Психосоматика. Практика воплощения эмоций - Раджа Селвам Страница 89

так же терапевты, которые боятся причинить вред клиентам, предлагая решения, основанные на их опыте; обученные методам лечения специалисты, которые подчеркивают, что осознание переживаний клиента должно исходить от него самого, а роль терапевта в том, чтобы следовать им и подтверждать их; или терапевты, не обращающие внимания на свои телесные переживания, – все они тоже будут испытывать трудности с резонансом. Специалисты разных направлений часто говорят о страхе причинить вред, навязывая клиентам свои реакции контрпереноса, как о главной проблеме, подрывающей их доверие резонансу.

ИНОГДА СЛИЯНИЕ ОЗНАЧАЕТ НАСТОЛЬКО ПОЛНОЕ ОТОЖДЕСТВЛЕНИЕ СЕБЯ С ОПЫТОМ ДРУГОГО ЧЕЛОВЕКА, ЧТО ОНО ПРИВОДИТ К ОТКАЗУ ОТ СВОЕГО ОПЫТА

В телесно-ориентированной и энергетически-ориентированной психологии порой возникает чрезмерная озабоченность по поводу «слияния» с клиентами. Похоже, что «не сливаться» иногда понимается как «вообще не обмениваться энергиями». Иногда слияние означает настолько полное отождествление себя с опытом другого человека, что оно приводит к отказу от своего опыта. Разумеется, это нежелательно, если это стандартный способ взаимодействия с другими или если это защита, в гештальт-терапии называемая защитой «слияния». Если под неслиянием понимается полное отсутствие обмена энергиями или если полное отождествление с опытом другого человека даже на короткое время всегда рассматривается как патологическое, такие установки часто препятствуют вовлечению других в резонанс. Это происходит потому, что при обмене информацией всегда в той или иной степени происходит смешение энергий. Иногда, чтобы помочь другому в резонансе, необходимо ненадолго поставить себя на его место.

Застревание в резонансе. Когда во время сеансов мы резонируем с клиентами, часто происходит ряд моментов, которые оставляют нас застрявшими в чужих переживаниях или наших реакциях на них, ставя под угрозу наше самочувствие и готовность резонировать с другими клиентами. Давайте рассмотрим некоторые из этих возможностей на паре примеров. Когда переживания клиента находят отклик в нашем организме, они оказываются непосильными для нашей системы. Возможно, у нас нет способности их переносить либо потому, что они нам незнакомы, либо потому, что они слишком интенсивны, либо они спровоцировали наши собственные невыносимые и неразрешенные переживания. В таких случаях срабатывает физиологическая защита с целью сохранить функциональность нашей системы, чтобы мы могли помочь клиенту. Аналогично, когда один человек хватает другого, удерживает его на краю обрыва и не замечает, что при этом порвал мышцу руки: у спасателя срабатывает инстинктивная физиологическая защита в виде онемения, которая продлится до тех пор, пока спасатель успешно не доставит другого человека в безопасное место. Точно так же терапевты лишь по окончании сеанса (а иногда через несколько часов после него) замечают, что в их системе остались незавершенные и неразрешенные переживания, порой сопровождаемые симптомами.

КАЖДЫЙ СЕАНС ТЕРАПИИ СПОСОБЕН ИЗМЕНИТЬ КАК ТЕРАПЕВТА, ТАК И КЛИЕНТА

Однажды на тренинге в Европе я работал с женщиной-еврейкой, которую до ужаса пугали большие группы людей. Единственная дочь двух выживших в Холокосте, которые потеряли в концентрационных лагерях во время Второй мировой войны всех родных, она до сих пор испытывала трудности с раскрытием своей национальной принадлежности соседям в маленькой деревушке, в которой жила. Ее отец покончил с собой, повесившись. На групповом тренинге мы использовали присутствие группы, чтобы вызвать в ней тот ужас, с которым она живет, использовать ее тело для воплощения и передачи страха быть убитой, который она унаследовала от родителей и от коллективного еврейского опыта. В конце занятия и на протяжении остальной части тренинга она сообщила, что чувствовала себя более присутствующей и непринужденной в установлении контакта с другими членами группы. Я сказал ей, что ощущаю больше присутствия и связи с окружающими, добавив, что это иллюстрация мудрого высказывания швейцарского психолога Карла Юнга о том, что каждый сеанс терапии способен изменить как терапевта, так и клиента.

МЫШЦЫ ЗАДНЕЙ ОБЛАСТИ ШЕИ ВЫПОЛНЯЮТ МНОЖЕСТВО ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ФУНКЦИЙ, ВКЛЮЧАЯ УПРАВЛЕНИЕ ВЫСОКОЙ ЭНЕРГИЕЙ, СТРЕССОМ, СТРАХОМ, ШОКОМ ИЛИ ТРАВМАТИЧЕСКИМ СТРЕССОМ

Однако во время сеанса я ощутил легкое сжатие в задней части шеи с левой стороны. На следующее утро проснулся с болью в том же месте. Я не придал этому значения, поскольку для меня это привычный симптом. Я знал, что мышцы задней области шеи выполняют множество психологических функций, включая управление высокой энергией, стрессом, страхом, шоком или травматическим стрессом. Также я знал, что знакомый паттерн сжатия с болью в шее, возможно, связан с неразрешенными моментами моего травматичного появления на свет, в результате которого мы с матерью оба были на волосок от смерти. Основываясь на опыте в прошлом, я подумал, что избавлюсь от боли с помощью йоги либо поработав с травмой самостоятельно или с моим терапевтом. Однако ни один из методов, как и последующие сеансы работы с телом, не помогли, и я не на шутку встревожился. Сжатие и боль распространились с одной стороны шеи на другую и начали вовлекать плечи, сформировав комплексный региональный болевой синдром. Я начал искать простые медицинские причины боли и предположил, что повредил шею во время занятий йогой.

В таком плачевном состоянии я прибыл в Индию в рамках своего ежегодного визита к матери на ее ферму в начале нового года. Из-за стресса, вызванного возвращением в родную семью, боль в шее усилилась, и меня охватило чувство беспомощности и отчаяния. Ни с того ни с сего жена предложила обратиться к местному энергетическому целителю, который несколько лет назад помог ей справиться с симптомом хронической боли в тазобедренном суставе. Я неохотно ему позвонил. Он парень странный. Когда я впервые с ним встретился, он сказал: «Я предпочитаю общество растений и деревьев в лесах рядом с тем местом, где живу. Они рассказали мне об энергии и научили проводить энергетическое исцеление». В отличие от большинства энергетических целителей, которые излучают спокойствие и серьезность, он казался нервным и во время «работы» непрерывно болтал о том о сем. Он поработал над моей шеей: его пальцы двигались по ней так, словно он пытался осторожно поймать бабочку и не повредить ее, а я наблюдал за этим со своим обычным скепсисом и эгоизмом. Я задавался вопросом, чего он может добиться такого, чего не смог я, несмотря на всю проделанную работу по устранению проблемы.

ДЛЯ ЭФФЕКТИВНОЙ РАБОТЫ НАД УСТРАНЕНИЕМ ФИЗИОЛОГИЧЕСКИХ ЗАЩИТ И ПОМОЩИ ЛЮДЯМ В ПОЛУЧЕНИИ ДОСТУПА К ИХ ЭМОЦИЯМ И ИХ ВОПЛОЩЕНИЮ НУЖНО НАУЧИТЬСЯ РАБОТАТЬ С ФИЗИОЛОГИЧЕСКИМИ ЗАЩИТАМИ НА ЭНЕРГЕТИЧЕСКОМ, ТОНКОМ ИЛИ КВАНТОВОМ УРОВНЕ

Мне не пришлось долго ждать, чтобы это выяснить. В ту же ночь, когда шея, а вместе с ней и все тело, расслабилась, в организме стала разливаться энергия. Вместе с ней пришел высочайший уровень ужаса, беспомощности и отчаяния, но в