Выученный оптимизм: Как изменить свой образ мыслей при помощи позитивной психологии - Мартин Э. П. Селигман Страница 44

Потом на сцену вышла Мэри Эйнсворт, исследовательница из Университета Джонса Хопкинса. Она перенесла наблюдения Боулби в лабораторию, где помещала пары мать–ребенок в «незнакомую ситуацию» – игровую комнату, в которой ребенок занимался игрушками, а мать тихо сидела в сторонке. Затем входил незнакомец, мать выходила из комнаты, а незнакомец пытался уговорить ребенка продолжить игру. Такая ситуация повторялась несколько раз. Эти «крошечные разлуки» дали Эйнсворт возможность детально изучить реакцию младенца, и она обнаружила три модели поведения, о которых я упоминал ранее. Младенец с безопасной привязанностью к матери спокойно исследует комнату. Когда мать выходит из комнаты, он перестает играть, но обычно дружелюбен к незнакомцу и может даже возобновить игру. Когда мать возвращается, младенец какое-то время льнет к ней, но легко успокаивается и снова начинает играть.

Младенец с избегающим типом привязанности играет в присутствии матери, но, в отличие от ребенка с безопасной привязанностью, редко улыбается и не показывает игрушки матери. Когда мать уходит, малыш не проявляет особого беспокойства, не расстраивается и относится к незнакомцу так же, как к матери (а иногда даже более открыто). По возвращении матери дитя игнорирует ее и даже может отвернуться. Когда она берет кроху на руки, тот совсем не прижимается к ней.

Младенцы с тревожной привязанностью (Эйнсворт назвала их «дезориентированными») не способны использовать мать в качестве надежной опоры для исследования окружающего мира и игры. Они цепляются за мать до разлуки и очень расстраиваются, когда она уходит. Незнакомец не может их успокоить, а после возвращения матери они бросаются к ней, чтобы прижаться, а затем сердито отворачиваются.

Боулби и Эйнсворт, будучи пионерами в исследовании младенцев, стремились придать своей области статус беспристрастной (в буквальном смысле) поведенческой науки и поэтому назвали феномен «привязанностью». Но Синди Хазан и Филипп Шейвер, более свободные умы в психологии 1980-х гг., поняли, что Боулби и Эйнсворт на самом деле исследовали не просто проявление привязанности, а состояние любви, причем не только у младенцев, но и у людей всех возрастов «от колыбели до могилы»[161]. Они предположили, что в близких отношениях на протяжении всей жизни люди ведут себя так же, как младенец со своей матерью. «Рабочая модель» отношений с матерью позже действует при общении с братьями и сестрами, лучшими друзьями, в подростковом возрасте она накладывается на первые романтические отношения, а потом и на брак. Рабочая модель не является жесткой, на нее могут влиять негативные и позитивные переживания в эти периоды. Тем не менее она определяет три разных подхода к любви, охватывающих множество аспектов.

Воспоминания. Взрослые с безопасной привязанностью помнят своих родителей как доступных, теплых и ласковых. Взрослые с избегающей привязанностью помнят матерей как холодных, отвергающих и недоступных, а с тревожной привязанностью считают отцов несправедливыми.

Психологическая установка. Взрослые с безопасной привязанностью имеют высокую самооценку и мало сомневаются в себе. Они нравятся окружающим и считают других людей заслуживающими доверия, надежными, добросердечными и готовыми прийти на помощь, пока печальный опыт не докажет обратное. Взрослые с избегающей привязанностью относятся к окружающим с подозрением, считая их нечестными и ненадежными (виновными, пока не доказано обратное). Им не хватает уверенности в себе, особенно при социальном взаимодействии. Те, для кого характерна тревожная привязанность, чувствуют, что слабо контролируют свою жизнь, им сложно понимать и предсказывать поведение других, и поэтому окружающие ставят их в тупик.

Цели. Люди с безопасной привязанностью стремятся к близким отношениям с теми, кого любят, и стараются найти оптимальный баланс зависимости и независимости. Люди с избегающей привязанностью стараются держаться на расстоянии от тех, кого любят, и придают большее значение достижениям, а не близости. Обладатели тревожной привязанности цепляются за других, постоянно боятся отказа и не приветствуют самостоятельность и независимость у любимых людей.

Управление стрессом. Люди с безопасной привязанностью признают, когда они расстроены, и пытаются использовать свой стресс для достижения конструктивных целей. Личности с избегающей привязанностью не раскрываются. Они не говорят, когда расстроены, не показывают и не признают гнев. Люди с тревожной привязанностью выставляют напоказ свой стресс и злость, а при угрозе становятся слишком уступчивыми и предупредительными.

Вот как человек с безопасной привязанностью рассказывает о своем романе:

Мы очень хорошие друзья и знали друг друга долго, прежде чем начали встречаться. Нам нравятся одни и те же вещи. Еще мне очень нравится, что он хорошо ладит со всеми моими близкими друзьями. Мы всегда можем все обсудить. Например, если у нас случаются ссоры, мы обычно решаем их, обсудив все. Он очень разумный человек. Я могу просто быть собой, и это здорово, потому что наши отношения не строятся на собственничестве. Я считаю, что мы очень доверяем друг другу.

А вот для сравнения рассказ человека с избегающей привязанностью:

Партнер – мой лучший друг, и именно так я о нем думаю. Он так же важен для меня, как и любой другой из моих друзей. Его намерения не включают в себя брак или какие-либо долгосрочные обязательства перед женщиной, что меня вполне устраивает, поскольку у меня такие же намерения. Мне нравится, что он не стремится к чрезмерной близости и не ждет слишком многого, и это хорошо. Иногда меня беспокоит, что слишком близкий человек может контролировать мою жизнь.

И наконец, перед вами взрослый с тревожной привязанностью:

Итак, я пошла туда… а он сидел на скамейке, и, взглянув на него, я просто растаяла. Он был самым красивым из всех, кого я когда-либо видела, и это первое, что меня в нем поразило. Мы пошли и пообедали в парке… Мы просто сидели и молчали, но неловкости не было. Бывает, встречаешь незнакомца и не знаешь, о чем поговорить, и чувствуешь себя неловко. Но тогда все было не так. Мы просто сидели, и это было невероятно – мы словно знали друг друга очень давно, хотя встретились всего 10 секунд назад. Так сразу зародились мои первые чувства к нему.

ПОСЛЕДСТВИЯ БЕЗОПАСНОЙ ПРИВЯЗАННОСТИ ДЛЯ РОМАНТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Идентифицировав взрослых с безопасным, избегающим и тревожным стилем привязанности, исследователи стали выяснять, как складываются их романтические отношения. Исследования в лабораторных и реальных условиях говорят о том, что безопасная привязанность остается таким же благоприятным фактором для успешной любви, как и во времена, когда эта идея впервые осенила Боулби.

В дневниковых исследованиях пар со всевозможными сочетаниями стилей привязанности были получены два основных результата. Прежде всего, люди с безопасной привязанностью чувствуют себя комфортнее в близких отношениях, они меньше тревожатся о них и, что самое главное, больше удовлетворены браком. Таким образом, оптимальная конфигурация для стабильного романа – это два партнера с безопасной привязанностью друг к другу. Однако существует немало браков, в которых лишь один из супругов может похвастаться такой привязанностью. Каковы же их перспективы? Даже если только один из партнеров имеет безопасный стиль, брак с ним приносит второму партнеру большее удовлетворение, чем брак с партнерами, имеющими другие стили привязанности.

Безопасный стиль привязанности особенно позитивно сказывается на следующих трех аспектах брака: забота, секс и преодоление неблагоприятных событий. Партнеры с безопасным стилем лучше заботятся о своих спутниках жизни. Такой партнер не только ближе, но и более чутко улавливает, когда забота желанна, а когда нет. Они контрастируют с тревожными партнерами, которые становятся «навязчивыми» опекунами (проявляют заботу независимо от желания второй половины), и с обладателями избегающего стиля (которые и дистанцируются, и не замечают, когда забота необходима)[162].

Сексуальная жизнь также зависит от трех стилей привязанности. Люди с безопасным стилем избегают случайных связей на одну ночь и не считают секс без любви особенно приятным. Обладатели избегающего стиля более терпимы к сексу без обязательств (хотя, как ни странно, на практике занимаются им не чаще других) и получают от него больше удовольствия. Тревожные женщины склонны к эксгибиционизму, вуайеризму и бондажу, в то время как тревожные мужчины просто меньше занимаются сексом.

Два исследования супружеских