Жюльетта Бенцони - Любовь и замки. Том 2 Страница 78

Среди потомков этой четы были благородные сеньоры и прекрасные дамы, как, например, Мария-Жанна, после смерти родителей поселившаяся у тетушки, маркизы дю Плесси-Бельер, блестящей подруги суперинтенданта Фуке, и принесшая в Пьемонт древнюю кровь своих отцов, после того как она была близка с кардиналом Мазарини. Став фрейлиной герцогини Савойской и любовницей ее сына, Мария-Жанна в конце концов вышла замуж за графа де Кавура.

В 1754 году род вновь заканчивается женщиной, Агатой, вышедшей 14 октября в Ренке за Рене-Жозефа Ле Престра, графа де Шатожирона, маркиза д'Эспиная. Того, кто принял у себя таинственную невесту.

Пришла Революция. Граф де Шатожирон эмигрировал в 1790 году, но его жена и дочери остались. Их арестуют в Эвро и отправят в Париж, где посадят в тюрьму 28 декабря 1793 года. Благодаря сыну и брату, помощникам в лагере Марсо, они были освобождены, но в это время прелестный замок им уже больше не принадлежал. Эмигрировавший граф продал его в феврале 1793 года Николя Бурулль де Сиврезу.

Смерть молодого генерала Марсо помешала Софи, сестре его друга, стать супругой героя Республики. В итоге Софи выйдет замуж за секретаря посольства, господина Додана. Новый владелец, Николя де Сиври, был человеком денег. Главный кассир республиканской армии в Бресте, потом Италии, он стал казначеем департамента Иль и Вилен.

Именно он принял у себя и спрятал в Тресессоне депутата от жирондистов Жака Дефермона, старинного председателя Национального собрания, ставшего позднее министром и графом во времена Империи. Не он ли ходил по всем этим людям, выбравшим Республику по совести и отказавшимся санкционировать злоупотребления кровавых карьеристов?

После Саври замок унаследовала его внучка, Алиса де Перрьен де Кренан, вышедшая замуж сначала за барона де Монтескье, а затем, в 1917 году, за графа Антуана де Прюнеле. Именно она завершила внешнюю реставрацию замка и провела реставрацию интерьеров к большой радости потомков, почтительно заботящихся о Тресессоне до сих пор.

ТУРЛЯВИЛЬ

Проклятые любовники

Любовь приведет нас обоих к одной смерти.

В обрамлении зелени замок Турлявиль — одно из прекраснейших свидетельств Возрождения в Нормандии. Он полон грации XVI века, века, когда он был создан, но никто не живет в нем с тех пор, как там произошла самая трогательная и самая драматическая история любви. В Шербурге, знаменитом своими салонами, не позволяют посещать его. Но раньше, когда гид приводил в некую милую восьмиугольную комнату с голубыми стенами в одной из башен, он инстинктивно понижал голос, как будто бы боялся потревожить нежный призрак: «Мы находимся в комнате Маргариты. Здесь она и Жюльен любили друг друга».

Действительно, их звали Жюльен и Маргарита де Равале, они из знатного нормандского рода. Один из их предков сражался вместе с Жанной д'Арк в Орлеане и в Патаи. Их родители, Жан де Равале и Маргарита де Ла Винь, были богаты. Им также принадлежал замок Турлявиль, построенный их дедом Жаком де Равале на земле, дарованной ему герцогиней де Невер, Маргаритой д'Эстутвиль.

Жюльен родился в 1582 году, его сестра четырьмя годами позже. Они росли с другими детьми: тремя мальчиками и двумя девочками. Но если пятеро детей Раваля были просто крепкими и здоровыми, то Жюльен и Маргарита, очень похожие друг на друга, обладали исключительной красотой. Оба блондины, как бывают нормандцы, волосы которых, цвета льна, унаследованы ими от их предков, викингов. У обоих были тонкие и чистые черты лица, одинаково голубые глаза, и оба были изящны. Но то, что было редкой грациозностью для девочки, оттенялось мужественностью у ее брата.

Возможно, причиной этого сходства, этого слишком близкого родства была редкая и укоренившаяся нежность между ними, на которую их родители не обращали внимания, разве что изредка улыбались этому. Им не приходила в голову мысль о том, что с годами эта любовь может стать не такой чистой. Но какие родители думают об этом?

Прошли годы. Когда Жюльен достиг двенадцати лет, отец решил отправить его в коллеж в Кутанс, чтобы он получил начальное образование, так как предполагалось, что Жюльен станет священником, и это была единственно подходящая профессия для младшего сына. Жюльен не чувствовал вкуса к религии, а мысль о том, что придется покинуть семью, приводила его в отчаяние. Горе Маргариты было столь велико, что некоторое время боялись за ее рассудок. Но со временем она успокоилась и поняла, что лучше терпеливо ждать возвращения горячо любимого брата.

Наконец настал день, которого она ждала четыре года. Годы, которые она потратила на собственное образование. Маргарита училась пению, танцам, музыке и искусству управлять хозяйством большого дома. Она также заботилась и о себе, ее красота с каждым днем становилась все ярче. Семья начала подыскивать для нее подходящую партию, и в это время вернулся Жюльен. Это была радость, поистине безграничная радость.

В это же время в замке гостил старинный друг Жана де Равале. Это был умный старый священник Антуан Фузи, он был итальянских корней и долгое время преподавал в Наваррском коллеже в Париже. В семье Равале высоко ценили его ум и доброту и всегда были рады его частым приездам.

Он знал о нежной дружбе между двумя детьми, но все же был поражен почти сумасшедшей радостью, с которой Маргарита встретила брата. Он также заметил, что за столом они не могли отвести глаз друг от друга и искали любой возможности остаться наедине, например, совершая долгие прогулки верхом.

Именно он определил природу чувства, связывающего Жюльена и Маргариту, и это случилось благодаря маленькому слуге, юному крестьянину, недавно принятому на службу в замок.

Однажды вечером, перед ужином, Антуан Фузи послал юношу отнести Жюльену книгу, которую последний желал прочитать. Через несколько минут маленький слуга вернулся весь красный и в сильном смущении, сжимая в руках все ту же книгу.

Антуан Фузи очень удивился. Неужели Жюльена нет в комнате? Нет, он у себя. Тогда почему же слуга не отнес книгу? Разве Жюльен уже не хочет ее прочитать? Сначала слуга молчал, но после длительных расспросов он рассказал, что не решился войти в комнату Жюльена, потому что тот был не один. С ним была Маргарита, и после пояснений, данных слугой, Антуан Фузи вначале даже подумал, не сошел или он с ума и не обманщик ли юноша? Но нет! Слуга уточнял и настаивал. Если хозяин не верит, он может пойти и убедиться сам.

Это было слишком серьезно, и Фузи запретил юноше раскрывать рот под страхом суровейшего наказания. После долгих размышлений он решил предупредить родителей, чтобы они приняли необходимые меры. Может быть, еще можно их остановить. Жюльен и Маргарита еще молоды. Ей пятнадцать, а ему девятнадцать. Все еще может уладиться.