Ольга Манскова - Русь эзотерическая Страница 55

Андрей:

    — Есть смысл в предначертании богов…    А впрочем, неужели не дано    Нам поменять решение силой воли,    И самому найти предназначение,    Хотя события, судьба и люди    Толкают неизменно на другое?    И что ж с того, когда порою Гамлет    Работает юристом при сбербанке,    И разве не бывает, что Джульетта    Уборщицею быть осуждена?    Но остаются всё ж они собою…

Сергей:

    — Нет, боги с амплуа перемудрили…

Неожиданно Гера, не видимый со стороны дороги за небольшим кустиком, приподнимается, так как, увлёкшись услышанной беседой, хочет присоединиться к ней.

— Те же — и Меркуцио, — прокомментировала Наталья и рассмеялась. Гера поклонился всем и начал:

— Простите мне, что я нарушил спор,И смех я вызвал собственным явлением.

Андрей:

— Помилуй! Спор? Но здесь никто не спорил.

Гера:

— Так значит, что и спор пойдет с меня.Вы говорили, кажется, о Боге?

Андрей:

— Нет, о богах.

Гера:

— Что в сущности, одноДля тех людей, чьё имя — атеист.

Андрей:

— Не упомянь сё имя на Поляне!Есть имена, запретные отныне!Зовись иначе как-нибудь, Ромео!Ведь всё равно, и роза — пахнет розой.Понятие «боги» в разговорной речиНередко тем даёт именованиеТаинственным и безымянным силам,Чьих люди не изведали законов, —Которые порою и нелепымПридуманным знамениям потакают,Судача всуе: так решили боги!

Сергей:

— Так что же, нет понятия такого?И пусто в осязаемой Вселенной,И пусто там — за гранью понимания,За неизменной плотностью вещей?

Гера:

— Наверно, ни помыслить, ни измеритьНе можем мир мы за пределом чувств,И легче нам условиться тогда,Что нету там ни мысли, ни значения…

Андрей:

— Что было лишь в мирах, чьё завершениеНе кончилось…И можно было мысльюПонятия новые создать и вещи…Но в мире этом — всё сотворено,И даже слишком твёрды эти камни.В нём больше нету места для богов.

Сергей:

— Так значит, ныне мира скорлупа,Тяжелый плотный слой без осознанияСобой заполнил все миры, все звенья,Так, что собой похоронил себяМатерией весомой и тяжелой,Осевшей, будто пыль, на мироздание?И время скоро дрогнет — и встряхнётТяжёлую запёкшуюся корку?А с нею вместе — всех существ, как мошекС червивого надкушенного плода,Где больше нет развития, и гдеСлова — бессмысленны,Искания — нелепы,Где больше нет дыхания богов?Всё кончилось…

Андрей:

— И всё начнется вновь,Когда наступит смена декораций.Не знаем, что несём.Пойдем — купаться?

— и Андрей, разбежавшись, прыгнул с крутого берега сразу на глубокое место реки.

А Наталью вдруг будто вынесло куда-то… Она мысленным взором увидела Андрея в театре времен Шекспира, сидящего на краю сцены. Будто он — работник, убирающий декорации и играющий роль одного из могильщиков. А рядом с ним стоит богато одетый господин, который с ним шутит и беседует на равных, то и дело записывая какие-то меткие фразы на листе бумаги. И это — не прошлое воплощение Андрея. Это — именно он…

— Наталья? Что с тобой? — она увидела перед собою испуганное лицо Сергея.

— Н-ничего.

— По-моему, она сейчас не совсем здесь, — заметил Гера, — пошли к р-речке?

— В принципе, легко можно выйти на любой канал: написания хокку, танки, на язык шекспировских пьес, — сказал Андрей, когда все искупались, — Я думаю, теперь вы со мной согласитесь… А теперь, давайте посмотрим, как можно, созерцая любую картинку, считывать с неё информацию и получать энергию. На этом основано любое лечение с помощью мандал.

Андрей разложил на траве материалы из своей папки: фантастические рисунки, кришнаитские картинки, нарисованные ярким фломастером мандалы. Он их раскладывал на траве в некой определенной последовательности. Затем, попросив всех по очереди считывать информацию кончиками пальцев, отошёл немного в сторону. Остальные работали с картинками, пытаясь ощутить их энергию; Наталья при этом непроизвольно выполняла танцевальные движения, Гера принимался время от времени бренчать на гитаре, а Сергей — отпускать сентенции.

— Кажется, вы сонастроились и запаслись энергией, — заметил Андрей, — А теперь, давайте поработаем с одной из моих таблиц. Это таблица амплуа, её принимал тот самый мой знакомый компьютерщик, который очень любил томатный сок. Всего амплуа — шестьдесят четыре. Давай, Сергей, начнем с тебя: закрой глаза, и, водя рукой по таблице, ощути кончиками пальцев лёгкую вибрацию и укажи нам нужную клетку.

Сергей был очень взволнован, будто от того, куда он укажет сейчас пальцем, зависела его будущая судьба. Он долго сосредотачивался, и, наконец, ткнул в одну из клеток и стал ждать приговора Андрея.

Андрей, заглянув в описание таблицы, после долгой паузы объявил:

— Так вот ты каков! Амплуа, условно называемое как «Дон Кихот»… На самом деле — очень сложное амплуа… Магия перемещения, развитие духа, мыслитель. Сочетание воздуха и огня. Что мало способствует тому, чтобы удержаться на земле. Дон Кихоты — мечтатели человечества, не понятые окружающими. Как Велимир Хлебников, например. Ты, мой дорогой, быть может, напишешь когда-нибудь необычную книгу… Впрочем, для этого ты должен быть одинок и посвятить себя работе. Увы, Дон Кихоты — всегда вдали от своей Дульсинеи. Иначе они не совершат своих великих подвигов.

Сергей печально посмотрел на Наталью.

— Ну вот, теперь и думай, решай прямо сейчас. Какую жизнь ты выберешь? Зачем тебе тащить всюду её с собой, как чемодан без ручки… Когда тебя ждут великие дела? Да и куда ты её с собой потащишь? — спросил Андрей.

Сергей, вяло улыбнувшись, обнял Наталью — и сказал:

— Действительно, не знаю, куда. Но — потащу. Мы будем вместе. А книга… В таком случае, ну её. Другой кто-нибудь напишет.

Андрей весело рассмеялся.

— Ну, что ж! Твоё дело, рыцарь без страха и упрёка! А теперь — очередь Натальи. Укажи и ты своё амплуа! — и он придвинул таблицу к Наталье. Она тоже, но, в отличие от Сергея, почти не задумываясь, указала клетку.