Брайан Эвенсон - Мёртвый космос: Мученик Страница 32

Но, похоже, и такой ответ пришелся мальчику по нраву.

— Но она пришла. И показала нам, что нужно сделать. Круг, — сказал он и кивнул Альтману.

— Что еще за — круг? — спросил Альтман.

Мальчик, недоумевая, посмотрел на него, потом остановился и начертил что-то на песке. Альтман осветил рисунок фонариком и увидел… круг.

— Вот, что я имею в виду, — сказал мальчик, а затем снова продолжил путь.

Альтман потряс головой. Способ мышления мальчика был таким необычным, что напоминал общение с кем-то из другого мира.

Внезапно мальчик остановился. Он изобразил скрещенными пальцами знак хвоста дьявола и указал на что-то впереди.

Альтман поднял фонарик.

Там виднелись остатки от костра, наполовину утопленные в песке. Он ждал, когда мальчик продолжит движение, но тот просто оставался, где стоял. Тогда Альтман обошел его, чтобы подойти и взглянуть поближе.

Ногой он аккуратно отбросил песок в сторону. Та было много полусожженных частей коряг, древесного угля и золы. Затем он понял, что кое-что из того, что он принял за коряги, на самом деле были костями. Они были человеческими, ну или по крайней мере человеческого размера, но что-то было не так с ними. Кости были странно перекручены и деформированы. Там также были частицы какого-то мягкого материала — кожа или морские водоросли? — подумал он сначала, но присмотревшись ближе, стал менее уверен в этом. Текстура была неестественной.

— Как ты думаешь, огонь мог сделать такое с костями? — спросил он Аду.

— Не знаю, — ответила она.

Альтман потряс головой. Почему случалось так, что он продолжал сталкиваться с вещами, которые совершенно не понимал? Проблема была в нём? Или в окружающем мире?

Он продолжал рыться в золе, корягах и костях, пока его нога не откопала череп. Он был полностью почерневшим с отсутствующей нижней челюстью. Все зубы были утрачены, хотя, в большей степени походило на то, что их вообще там никогда не было, чем на то, что они выпали: нижняя кромка верхней челюсти была гладкой, без зубных впадин.

— Это оно было похоже на нечто среднее между воздушным шаром и человеком? — спросила Ада.

Чава кивнул.

— А как оно сидело?

Чава на мгновение призадумался, затем опустился на песок, став на колени, сгорбился, а руки расположил рядом по сторонам.

— Его руки становились его ногами, — сказал он.

— Что ты этим имеешь в виду?

— Кожа была той же кожей, плоть — той же плотью.

Возможно, какой-то ужасно изуродованный человек, подумал Альтман. Это, вероятно, было логическим объяснением тому. Но если это действительно был ужасно искалеченный человек, то как он ухитрился прожить так долго?

Внезапно его посетила одна мысль.

— А где был воздушный шар? — спросил он.

Чава, в том же сгорбленном состоянии, поднёс руки к затылку и указал пальцами на спину.

— Насколько большим он был? — спросила Ада.

— Очень большим, — ответил мальчик.

— Больше, чем моя рука? — спросил Альтман.

Чава кивнул.

— Больше, чем моё тело? — Тот снова кивнул.

— Как хижина? — Чава неуверенно помедлил, а затем кивнул.

— Иногда они были меньше, — сказал он, — но в конце, да, я думаю, они были большими, как хижина.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросил Альтман Аду после того, как они сопроводили мальчика к окраине поселения и оставили его там.

— Не больше, чем ты, — сказала она.

— Думаешь, это случилось на самом деле?

— Я думаю, что что-то произошло, — ответила Ада. — Но было ли это именно так, как говорит Чава, можно только догадываться. Это кажется невозможным. Но, опять-таки — в последнее время происходит много странных вещей. Я не знаю, что и думать.

— А как насчет остальных? — спросил Альтман. — Они рассказывают тебе ту же историю?

— Они всё еще не хотят говорить со мной об этом, — ответила Ада. — И я не знаю почему.

— Я действительно волновался за тебя, — признался Альтман.

— Как только мальчик начал рассказывать, я должна была задержаться и продолжить, — сказала она. — Любая заминка могла спугнуть его.

Альтман кивнул. Они прошли немного дальше, их шаги мягко окунались в дорожную пыль.

— Помнишь того парня, с которым я говорил? В баре?

— Да, — ответила она. — А что?

— Он мертв.

Ада остановилась.

— Мертв? — переспросила она. — Что произошло?

— Его горло было перерезано.

Она схватила его за рукав и подёргала, заставив обратить на себя внимание.

— Видишь, — сказала она. — Я же говорила тебе, что это опасно! И в результате — смерть человека.

— Возможно, это здесь ни при чём, — сказал он. — Вероятно, просто бандитское нападение.

Он увидел, как огонёк надежды промелькнул в её глазах и быстро утих.

— Но что, если это не так? Ты должен оставить эту затею. Должен прекратить свои шпионские игры и заняться работой, ради которой был сюда направлен.

Он ничего не ответил, просто пытался освободиться от её руки.

— Пообещай мне, Майкл, — сказала она. — Пообещай.

— Не могу, — ответил он.

— Почему?

— Послушай, — сказал он, взяв её за плечи. — Ты сама привела Чаву ко мне. Я не просил тебя об этом. Ведь каждое новое событие, о котором я слышу, делает этот случай всё необычнее и необычнее. Мне нужно выяснить, что же всё-таки происходит.

Поначалу Ада была очень сердита. Ускорив темп, она пошагала дальше, оставив Альтмана позади, и не оборачиваясь. Он последовал за ней, зовя её по имени. Постепенно Ада немного замедлила шаг, и в конечном счете позволила ему взять её за руку, но все еще не смотрела на него. Он прижал её к себе и продолжал так держать, в то время как она всячески пыталась оттолкнуть его. Постепенно она сдалась.

— Ты не достаточно меня любишь, раз не можешь сделать это для меня, — выговорила она.

— Я люблю тебя, — сказал он. — Это не то, о чём я говорю.

Она надула губы. В итоге Ада обняла его за шею.

— Я не хочу потерять тебя, Майкл, — сказала она.

— Ты не потеряешь меня, — ответил он. — Я обещаю.

Они медленно шли по улице. И в итоге прошли мимо открытых дверей, над которыми была подвешена самодельная деревянная вывеска. На испанском языке она гласила: — БАР МИРОВОГО КЛАССА, на другой вывеске рядом с ней, уже из картона, было написано: — НАПИТКИ, ОЧЕНЬ ДЕШЕВО.

Они уже были отошли шагов на двадцать, когда Альтман остановился и пошел в обратном направлении.

— Куда ты? — спросила Ада.

— Мне нужно промочить горло, — сказал он. — Хочу поднять стакан за Хэммонда.