Паромщик - Джастин Кронин Страница 69

Их появление не остается незамеченным.

Новость разносится быстро: «На дамбе что-то происходит». Люди выходят из домов и зданий, где работают; скамейки и перекрестки пустеют. Люди бросают работу и присоединяются к растущей толпе. Два десятка собравшихся очень быстро превращаются в сотню.

Присутствие охранников поначалу не кажется чем-то новым. Изменением в привычном положении вещей, не более того. Кажется, будто они просто стоят без всякой цели. Но через какое-то время люди соображают: эти охранники отличаются от прежних не только вооружением. Они ведут себя по-другому. Расхаживают взад-вперед, потягиваются, поводят плечами. Постукивают по ладоням дубинками, прикидывая их вес.

Вскоре становится понятно: охранники чего-то ждут.

Издали доносится гул, делающийся все громче. Глаза всех устремлены на дамбу. По дамбе едет грузовик. Его кузов прикрыт брезентом, натянутым на арочные распорки. Грузовик направляется в сторону собравшихся.

Вскоре он останавливается. Сзади опускается пневматический пандус. Внутри кузова что-то клацает, и оттуда выкатывается пара безофаксов. Так повторяется еще четыре раза. Из туловищ факсов доносится стрекотание и многочисленные «клик-клак» рычагов и шестеренок. Затем механические чудовища выстраиваются в цепь за спиной у охранников, которые тоже встали в ряд.

Вперед выходит охранник с радиомегафоном. При его включении из динамика раздается отвратительный свист. Затем над толпой летит шокирующе громкий голос:

– Внимание! Всем жителям Аннекса! Коллегия по надзору распорядилась изолировать остров. Немедленно возвращайтесь по домам и ждите дальнейших указаний.

Собравшиеся перешептываются, но не расходятся. Неожиданное известие ошеломило всех. Как это – «изолировать»?

Динамик радиомегафона снова издает свист, сменяющийся голосом охранника:

– Вам приказано разойтись.

Джесс стоит в самом конце толпы, наблюдая за событиями. Она ничуть не жалеет о том, что расправилась с Хэнсоном, более того, до сих пор испытывает пьянящую радость. Однако в голове теснятся вопросы. Много ли сумели узнать «прыщи» из «три-эс»? Какие наводки она могла оставить? В переулок выходит столько окон… Видел ли кто-нибудь тот поединок? Раненая нога плотно забинтована и с трудом вошла в сапог. Пульсирующая боль напоминает удары сердца. Это если стоять неподвижно. А стоит надавить на поврежденное место, как боль становится острой. Кажется, будто гвоздь снова и снова пробивает ступню. Джесс продезинфицировала рану всеми доступными способами, однако легче не стало. Ее трясет; кажется, еще и температура поднялась. Не началось ли заражение?

Рядом появляется Антон, пританцовывающий от возбуждения.

– За каким чертом ты сюда притащился? – спрашивает его Джесс.

– Посмотреть хочу.

– Тебе здесь нечего делать.

– Тоже мне, командирша нашлась. Скоро тут будет весело.

– Повторяю! – орет в радиомегафон охранник. – Расходитесь по домам!

– Антон, я не шучу. Уходи отсюда.

– В задницу этих парней! – выкрикивает кто-то из толпы. – Слышите, вы? Убирайтесь в задницу! – (Охранники в замешательстве. Они не знают, как поступить.) – Слышите? Валите отсюда!

Энергия толпы изменилась. Страх и гнев никуда не делись, но появилось еще что-то, более чистое и даже благородное. Люди наэлектризовались. Сто тел, соединенных невидимым проводом, по которому течет ток бунтарства.

– Если вы не подчинитесь, вас разгонят силой.

Угрозу встречают насмешками и улюлюканьем.

– Это последнее предупреждение!

– Я не шучу, – повторяет Джесс. – Убегай отсюда, пока они не сорвались с цепи.

Из середины толпы вылетает первая бутылка. Она летит над головами, набирая высоту и двигаясь по ровной дуге. Солнце сверкает на ее поверхности. Достигнув высшей точки, бутылка стремительно падает под ноги охранникам и разбивается.

Воздух сразу же наполняется летящими предметами. Бутылками. Камнями разной величины и тяжести. Охранники заслоняются щитами, и весь этот град не причиняет им никакого вреда. Толпа исходит на крик. Кто-то свистит, кто-то выкрикивает непристойности. И вдруг слышится новое слово:

– Забастовка!

Его тут же подхватывают:

– Забастовка! Забастовка! Забастовка!

После этого события разворачиваются быстро.

В толпу летят алюминиевые баллончики, за которыми тянется желтоватый дым. Охранники мигом надевают маски и плотной цепью надвигаются на толпу, прикрываясь щитами и держа наготове дубинки. У дыма тошнотворный запах. Желтоватый туман мешает смотреть. Кажется, что всю площадь накрыло кислотным облаком. Кое-кто застыл на месте, не в силах двигаться. Люди кашляют, их выворачивает прямо на тротуар. Остальные разбегаются, прикрывая лица. Слышны крики, топот сапог и свист дубинок. Джесс хватает Антона за руку и бросается бежать, но ядовитое облако настигает их, проникая в глаза, горло и легкие.

Мальчишка куда-то исчез.

Джесс ничего не видит. Крики ужаса бомбардируют ее со всех сторон.

– Антон! – кричит она. – Где ты?

И обрывается от жестокого кашля. Размахивая руками, она ощупью бредет сквозь туман, но кашель, пронзительная боль в ноге и жжение в глазах не дают уйти далеко. Десяток шагов, и она падает на четвереньки. Она не видит ни охранника, ни дубинки, с силой обрушивающейся ей на голову.

Часть четвертая

Питомник

23

Шумный плеск волн вывел меня из забытья. Паром приближался к рифам, за которыми виднелись внушительные очертания Питомника. До чего же коротким оказался путь! За несколько сот ярдов до острова паром изменил курс и поплыл на юг, огибая его. Там имелся узкий естественный проход между рифами – нечто вроде канала, оканчивавшегося лагуной, которую с трех сторон окружали отвесные скалы. Вода была черной, что говорило о большой глубине. В дальнем конце темнел арочный свод – вход в туннель.

Едва паром вошел туда, как температура резко упала. Эхо, отражавшееся от влажных каменных стен, превращало шум двигателей в невыносимый грохот. Через несколько минут впереди мелькнул неяркий свет. Стены туннеля расступились. Это была пещера. Причал находился в самом конце. На нем кто-то стоял. Паром причалил под негромкий стук реверсивных двигателей. Меня встречала женщина. Я ступил на сходни.

– Добро пожаловать на Питомник, мистер Беннет.

Я оторопел. Это была доктор Пэтти. Те же мерцающие голубые глаза, те же каштановые волосы, скрепленные серебряной заколкой. Казалось, передо мной – сцена из моей юности. Как и много лет назад, на ней был белоснежный халат, а в руке – планшетка с зажимом, которую она прижимала к груди. Женщина не постарела ни на день. Возможно, тогда, будучи юнцом, я неправильно определил ее возраст и она показалась мне старше, чем была на самом деле.

– Вы меня помните? – удивился я.

– Ну конечно, мистер Беннет! – улыбнулась она. – Если не ошибаюсь, тогда вас беспокоили сновидения.

– Совершенно верно. – Я испытывал странную радость от встречи с ней. – Мы приезжали