Жених под прикрытием - Эрин Хэй Страница 4

В ответ Владимир поставил на стол пакеты с продуктами, бутылки с игристым вином при этом со звоном стукнулись друг об друга.

— Согласно договору, я водитель, а не кухарка или горничная, — возразил он.

— Я доплачу! — воскликнул Тарас с лукавой усмешкой.

— Денег не хватит, я очень дорогая горничная! — фыркнул Владимир. — Вы, Тарас Богданович, кажется, приехали сюда жену выбирать. Вот и первое испытание для кандидаток в невесты.

— Твоя правда, Володька! — Посмотрев по сторонам, молодой человек обратился к присутствующим: — Ну, девоньки, покажите, какой хозяйкой можете быть!

Скривив губы, одна из сидящих рядом девушек нехотя полезла в пакет, к ней присоединилась и вторая. Вскоре почти все гостьи были заняты делом: кто-то раскладывал по тарелкам сырную и мясную нарезку, кто-то стругал из принесённых продуктов салаты и мыл фрукты, а кто-то даже жарил яичницу.

— Не жизнь, а сказка! — с блаженной улыбкой произнёс Тарас, поглядывая, как девушки одна за другой сервируют стол для предстоящего банкета.

— Не, мы так не договаривались! — деланно возмутилась невысокая пожилая женщина, сидящая в кресле, расположенном на некотором отдалении от молодёжи. — Я сюда на звание царицы кастинг пришла проходить! Думала, меня здесь в шелка да бархат нарядят, маникюры-педикюры всякие сделают, а яичницу я сорок лет жарила Гришке-покойнику, мне так неинтересно!

— Тамара Кузьминична, до этого конкурса мы ещё дойдём! — поспешил успокоить её Тарас. — Будем считать, что вы его уже выиграли заочно.

— Ну раз так, тогда ладно, — примирительно сказала Кузьминична. — Пойду я домой, а то куры сами себя не накормят, сорняки на огороде не прополются, картошка не окучается…

Ее пламенную речь прервал скрип входной двери. Тарас с Владимиром обернулись на звук. Вошедшей оказалась невысокая, полная девушка с толстой косой, прижимающая к груди небольшую холщовую сумку.

— Ой, уже все в сборе? — расстроилась она. — Я опоздала?

— Да нет, Леська, проходи, — ответила ей Кузьминична перед тем, как покинуть дом. — Ты как раз вовремя.

Скромно улыбнувшись, Олеся робко поздоровалась и подошла к столу.

— А я тут молока парного принесла, — сообщила она, доставая из сумки одну банку за другой. — И сливок. Только сегодня сепарировала. Всё свежее! А ещё вот сало копчёное, сало солёное, сало варёное в луковой шелухе, грибочки и огурчики маринованные, помидорчики из собственной теплицы, самые ранние, ещё ни у кого нет! И пирог с мясом и картошкой, только-только из печи.

Бросив взгляд на Тараса, Владимир заметил, как у того глаза загорелись. Любил парень вкусно покушать, да ещё свежего и домашнего.

— Ой, притащила! — сморщила нос одна из девиц в коротком платье. — Сразу видно, деревня ты, Леська! Зачем Тарасу Богдановичу твои заготовки? — елейным голосом добавила она, усаживаясь рядом с молодым человеком и поглаживая его по плечу. — Он наверняка к фуа-гра привык, да к мясу по-французски.

— Дашуль, ну зачем ты так резко, — произнёс Тарас, во все глаза разглядывая румяную выпечку. — С удовольствием пирога отведаю. И сальца. И сливок.

Даша надула губки, а Олеся, зардевшись, принялась всё нарезать да раскладывать. Тем временем Тарас потянулся к бутылке с шампанским и разлил его по одноразовым стаканчикам, купленным в супермаркете.

— Зойке нельзя! — сразу вставила Даша.

— Чего это нельзя?! — возмутилась вторая девушка в коротком платье.

— А ты дурная после выпивки становишься!

— Чего это я дурная?! — взревела Зоя. — Сама ты дурная и без выпивки!

— Ах, это я-то дурная?! — вскипела Даша. — Тебе напомнить?!

— Да что ты мне напоминать собралась?! — Скандал начинал набирать обороты. — Себе напомни!

— Девочки-девочки! — поспешно вмешался Тарас. — Не ругаемся! Пить будут все! Плохих девчонок я тоже люблю!

Олеся помыла руки и села за стол. Девушка с французской косой, имени которой Владимир не знал, тоже присоединилась к ним, отложив книгу в сторону.

— Володька, иди к нам! — позвал его Тарас.

— Нет, — покачал он головой, вспомнив о своём обещании Марьяне. — Дела есть.

Прихватив с собой набор инструментов, Владимир оставил весёлую компанию и направился к дому девушки.

Глава 5

Расстроенная неудачей, Марьяна вернулась домой. Только зря проездила туда и обратно, ещё и дурочкой себя выставила. Уныло посмотрела на лопнувшие трубы и принялась готовить ужин, решив этим вечером обойтись чем-нибудь незамысловатым. Внезапно до неё донёсся звук хлопнувшей калитки и чьи-то неспешные шаги. Выглянув в окно, Марьяна увидела Кузьминичну. Поскрипев рассохшимися половицами на веранде, нежданная гостья вошла в дом.

— Как дела, Марьяша? — поинтересовалась она, оказавшись на кухне. — Хозяйничаешь?

— Трубы лопнули, баба Тома, — вздохнув, пожаловалась Марьяна. — Воды теперь нет. Приходится с колонки таскать. Колодец-то мой, который ещё дед копал, обмелел, да и вода там грязная.

— Ну дела-а-а, — огорчённо протянула та, усаживаясь на ближайший табурет. — Эх, жаль тебя! Такая девка хорошая, и так не везёт. Ещё и Ванька запил, Коля в город умотал, где-то сторожем устроился, неизвестно, когда в деревне покажется.

— Справлюсь как-нибудь, — пожала плечами Марьяна, хотя вообще не представляла, как она решит возникшую проблему.

— А что это ты сегодня к бизнесмену-то не пошла? — спросила Кузьминична. — Там все собрались, кто не замужем: и Дашка, и Зойка, и Леська и даже Стася наша.

— У Зои жених же есть, — удивилась Марьяна. — Да и за Дашей пол-Ольховки волочится, даже из окрестных деревень в её магазинчик приезжают.

— Зато у тебя никого нет, — укоризненно произнесла Кузьминична. — Тебе бы первой надо было туда идти. Глядишь — все трудности твои разрешились бы!

— Ой, нет, — отмахнулась Марьяна. Она налила в глубокую эмалированную чашу воду и принялась обмывать овощи. — Хватит с меня богачей! Любить не умеют, верность хранить тоже, ещё и врут на каждом шагу. Веры их словам нет. Надо за ровню замуж выходить.

— Тогда к водителю его присмотрись, — предложила Кузьминична. — Мужик взрослый, серьёзный. Наверняка зарабатывает нормально. Одет-то он хорошо! Пусть просто, но со вкусом.

— Уедет скоро, — возразила Марьяна.

— Так, может, и тебя возьмёт? — тут же парировала Кузьминична.

— Баба Тома, я же по целевому направлению училась. Мне ещё два года отрабатывать, — грустно улыбнулась Марьяна.

— Значит, с тобой здесь останется! — тут же нашлась Кузьминична.

— Кому захочется менять Питер с его возможностями на какую-то Ольховку? Не, баба Тома… Доработаю тут два года спокойно, а потом и думать буду.

— Ну, дело твоё, — вздохнула Кузьминична, поднимаясь с табурета. — А родителям чего про свою напасть не расскажешь?

— Расстраивать их не хочу, — буркнула Марьяна, вспоминая мамины слова о том, что они все накопления отдали её старшему брату.

— Ладно, подумаем, как тебе помочь, — кивнула Кузьминична. — Заходи, если