Лживые слезы любовницы - Руби Райт Страница 13

— Кать, — слышу, как он зовет меня, и останавливаюсь на полпути. Поворачиваюсь и встречаюсь с его нежным взглядом. На лице читается чувство вины, и от этого мне становится так паршиво.

— Забудь, ладно. Пожалуйста, мне нужно идти, — говорю и выхожу из кафе. Я сейчас не в себе еще сильнее, чем была до нашего поцелуя. Я растеряна.

И, слава богу, он не идет следом. Оставил меня в покое на какое-то время.

И хорошо. Я сейчас плохо соображаю. Не могу собраться, не могу взять себя в руки. От чего? От какого-то поцелуя с сопляком? Что такое? Что со мной?

Глава 15

До дома я добиралась все еще в каком-то измененном состоянии. Даже по щекам слегка била, чтобы прийти в себя. Думаю, таксист офигел, когда наблюдал за мной, но мне было плевать.

Все равно не помогло.

Последняя надежда на холодный душ. Ледяной прям. И лишь он меня отрезвил в прямом и переносном смысле.

Уже лежа в постели, я полностью пришла в себя и смогла обдумать то, что сегодня натворила. Позволила поддаться ему, сраному моменту, и моей грусти, боли. Расхерачила свой план к чертовой матери и теперь мучаюсь. Но как же мне понравилось его целовать, как понравилось… Такие эмоция я давно не испытывала. А испытывала ли вообще когда-либо?

Что с этим пацаном не так? Почему меня долбануло-то? Вынос мозга, вынос всего, и никакого объяснения.

— Катя, завязывай. Закрывай глаза и ложись спать. Утром подумаешь… — грубо приказываю себе и подчиняюсь.

Но заснуть мне вчера удалось не сразу. Точнее я вообще еле уснула. Ворочалась, гнала идиотские мысли прочь и думала об этом глупом поцелуе, от чего и проснулась уже ближе к обеду.

Не люблю долго спать, обычно потом весь день состояние — говно. Невозможно собрать себя в кучу и заставить что-то сделать. Снимаю телефон с зарядки, включаю звук и замечаю оповещение. Сообщение пришло почти в два часа ночи. Писал Артем.

«Спишь?»

И больше ничего. И я ничего отвечать не собираюсь. Нужно продумать дальнейшие действия, чтобы как-то объяснить ему мой срыв. Да, вчера я чуть сорвалась, поддалась порыву, но ему этого знать не обязательно. Пусть думает, что победил. Что смог меня зацепить и я в растерянности.

Сука, да так все и есть. Я ведь реально в полной растерянности. Объясняться я с ним не планирую, сделаю вид, что ничего не произошло, пока не придумаю, что делать дальше.

* * *

В понедельник по расписанию у меня стоит всего две пары — идеальный день. И пусть вторая из них — в группе Артема, но, думаю, я это переживу. Первые два часа у перваков пролетели незаметно, но самое волнительное впереди.

И это я еще не знала, что именно меня ждет…

Захожу в аудиторию, а там уже полно народу. Почему?

До пары остается как минимум пять минут. Ректор сидит в конце кабинета, рядом с ним — заместитель декана и, ну конечно, Сергей Ливанов собственной персоной. К чему все это сборище мужчин на моем занятии? Пришли квалификацию оценить?

Обидно, однако. Ну раз так, развлечемся. Прохожу к столу преподавателя и на второй парте замечаю Артема. Быстрый взгляд на него, и я снова начинаю странно себя ощущать. Почему от короткого визуального контакта с этим парнем у меня земля из-под ног уходит?

Но сейчас не время расслабляться, я под пристальным взглядом надменных гостей. Мне совсем не страшно, слишком много экзаменов я сдала, слишком много раз испытывала подобный стресс, что, видимо, адаптировалась. Да и свой предмет я отлично знаю, бояться нет смысла.

Вывожу на большой экран таблицу с результатами последнего тестирования, которую я проанализировала дома. Результаты неплохие, но одна тема явно провисла почти у всех студентов. А это значит, будем повторять. Но не в формате скучной лекции, а в игре.

Пара началась, с результатами ребята ознакомились, и игра пошла.

— Правила такие: я тяну листок, на котором написан вопрос, и, если я не знаю ответ, то выбираю любого человека из аудитории. В процессе будем дополнять и обсуждать.

Никаких оценок не будет. Нам нужно еще раз пройти по теме, чтобы перейти к следующей. Все ясно?

— Да, — отвечали хором ребята.

— Итак, начнем в этот раз с Сони Лептюховой. У тебя самый высокий балл по тестированию, думаю, ты сможешь ответить на любой вопрос. Прошу.

Соня вышла в центр аудитории, а я направилась к партам. Как раз есть свободное местечко рядом с объектом моей нервотрепки. Присаживаюсь рядом с Артемом и смотрю на Соню.

Пока та вытягивает листок, читает вопрос и начинает отвечать, я строю из себя заинтересованного преподавателя. А вот Артем…

Сидит рядом, но мы не касаемся друг друга. Я улавливаю лишь легкий аромат его парфюма и чуть-чуть ощущаю волнение.

— Привет, — говорит парень чуть слышно.

— Слушай тему, Ливанов, — не реагирую на его взгляд и продолжаю смотреть на Соню.

— Мы можем поговорить? — не унимается парень. Я поворачиваюсь к нему, слегка наклоняюсь…

Он так близко, и перед моими глазами вновь его губы, которые я вчера жадно облизывала и сейчас хочу. Но…

— Слушай тему… — Отстраняюсь и вновь перевожу взгляд на Соню. Студентка закончила отвечать и выбрала другого студента для следующего вопроса. И вот выскочка Киселев гордо шагает к столу преподавателя. Читает вопрос и не знает ответ…

— А можно любого выбрать из аудитории? — Странный вопрос. Он что-то задумал?

— Да, конечно. Лучше не повторяться, чтобы все поотвечали.

— Тогда вы. — Пиздюк мелкий…

— Что?

— Будете отвечать вы.

Усмехаюсь и встаю с места. А пацан не промах, выкрутился. Подхожу ближе и беру у него билетик. Киселев гордо следует к своему месту.

Вопрос попался несложный, нужно было раскрыть несколько терминов в функциональном менеджменте. Я справилась с этим достаточно быстро и:

— Сергей Леонидович, не желаете поиграть? — спрашиваю я двусмысленно, смотря в глаза депутату. — Покажете класс студентам?

Ливанов старший чуть напрягся, втянул щеки — это его фирменный жест, когда он не желает демонстрировать свою неприязнь. Мое предложение его явно немного выбесило, но он не показывает, умеет держать лицо.

— С удовольствием, Екатерина Андреевна, — отвечает Сережа и начинает спускаться вниз по ступенькам. Тянет листок и читает вопрос. Легкий, конечно, он справится. Я же вновь сажусь рядом с Артемом.

Ливанов старший смотрит. Говорит и смотрит, а у меня в груди все бушует и мелькают мысли: «Да, твой сын уже у меня на крючке, а дальше будет только хуже. Ты охренеешь, когда