… кое-что умею, кружку за собой из-под кофе помыть, фантики от конфет выбросить…

Пошла в спальню, сняла с себя наконец-то эту провокационную майку, которая не скрывала, а ещё больше подчёркивала мой выдающийся бюст, приняла душ и облачилась в своё жёлтое платье.

Да пошло оно всё лесом! У меня режим и в девять тридцать отбой.

Поэтому закрыла дверь на ключ, развалилась на кровати и уснула мертвецким сном.

Утром рано, опять же по режиму, встала в шесть тридцать, натянула на себя спортивную двойку Толика и рванула в спортзал на разминку.

Машины его во дворе не было, из чего я сделала вывод, что парень дома не ночевал.

Странно, конечно, но дело это не моё.

Бью грушу уже часа полтора, по привычке тренируя и удар, и поворот корпуса. Буду я тут ещё о мужиках думать, у меня должен быть только спорт на уме, иначе ничего стоящего добиться не смогу.

Удар, удар, отскок, поворот, удар…

Перед глазами вместо груши лицо папаши… удар, удар, отскок, поворот, удар.

Это из-за тебя я в спорт пошла, чтобы добиться большего чем ты, папенька, чтобы доказать тебе, что не надо было семью бросать, что мы нуждались в тебе.

Да пошёл он!

Остановилась, выдохнула пару раз и поплелась в душ.

Маша молодец, Маша умница!

Так… время одиннадцать, пора приниматься за приготовление обеда.

Нарезала мясо такими же небольшими брусочками, как вчера были у Толика…

Закинула в сковороду, на которой он вчера жарил, хорошо, что масло не забыла налить, а то прилипать начало, и стала чистить и резать лук.

А неплохо у меня получается, мясо на огне шкворчит, лук тоже томится, принимая красивый цвет, посолила, попробовала… м-м-м вкусно.

Слышу машина во двор заехала, как раз вовремя, ещё минут пять и кушать будем.

В груди как-то потеплело от того, что я своими руками смогла приготовить такую вкуснятину.

А, ещё же красную муку надо насыпать… а вот же она, да что ложечку, насыплю-ка я две, должно же блюдо отличаться, может я изюминку свою в него внести хочу!

Цвет просто обалденный!

Накрыла крышкой, сделала огонь потише и стала накрывать на стол.

Достала красивые тарелочки, ножи, вилки, стаканы…, а ведь и правда приятно готовить вот так для кого-то и как я раньше этого не понимала.

Так, Маша, поторопись, у тебя сегодня первый экзамен по кулинарии!

Доцент и экзаменатор — Анатолий Белый и мне прям жизненно необходимо, чтобы ему понравилось то, что я сейчас приготовила…, ну вот хочется мне этого и всё тут!

— М-м-м, Маш, какой запах обалденный…, - на кухню заглянул Толя и протянул мне снова букетик маленьких ландышей… как и тогда, когда я его за это вырубила. — Я такой голодный, корми меня прекрасная дева!

Блииин! Ну это так приятно. Поправила фартук, повязанный поверх