Проваливай дядя, или Ох уж эти ландыши - Дарья Дятлова Страница 2

Святая простота…, но тут, как говорится, клиника, пока сама не поймёт — ничего ей не докажешь.

— Ладно, дай мне час на отдых и пойдём куда ты захочешь.

— Спасибо родная, я пока за этот час себя в порядок приведу.

Убрали вместе за собой со стола, действуя синхронно на автомате, и разошлись по своим комнатам.

Мне просто после тренировки хоть полчаса отлежаться надо, да компресс восстанавливающий на скулу сделать, а то синяк соскочит, а мне такой красивый фейс портить не хочется, я же всё-таки девочка…

Приложила компресс на опухшую слегка скулу, легла на кровать и устало закрыла глаза… хорошо-то как!

Обычно после тренировок я вырубаюсь до утра, но сегодня Даша у меня, а её я обидеть не хочу, свою роднульку, свою любимую сестрёнку…, да я за неё любого!

Глава 2

— Дашь, всё, здесь расходимся, — соревнования проходят в клубе конкурента, поэтому я сразу же иду в зал посмотреть много ли собралось народу на это зрелище. — Билет не потеряй, у тебя самый лучший ряд, видно хорошо будет.

Выпросила у руководства, нам положено по одному или по два, но не спросишь, сами не дадут, кругом один обман, мать их ети.

— Маш, будь осторожна, ладно? — только жалеть меня не надо, примета у нас в боксе нехорошая.

— Жди меня с победой, сестрёнка!

Развернулась и пошла в сторону спортзала, Петрович уже руками и ногами знаки подавал, ещё разогреться перед боем нужно, это же не простой спарринг у себя в школе, это соревнования крупного масштаба и выложиться придётся на все сто!

— Елизарова, долго я тебя ещё ждать буду? — вот почему тренера у нас такие грубые, а… — Не хочешь так и скажи, другую на твоё место поставлю.

— Да иду я, иду…, - прошмыгнула мимо него в раздевалку… вот и тренер он хороший, а с нами, как с живым товаром обращается.

Другие своим подопечным музыку органную ставят, нервы берегут, а у Петровича сразу навылет и всё.

Быстро натянула шорты и майку, затянула на запястьях боксёрские перчатки и к станку.

Левой, левой, правой, отскок… прямой хук, апперкот… поворот корпуса… молодец Елизарова.

Сама себе задаю тон, сама себя ругаю, сама себя хвалю.

— Елизарова, хватит, не трать силы, у тебя сегодня сильный соперник, — Петрович вернулся, а я и не заметила.

Отошла от груши и начала просто разминать руки, ноги, плечи… расслабляться нельзя, я должна быть лучшей, ведь там будет он… папик наш ненаглядный… и носит же земля таких, неверных.

— Брагина на выход! — командует тренер. — Елизарова, ты следующая!

Вот он мой час скоро настанет, я и фамилию отца не меняла, пусть знает, что это я ему на пятки наступаю.

Сняла перчатки, отдала помощникам, здесь всё серьёзно, проверка на высшем уровне.

Прохожу в коридор, откуда пойду на ринг, и вижу, что Брагиной нелегко сейчас, соперник сильный ей достался, тоже из папочкиной команды. Давай, Брагина, не сдавайся, левой её, левой, видишь она левую сторону почти не закрывает.

Словно услышав меня, Света начала делать выпады больше в левую часть туловища соперницы, нанося ей ощутимые удары и лишая её ориентации в пространстве.

Молодец! Хоть мы с тобой и не вась-вась, но сейчас я эту Брагину реально зауважала.

Третий раунд! Давай, Брагина, нокаут ей пропиши и дело с концом!

Прописала… рефери склонился над, потерявшейся в пространстве, боксёршей.

— Смотрите на мои пальцы! Раз, два, три…, - да нет, там нокаут чистой воды и никакие пальцы уже не помогут. — Аут!

Пока судья объявлял победу Брагиной, поднимая вверх её руку в красной перчатке, у меня уже начинала бурлить кровь, предчувствуя нешуточную схватку.

— На ринг приглашается Елизарова Мария против Даутовой Галии! — начинают перечислять заслуги и проколы обеих боксёрских школ, зачитывают наши регалии, а мне уже на месте не стоится, в бой Маша хочет, начинайте уже!

И тут откуда ни возьмись… мужик с букетом маленьких ландышей.

Ландышей? В начале марта? Здесь?

— Мария это вам! — и что вы думаете? Мария чуть не поплыла от вида этих самых ландышей.

Я уже руки в боксёрских перчатках потянула за цветами, но потом в голове, как набат, голос Петровича: «Смотри, Елизарова, никаких контактов перед боем, подсыпят что-нибудь и карьере конец!»

Смотрю на этого красаучика, лыбится, как майская роза. Да ты, наверное, казачок засланный… огляделась по сторонам, рядом никого, только мы вдвоём… ну сам напросился, нечего тут отравленные цветочки мне протягивать.

Развернулась и выписала этой улыбающейся морде прямой по корпусу, лови, гадёныш.

Мужчина явно не ожидал такого подвоха, потому что согнулся пополам, прижимая к животу нежные ландыши.

— Твою мать… Маша… за что?

Да за всё хорошее!

Глянула на это согнутое в три погибели мужское существо, подняла высоко голову, расправила плечи и пошла по красной дорожке к рингу.

На отца не смотрю, тем более что знаю, эти ландыши его рук дело, больше же некому. Путь своей протеже расчищает, не получится, сейчас я ей так на вшиваю!

Бой начался и, скажу я вам, легко не было вот ни капельки, сильный соперник мне попался, пару ударов я даже пропустила и сразу почувствовала во рту привкус крови.

Два раунда мы гоняли друг друга по рингу, отскакивая пружинистыми туда-сюда, потом мне изрядно это надоело и в третьем раунде я всё-таки с большим нажимом, но смогла отправить соперницу в нокаут хуком слева по корпусу.

— Раз, два, — надрывался рефери, но девушка больше вставать не хотела, хотя я видела, что с нею всё относительно хорошо. — Технический нокаут!

Смотрю в глаза своего отца и не моргаю, чтобы он точно увидел в них всю мою ненависть к нему. Это тебе за маму и за нас с сестрёнкой!

Больше к этому вопросу я возвращаться не буду, ты для меня просто перестаёшь существовать!

— Победу одержала Елизарова Мария техническим нокаутом!

Есть! Я это сделала! Я долго к этому шла и сейчас сердце разрывалось от переполнявших меня эмоций.

Нашла глазами на трибуне сестру и послала ей воздушный поцелуй! Это за нас, родная моя.

Тренер похвалил, ну ещё бы, теперь финансирование в нашу школу будет намного больше, чем в ту, что сейчас проиграла. Вот и радуется Петрович, как дитя малое.

А я накинула на плечи свой шёлковый халат с символикой нашей команды и зашагала по красной дорожке обратно туда, откуда пришла.

Уже почти на выходе остановилась, повернулась к аплодирующему залу, снова повернулась