Дарон Аджемоглу - Почему одни страны богатые, а другие бедные. Происхождение власти, процветания и нищеты Страница 62

…и римские пороки

Флавий Аэций был одним из самых значительных деятелей поздней античности. Английский историк Эдвард Гиббон, автор книги «История упадка и падения Римской империи», называл его «последним из римлян». С 433 по 454 год, когда он был убит по приказу императора Валентиниана III, генерал Аэций был, пожалуй, самым влиятельным человеком в Римской империи. Он навел порядок во внутренней и внешней политике и принял участие в нескольких важных битвах против варваров, а также против других римских полководцев в ходе непрерывных гражданских войн. С конца II века гражданская война стала вполне привычным фактом жизни в Римской империи. Начиная со смерти императора Марка Аврелия в 180 году и заключая падением Западной Римской империи в 476-м, не было почти ни одного десятилетия, не омраченного гражданской войной или дворцовым переворотом. Не так уж много императоров этой эпохи пали в бою или умерли своей смертью, большинство же из них было убито узурпаторами или погибло от рук своих собственных солдат.

Карьера Аэция наглядно отражает изменения, произошедшие в римском государстве со времен республики и ранней империи. Дело не только в том, что он постоянно участвовал в непрестанных гражданских войнах, и не в его безграничном влиянии на все аспекты политической жизни империи (влиянии, совершенно несравнимом с гораздо более лимитированной властью полководцев и сенаторов прежних времен) — его карьера показывает, насколько коренным образом менялась судьба римлян.

Во времена поздней империи так называемые варвары, которые в свое время были покорены и включались в состав римских армий или использовались как рабы, сами стали доминировать во многих частях страны. В молодости и сам Аэций побывал в плену у варваров — сначала в качестве заложника у вестготов Алариха, а затем у гуннов. Взаимоотношения Рима с этими варварами наглядно показывают, насколько изменилось положение дел со времен республики. Аларих считался одновременно и свирепым врагом, и союзником Рима; в 405 году ему даже было поручено командовать одной из римских армий, однако уже в 408 году Аларих вторгся в пределы Италии, а через два года взял Рим.

Точно так же то врагами, то союзниками для римлян были гунны. Несмотря на то, что в свое время гунны держали Аэция в плену, позднее отряды гуннов сражались бок о бок с его легионами в очередной гражданской войне. Однако и гунны недолго оставались верными. В 451 году гунны под предводительством Аттилы сражались против римлян в битве на Каталаунских полях в Галлии. На сей раз союзниками римлян выступили вестготы под началом Теодориха I.

Несмотря на эту чехарду, римская элита не оставляла попыток привлечь варварских вождей на свою сторону. Причем цель здесь часто заключалась не в защите римских территорий, а в создании очередного альянса во внутренней политической борьбе. К примеру, вандалы под предводительством Гейзериха разорили значительную часть Иберийского полуострова, а затем, начиная с 429 года, начали захватывать Северную Африку, «житницу Рима». В ответ римляне предложили Гейзериху в жены несовершеннолетнюю дочь императора Валентиана III. В то время Гейзерих был уже женат на дочери одного из готских вождей, но ради того, чтобы породниться с императором, развелся с женой под предлогом того, что она пыталась его убить, и отправил ее обратно к готам, предварительно отрезав несчастной уши и нос. К счастью для новой невесты, она была слишком молода, чтобы отправиться к будущему мужу, и осталась в Италии. Впоследствии она вышла замуж за влиятельного генерала Петрония Максима — именно он спланировал интригу, в результате которой Аэций был казнен императором Валентинианом III (который и сам вскоре был убит в результате очередного заговора Максима).

Петроний Максим, в свою очередь, провозгласил себя императором, однако его правление было крайне недолгим и закончилось гибелью во время нападения вандалов Гейзериха на Италию, которое завершилось новым захватом и разграблением Рима.

К началу V века варвары буквально стояли у ворот империи. Некоторые историки полагают, что это стало возможным из-за того, что Рим был ослаблен в борьбе с более серьезными противниками, с которыми столкнулись римляне во времена поздней империи. Однако успехи готов, гуннов и вандалов в борьбе против Рима были симптомом, а не причиной падения римской державы. Ведь во времена республики Риму приходилось противостоять куда более организованным и опасным противникам, например карфагенянам. Причины падения Рима сходны с причинами, которые привели к упадку города-государства майя. И там, и здесь это падение было предопределено работой все более экстрактивных политических и экономических институтов, вызывавших все новые распри и гражданские войны.

Причины падения Рима можно проследить в глубину истории вплоть до времени, когда Август сосредоточил в своих руках единоличную власть, в результате чего политические институты постепенно стали дрейфовать в сторону экстрактивности. К примеру, важные изменения произошли в структуре армии. Упразднение сецессии лишило общество важнейшего инструмента, который в свое время обеспечил политическое представительство для простых римлян. Император Тиберий, ставший преемником Августа в 14 году, упразднил народное собрание плебеев и передал все его полномочия Сенату. Лишившись права политического голоса, граждане Рима получили взамен полные пригоршни зерна, оливкового масла, вина и свинины. Их постоянно развлекали с помощью цирковых зрелищ, прежде всего гладиаторских боев. В результате реформ Августа императоры начали опираться не на армию, состоявшую из солдат-граждан, а на преторианскую гвардию, группу привилегированных профессиональных солдат, созданную принцепсом. Со временем гвардия стала вполне самостоятельным игроком на политическом поле, и преторианцы не раз решали, кто станет следующим императором. Зачастую этот вопрос разрешался не мирным путем, а с помощью заговоров, переворотов и гражданских войн. Август принимал меры к тому, чтобы укрепить патрицианскую аристократию в противовес простым гражданам, и неравенство, которое в свое время привело к конфликту Тиберия Гракха с патрициями, росло и усиливалось.

Концентрация власти в одних руках привела к тому, что защищенность прав собственности у простых римлян уменьшилась. По мере роста империи росла (вследствие конфискаций) и площадь государственных земель, которые во многих областях составляли уже более половины всей территории. Борьба за контроль над ресурсами усилилась — примерно так же, как это будет происходить в городах-государствах майя.