Папа в подарок, или Шанс на новую жизнь - Алекса Гранд Страница 22

— Гордей, а твоя сестра точно не против того, что мы с Соней занимаем ее квартиру?

— Нет, конечно. Живите, сколько хотите.

Вынырнув из опасной бездны, я успокаиваю Веронику и не лукавлю. Динка — единственная из всей семьи, кто в курсе происходящего со мной сумбура. У нее самой с мужем творится какой-то бардак, поэтому, когда я позвонил с просьбой о помощи, она понимающе хмыкнула и сказала, что я могу делать с ее апартаментами все, что моей черной душе заблагорассудится.

— Твоя сестра всегда ко мне хорошо относилась.

— Зато Дилю она на дух не переносит.

Зачем-то признаюсь я и без особого энтузиазма отвлекаюсь на вибрирующий на столе телефон с надписью: «Диляра» на пол экрана.

Я прекрасно осознаю, что пропустить вызов нечестно как по отношению к невесте, так и по отношению к Нике, поэтому шумно выдыхаю, поднимаю трубку и бросаю глухое.

— Алло.

— Ну и как это понимать, Гордей?

— Что?

— То! Не строй из себя святошу! Вот чем ты сейчас занимаешься?

— Помогаю Веронике обустраиваться. А что?

Глава 15

Ника

Я не разбираю, что именно Диляра говорит Гордею, но слышу, как ломается ее голос, и снова падаю в котел самобичевания. Это я превратила своим присутствием отношения Северского в поле боя, где он вынужден маневрировать между собственной невестой и мной.

Чувство неловкости захлестывает меня с головой, но Гордей словно этого не замечает. Ни единым жестом не показывает, что мое общество доставляет ему дискомфорт, и не упрекает меня ни в чем, хоть и имеет на это полное право.

После того, как он отбивает звонок, мы сидим в кофейне еще около получаса. Спокойно доедаем десерт, оставляем порхающей вокруг нас официантке щедрые чаевые и едем в святая святых — контору Северского.

Офис у него просторный и светлый. Большая приемная и несколько дверей, ведущие в его кабинет, кабинеты его партнера и нескольких практикующих у них адвокатов.

В шкафу папки расставлены по порядку — по годам и инстанциям, которые прошла фирма. На подоконнике — горшок с распустившейся орхидеей. А в углу — кадка с пышным фикусом. В общем, все здесь свидетельствует о заботливой хозяйке, которая совершенно точно не забывает поливать растения.

— Знакомьтесь. Лида, это Ника — твоя преемница. Передашь ей дела?

— Мечтаете уже поскорее меня сбагрить, шеф?

— Скорее, не хочу принимать роды на рабочем месте. Я, знаешь ли, не умею.

Хохочет Гордей, а у меня от его смеха распрямляется пружина внутри, и уходит сковывавшее меня напряжение.

Хорошая у него атмосфера, приятная.

— Ну что, Ника, начнем с кофемашины? А то Гордей Алексеевич превращается в самого настоящего зверя, если вовремя не сварить ему американо.

Лида, невысокая светловолосая девушка, подмигивает мне, выскальзывает из-за стойки и неуклюжим шагом направляется к кофейному аппарату. Я же залипаю на ее внушительном животе.

Она из тех, кому беременность к лицу. Никакой одутловатости или синяков. Здоровый румянец. И счастливый блеск в карих глазах.

— Кого ждете? Мальчика или девочку?

Непроизвольно выскакивает у меня, но Лиду это только радует. Она склоняет голову набок и протягивает мне ладонь.

— Мальчика. Богатырь будет. Футболист. Знаешь, как пинается? Хочешь потрогать?

Гордо частит собеседница. Ну а я осторожно касаюсь пальцами ее живота и чувствую ощутимый толчок. Это малыш меня приветствует.

— Здорово.

Резюмирую я и включаюсь в процесс знакомства с кофемашиной. Лида показывает, на какие кнопочки нужно жать, скидывает номер мастера для обслуживания, а Гордей нас оставляет, обещая вернуться через пару часов.

— С Гордеем Алексеевичем приятно работать. Он четко ставит задачи, премией не обижает и отпускает домой пораньше, если срочных дел нет. Роман Георгиевич тоже адекватный. По пустякам не придирается. Любит капучино на миндальном молоке с ложкой сахара. Я продублирую тебе все в мэссенджер, не волнуйся, если что-то не запомнишь с первого раза.

Трофимова снабжает меня нужными контактами — судов, прокуратуры, нотариуса и нескольких фирм, с которыми мы сотрудничаем, если загружены и не можем взять клиента. Оставляет подробные инструкции на случай всего — даже потопа, пожара и землетрясения, и заваривает черный чай с мятой.

Достает из шкафчика пиалку с солеными крекерами и тут же отправляет в рот печеньку. Хорошая она, теплая. Давно меня не принимали так радушно.

Сообщаю ей об этом с робкой улыбкой и получаю мягкое.

— Да брось ты. Мы здесь практически как семья. Гордей Алексеевич у меня и на свадьбе был, и у мамы на юбилее. В лучшую клинику меня пристроил. Золотой человек.

— Да. Золотой.

— А как вы с ним познакомились?

— Гордей дружил с моим братом. И меня опекал заодно.

Время за непринужденной беседой пролетает незаметно, и я не успеваю моргнуть глазом, как возвращается Северский и выразительно постукивает по циферблату часов — пора забирать Соню из детского сада.

— До встречи, Ника.

— Пока, Лида.

Попрощавшись с Трофимовой, мы с Гордеем выходим на улицу и, кутаясь в шарфы, торопливо забираемся в машину. Погода снова испортилась. Дует сильный ветер, метет.

Но в салоне автомобиля тепло и уютно. Пахнет новым хвойным ароматизатором, а подогрев сидений в момент заставляет оттаять промерзшие конечности.

— Ну как тебе мои владения? Понравились?

— Очень. Все такое светлое, просторное. Дышится легко. Не то что на моей прежней работе.

— А ты боялась. Никто тебя здесь в обиду не даст.

Заверяет меня Северский, отчего хочется броситься ему на шею и засыпать очередным потоком благодарности. С его появлением в моей жизни я ощущаю себя свободной и ценной, и уязвимость больше не кажется слабостью.

До дрожи в кончиках пальцев приятно, когда кто-то большой и сильный не боится взять на себя ответственность и одним взмахом руки решает твои проблемы. Разруливает вопросы в детском саду, вносит плату на несколько месяцев вперед, хоть ты и не просила, обновляет твой гардероб и кормит тебя самым вкусным вишневым пирогом на свете.

Или он такой вкусный, потому что ели мы его вместе с Гордеем?

Думаю об этом всю дорогу и не сразу замечаю, что пиликает телефон. А как понимаю, что писк раздается из моей сумки, достаю мобильник и каменею. Сглатываю судорожно и пытаюсь протолкнуть дальше застрявший в горле воздух.

— Что-то важное?

— Нет. Рекламная рассылка.

Зачем-то вру Северскому и прячу гаджет обратно, лишь бы не видеть ненавистный снимок, на котором Вика прижимается губами к щеке моего мужа.

Со всеми этими хлопотами и вынужденным переездом у меня все вылетело