Тайная страсть генерального - Евгения Чащина Страница 4

— А если я не слушаюсь?

Я стал мрачнее тучи. Шантажировать любимую женщину — подло. Но я теперь не играю по правилам. Просто даю ей шанс привыкнуть к мысли, что она моя женщина.

— Ты же очень умная, — моя рука прикасается к её ноге, подносит к моим губам.

Целую ступню, нежно касаюсь большого пальца и хищно смотрю на реакцию Инги. Кожа на её лице вновь пылает. Да, малышка, ты уже моя. Просто тебе нужно время, чтобы осознать это и принять. Я умею быть терпеливым, если на кону меня ждёт очень сладкий приз.

А теперь нужно и честь знать. Поэтому заставляю себя уйти из этой квартиры и просто побыть наедине со своими демонами. Моё тело рвёт на части от неудовлетворения. Но это уже не важно. Важно, что теперь я не буду стоять в стороне. В моих руках мощный козырь.

4 глава

Инга

Какая же я дура! Эта фраза десятки раз была на повторе в голове и не давала безумному сердцебиению укротить свой разрушающий ритм. Нереально больно и страшно, что довелось почувствовать столь динамичный спектр эмоций. От изначального грешного падения в сладкий омут с головой после столь феерического наслаждения и расслабления, а в следующую секунду — возвращение в жестокую безжалостную реальность, леденящую каждую частичку моего тела.

Моя психика пытается собрать по крупицам всю трезвость и включить механизм выживания в столь щекотливой ситуации. Я одурачена тем, что даже на секунду не усомнилась в том, что рядом со мной Алекс. Почему теперь из-за огромной ошибки в опасности моё будущее? И здесь уже совсем не до смеха.

Под угрозой моя должность в огромной корпорации, от которой я завишу последний год. Здесь щедро оплачивают труд, здесь уважительно относятся к сотрудникам. Я не могу рисковать своим благосостоянием. На моих руках тяжело больной отец, которому требуется дорогостоящее лечение. Кроме него в моей жизни никого не осталось.

Страшное ДТП три года назад унесло жизни моего мужа, моей мамы, меня же едва не сделало инвалидом. Но лишь благодаря талантливым докторам я смогла восстановиться и бросить все силы на то, чтобы в трудный момент поддержать отца, который через год после трагедии слёг с инсультом.

Я сидела на прежнем месте и с горечью обнимала руками ноги, подбородком прикасаясь к коленям. Зачем я поддалась на соблазн и воспользовалась ключом, который неделю назад аккуратно лёг на край моего рабочего стола?

— Ты в любой момент дня и ночи можешь им воспользоваться, моя принцесса.

В тот момент я удивлённо смотрела на красивое лицо Алекса и не знала, как реагировать. Наши отношения действительно были странными.

Изначально я просила не давить на меня. Моя израненная душа всё ещё не полностью осознала тот факт, что я три года вдова. До сих пор казалось, что это просто какой-то страшный сон. И он вот-вот закончится. Распахнётся дверь нашей совместной квартиры, и с порога я услышу до боли родной голос мужа:

— Любимая, я вернулся. Эти цветы для тебя, малыш!

И мама. Она обязательно позвонит и скажет:

— Инга, мы с отцом ждём вас на шашлыки!

Я уже почти не плачу. И сейчас не время. Потому что вчера наконец-то созрела, чтобы закрыть страницы старой книги, и начать историю новой. Видимо, я поспешила. И это злит! Что если это знак?! Впрочем… Я не хочу возвращаться в уныние. Нужно действовать здесь и сейчас. Всё, что случилось — не моя вина. И если Громов наивно надеется, что я упаду к его ногам — он сильно ошибается.

А сейчас нужно бежать. Нужно сделать так, чтобы никто и никогда не узнал о моём пребывании в стенах этой квартиры. Здесь всё пропитано грехом. Его парфюмом и его мужским доминированием. Громов озадачил меня, и здесь есть над чем задуматься. Воевать не хотелось, но и позволять ущемлять свои права я не позволю!

Лишь дома я смогла без спешки проанализировать своё состояние и обдумать детали дальнейшего выживания. Утро вечера мудренее. Впереди два выходных, и они позволят разработать план, который позволит удержаться на двух стульях. Но как же я ошибалась в том, что сумею так просто выскочить сухой из воды.

Во-первых, часть ночи меня одолевали эротические сны с Громовым в главной роли. Я проснулась ближе к шести утра и осознала, что моё тело, которое столько лет молчало, внезапно устроило бойкот. Я сжала шёлковые простыни от отчаяния и уткнулась лицом в подушку от стыда и от того, что теперь мой мозг активно делает сравнение двух мужчин.

Что я чувствовала, когда меня целовал Алекс? Это было приятно, ведь его нежность словно усыпляла на мгновение мой мозг, но что-то защитное вдруг срабатывало и подсознание отрезвляло и заставляло держать дистанцию. С Громовым настоящий взрыв вулкана, который не так просто забыть.

Не помог ни душ, ни чашка свежесваренного кофе. Даже мысли о рисовании меня не расслабляли. Я постоянно возвращалась в тот вечер и едва не выла от отчаяния. Почему именно с ним ожило моё тело и сексуальность? Оно словно сошло с ума, отвечая во второй раз бурным откликом на ласки Громова с неистовой страстью.

Во-вторых, утро принесло новый удар. Ровно в семь ноль-ноль на мой телефон пришло сообщение с неизвестного номера. Обычно я не читаю спам, но в этот момент словно кто-то заставил открыть это послание. Одна лишь строчка: «Я знаю, что вы делали этой ночью!». А под текстом — видео.

Новый виток дрожи мгновенно окутал моё испуганное тело. Значит, создал видео, господин Громов?! Я не верю своим глазам до последнего, но факты налицо: сначала я захожу в квартиру, потом время меняется и ближе к десяти вечера к двери приближается Громов. И вот уже следующий кадр — генеральный вылетает из квартиры и лбом прижимается к стене. По напряжённой спине сразу понятно, что он в очень нестабильном состоянии. Но и это не всё. Он извлекает из кармана мои трусики! Могу поклясться, что хмыкает и быстро ретируется!

Я застыла от шока, казалось, сердце стучит в области горла и не даёт дышать. Подлец! Он решил таким способом не только унизить меня, но и лишить карт?! Словно умалишённая я ещё несколько раз пересмотрела это проклятое видео. И естественно, в какой-то момент мне показалось, что он посмотрел в сторону камеры. Знал! Он всегда обо всём осведомлён. И я не удивлюсь, что это он отправил