Мой первый сводный - Тася Лав Страница 32

Порубился в плейстейшн, позалипал в ленту новостей. Не-е-т, чудовище, уходи из моей головы. Слышал, как хлопнула ее дверь, ее тихие шаги и сердце неожиданно защемило. Непривычно, может к врачу сходить провериться?

А потом оно еще долго ныло и не давало мне отвлечься. Будто уговаривало поехать и вытащить ее оттуда. Я пытался заглушить тупые душевные муки, опустошая холодильник и таращась в комедийное шоу. Только вот что-то не смешно было сегодня.

Ушел в фитнес-зал в надежде хоть там опустошить голову. Не помогло. Вернулся к изначальному плану — телек и хавка.

— Да черт с тобой! — Откинул пульт и встал. Собрался за пятнадцать минут и выехал.

Гнал как сумасшедший, поймав парочку штрафов. А зачем, почему — это разве важно? Кошки скребут так сильно, что ничего делать не могу. Вот утащу Рину домой и тогда забью хрен. Я быстро. Туда-обратно.

Вот только когда приехал, гонор спал, и я растерянно облокотился на машину. И что я, приду, утащу ее как пещерный человек, и она скажет спасибо? Еще и парни засмеют за такую излишнюю опеку, которая мне, вообще-то, самому не всралась.

Я просто… Ай, черт, лучше не задумываться об этом.

Прошел во двор, где ребята уже вовсю веселились. Стащил со встретившегося на пути стола целую бутылку игристого. Так, для поднятия духа. Вне дома я их не нашел, обыскав все придомовое пространство. Телки начали клеиться, сбежал в дом. Вот там-то я ее и встретил, в окружении элиты этого места.

Я вообще так-то перестал ходить на тусовки Гера. В основном потому что он меры не знает. Здесь творится такое, на что даже я ни за что бы не решился. Все смертные грехи собраны на его тусах, и даже больше. Царство порока и разврата. Аид когда-нибудь выделит ему личный дом утех.

— Дарова, Кир, — он благодушно принял меня, усаживая рядом со своими куклами. Кстати, одной ему мало, поэтому парень собрал себе целый гарем. Одна из его девочек сразу же полезла ко мне. Жестом показал, что неинтересно.

Потому что мое внимание завлекла она. Ден уже недвусмысленно клеился к Рине, и хотелось пришибить его на месте. Сдерживать себя было сложно. Приходилось думать, как нам свалить отсюда до… до того как все наберутся.

Она не может не реагировать на меня. Хмурит бровки, закусывает пухлую нижнюю губу. Старательно отводит взгляд, но все равно возвращает ко мне. Словно дразнит.

И когда бутылочка, в которую все решили поиграть, остановилась на мне, я, не мешкая, вытянул девушку к себе, выплескивая скопившиеся эмоции в поцелуе. На несколько секунд нас обоих поглотило и люди вокруг, комната, мир перестали существовать. Я и подзабыл, какой у нее вкусный поцелуй. Хочу еще. Больше.

Черт, от него я только сильнее завелся. Жадно пожирал ее глазами, не оставляя Дену сегодня ни шанса.

Поэтому, когда крутили бутылку на желания, не выдержал и увел. Там была двойная польза, я подгадал удачный момент, чтобы мы вдвоем вышли из игры. А когда остались один на один, у меня снесло башню. Она странно на меня влияет. Жутко бесит, но когда между нами не остается пространства, заводит. Никто до этого на меня так не действовал.

Обычно они просто надоедают. Милые, но одноразовые. После того как я выигрывал у них одну ночь, мне это переставало нравиться. И даже слезы не действовали. Даже, наоборот, ловил с этого триггер. А здесь все как-то не так… Она сломала мою систему.

Сломала и снова сбежала.

Разбил со злости бутылку об стену. Гер не обеднеет. Выбрался в ванную, на удивление пустую, чтобы привести себя в порядок. В зеркале сумасшедше блестели мои глаза. Что ты со мной творишь?

Вышел в коридор и отбил ее у Дена, который уже не особо соображал. Иногда удивлялся сам себе, почему я с ним дружу. Кроме мажорских увлечений, тачек, тупых шуточек и группы в унике наши жизни никак не пересекаются. А он самый ветреный среди нас, и самый азартный.

Посадил Рину в тачку, завел ее и откинулся на сидение. Ну вот и все. Теперь стенки сердца ничего не скребет. Умиротворение. На секунду забыл, что я не один тут.

— Это… спасибо, — она поджала губы, смотря в окно, где все еще видно тусующуюся во дворе толпу. Тут же добавила. — Но это ничего не значит.

Я пожал плечами. Мне, собственно, тоже все равно. Не обольщайся, сестренка. Я пока не разобрался в себе, чтобы понять, каким ядом ты меня поразила, что я не нахожу себе места.

— Окей, — безразлично. — Поехали домой.

Хотел подобрать что-то веселое, чтобы разбавить нагнетающую тишину между нами, но, как назло, лезла она грустная попса. Что-то я совсем раскис.

Молча доехали, молча вылезли из машины.

Встали в темном коридоре, напротив наших комнат. Что-то хотелось ей сказать. Оно крутилось на языке, но было таким непривычным, что я предпочел вообще ничего не говорить. Она тоже медлила. Только вздохнула, покачивая головой.

— Спокойной ночи, — так и не настроившись, я завершил наш так и не начавшийся разговор.

— И тебе, — Рина облегченно выдохнула и проскользнула в свою комнату.

Ну вот, снова эта душевная тяжесть…

Глава 27

Кирилл

Проснувшись, твердо решил избавиться от этой навязчивой идеи в виде своей сводной сестры. Я вроде бы не малолетний соплежуй за девками бегать. Да и вообще, когда всю жизнь жил по одному, а тут резко появляется что-то другое, появляется сильное желание вернуться в привычное русло.

Поэтому я натянул на лицо безразличие и спустился к завтраку. Рина готовила, что-то напевая и мило пританцовывая. У, как не вовремя заводит. Я ж только себе план наметил…

Но она такая нежная, по уютному домашняя. В гульке, футболке и домашних шортиках, обтягивающих упругий зад. По запаху я понял, что там яичница, и почувствовал, что очень голоден… Да, в обоих вариантах.

Не заморачиваясь, бесшумно подошел к ней, как крадущийся гепард, и шлепнул по так манящей меня попке.

— Ай! — Взвизгнула, роняя от неожиданности поварешку. С опозданием прикрыла стратегически важное место и злобно уставилась на меня, краснея как рак. — Чертяка!

— Чудовище, — парировал и оскалился, отмечая удовлетворение на ее реакцию. Пока она отвлеклась от сковороды, незаметным движением вытащил пласт поджаристой яичницы, обжигаясь и сваливая от этого блондинистого Везувия. Прихватил чистую тарелку со стола, дуя на пальцы.

— Ах ты! — Рина заметила